Цена мести - Анна Кир

— Есть вероятность засады. Я пойду первым, — ультимативно заявляет он, заставив её поперхнуться.

Вздёргивает высоко подбородок, смотря нагло и уверенно прямо на него. У неё был иной взгляд раньше, что-то в ней точно изменилось, словно переломилось пополам, сгорело и восстало в ином обличии.

— Не пущу. Ты — человек, не вампир. Привыкай. Пуля почти гарантирует летальный исход.

— Что ты предлагаешь? — хмыкает он, морщась от ломоты в мышцах.

Она усмехается, доставая из сумки телефон, переворачивает несколько раз, пока он не выдыхает шумно через рот.

— Это же Макса. Как? — Ника поджимает губы, он замечает её дрожащие на экране пальцы.

— Не спрашивай, ладно? Я не хочу возвращаться к тому моменту и мысленно, не то что озвучивать. Зато мы можем проверить камеры.

Он вспоминает, что сам не единожды проверял их при ней со своего мобильного, однажды случайно обмолвившись о том, что такое же приложение стоит и у брата.

— У тебя хорошая память, — подмечает, смотря на картинку на дисплее. Вокруг здания чисто, нет ни души.

— Не жалуюсь.

Его гложет желание спросить, что произошло, отчего у неё синяки залегли под нижними веками, а тело при упоминании Макса беспокоит тремор, но сдерживается, решив оставить выяснение правды на потом. В конце концов, это ничего не изменит. Она права, у них нет времени.

Они выходят к парковке, Ден быстро отметает идею сесть на авто покойного отца. Все машины фирмы легко отследить. Попутку в столь поздний час тоже не поймаешь.

— Предлагаешь идти пешком? Тогда нас изловят быстрее, чем встанет солнце, — нервничает она, огрызаясь.

Он демонстративно извлекает из кармана ключи от рабочего универсала.

— Про эту он вспомнит не сразу, в городе возьмём другую в аренду, — кто бы мог подумать, что та нелепая покупка, которую с превеликим удовольствием высмеял Макс, пригодится где-то, кроме тайных перевозок компонентов и оборудования.

Водительское сидение занимает сам, пресекая споры на корню. Конечно, он измотан, голоден, однако опыта у него куда больше, чем у девчонки, которая со сдачи экзамена ГАИ впервые вдавила педаль газа. Странно, что, вообще, сумела сюда добраться.

Она молчит, наблюдая за тьмой по ту сторону окна, он набирает скорость.

— У него Света, — тихо цедит Ника. Он слышит обречённость в голосе, тоску, к ним примешивается заметная доза злости. — Ты знаешь, где он мог её спрятать?

Ден ударяет по панели, сжимая челюсти. Он и помыслить не мог, что брат зайдёт так далеко, что он способен на воздействие через ребёнка. Взвешивает, перебирает в памяти все места, где они когда-либо бывали. Бинго. Имеется одно подходящее: офисное здание, где когда-то они планировали открыть своё агентство.

— Догадываюсь, — конечно, он может ошибаться. Им остаётся лишь молиться, чтобы Фортуна не повернулась к ним задом из-за сменившегося настроения. — Нам на окраину, тут недалеко. Сейчас нет пробок, через двадцать минут будем.

Она закусывает губу, опуская затылок на подголовник.

— Что нам делать потом? У него связи, деньги, влияние. Что с нами случится? Как сбежать?

Он возвращался к подобным размышлениям вновь и вновь, благо часов в сутках предостаточно. И пришёл к выводу, что не оставит предательство просто так. Макс должен ответить.

— Тебе — ничего. Я увезу вас со Светой в деревню. Там наши с Женькой родители отдыхали, — она вздёргивает брови, смотря на него уставшими глазами. И он осознаёт, что раньше не называл имени родного брата, избегая темы. — Тот мальчик с фото, — поясняет, на что Ника понятливо кивает. — Заберу, когда закончу.

— Что закончишь? — невесело улыбается она. — Как тогда? — намекает на их контракт, на собственную ошибку. Что же, дорогая, ему не впервой. Он не даст ей утопнуть в его болоте.

— Это моё дело, не твоё. Я тебя в это втянул, должен нести ответственность. Не переживай, остались те, кто на моей стороне. Они помогут, — ухмыляется, потому что в данную секунду сможет назвать с десяток фамилий тех, кто терпеть Макса не может. Нерадивого отпрыска Никольского старшего много кто ненавидел из-за халатности в бизнесе. Думается, дело не только в ней.

— Уверен, что получится? — с сомнением говорит она, буравя его взглядом.

Дену хочется коснуться её, утешить, сказать так много, но он знает, что может не вернуться.

— Я, в отличие от некоторых, исполняю свою часть сделки, — глухо смеётся он, отшучиваясь. Ей не стоит вникать в детали. Она должна выбраться невредимой, чего бы ему это не стоило.

Забавно, в самом деле, потому что совсем недавно он также рассуждал о вечеринке, на которой всё должно было перемениться. И переменилось, увы так, как никто не ждал.

Вскоре они добираются. Улочка погружена во тьму, фонарей на окраине практически нет, а луна предпочитает спрятаться за хмурые тучи. Подъезжая, он замечает горящий свет на втором этаже. Не ошибся. Вряд ли кто мог находиться здесь кроме подручного Макса и Светы. Они с братом выкупили недвижимость ещё с пару лет назад, но до реализации идеи руки не дошли, не до того было с делами фирмы. Посторонним сюда не попасть, код от замка знают только они двое.

Он тормозит метров за сто пятьдесят, глушит мотор, выключает фары. Им не нужно, чтобы их заметили преждевременно.

— Подожди внутри, — просит Ден, выходя наружу. Прохладный ветер обдувает лицо, ветви деревьев по бокам от дороги качаются, шумят жёлто-зелёной листвой.

Слышит, как закрывается дверь с другой стороны, жмёт зубы.

— Почему ты не можешь послушаться? — бросает он, оборачиваясь. Девчонка смотрит прямо. Она совершенно не похожа на ту потерянную незнакомку в баре при их первой встрече, добровольно отказавшуюся от дочери. Теперь готова идти за ней в самое пекло.

— Как когда ты приказал уйти из дома? Когда не желал признаваться в невиновности в убийстве отца? Что из этого? — шипит Ника, явно намеренная стоять на своём. — Нет. Там мой ребёнок. И я пойду вместе с тобой.

Он выдыхает, жмёт губы и кивает. Только время на спор потратят, Свету могут перевезти из-за побега её матери, и они её уже не достанут.

— Только осторожно, — командует, смиряя её суровым взглядом. И ведь нравится. Даже такая нравится: упрямая, гнущая свою линию. — Следуешь за мной, не шумишь, крик не поднимаешь, что бы ни случилось. Ясно?

— Ясно, — отвечает тихо. Стоит ему отвернуться, за пальцы ловит, останавливая, шепчет вдогонку: — Береги себя.

У него ухает в груди сердце, его щемит, разрывая на куски. Если они выберутся из заварушки живыми, если всё получится… он никогда не отпустит двух таких разных женщин. Они стали для него тем, за