Библиотека всего на свете - Хелен Рольф

– Куда это положить? – спросил Адам, стоя со сложенным тентом в руках.

Айла помогла сгрузить сверток на стол за стойкой.

– Оставим здесь. Я сказала Дженнифер, что с самого утра приду его почистить. Разложу на парковке…

– А вы знаете, что на завтра обещали дожди и ураганный ветер?

– Значит, придется взять его домой и чистить там.

– Вы собираетесь везти его на багажнике велосипеда?

Айла улыбнулась:

– Я вернусь пешком.

– Только не по темноте!

– Вы говорите совсем как Дженнифер.

– Что ж, в этом вопросе я вынужден принять ее сторону. А с таким свертком в руках вы напроситесь на неприятности.

– Ну, не знаю, я могу бросить его в грабителя, если в этих местах найдется грабитель. Пока он будет выбираться, я брошусь наутек.

– Лучше я отвезу вас домой. Дойдем до нашего дома, я возьму ключи от машины. Шарлотта будет только рада задержаться подольше и заработать побольше.

В коттедже Айлы они расстелили полог, взявшись за разные концы. Комната была пустой, только банки краски стояли под подоконником.

Адам приложил руки к стеклу, глядя в темноту: за окном с трудом можно было различить сад, окружавший коттедж. Обернувшись, он спросил:

– А что вы хотите устроить в этой комнате?

– Тут всегда была столовая, ее и оставлю.

Голые стены – обои были сняты – зияли белыми заплатками на месте дырок. Люстра была в паутине, в одном из плафонов в форме цветка не горела лампочка.

– Вы знаете, мама и отец не понимали, как можно есть перед телевизором. А я теперь только так и ем. Альтернатива – смотреть в стенку.

– Если б не дурной пример детям, я бы ел с подноса на коленях. Но за столом мне удается завладеть их вниманием, и это чуть ли не единственное время, когда Зоэ вынуждена со мной говорить.

– Уверена, вы не один такой. Все подростки проходят эту фазу. – Ступая по разложенному тенту, Айла подошла к Адаму и увела его в другую комнату. – А вот это гостиная.

– Полки, – улыбнулся Адам. Айла показывала ему фотографии своих достижений после практикума с дрелью. – Еще висят?

– Вот только не надо! Что им сделается?

– А каминная печь выглядит новой.

– Она и правда новая и куда красивее прежнего безобразного обогревателя. – Айла взяла журнал и открыла фотографию дивана со стегаными, в стиле честерфилд, подлокотниками, цвета красного вина с бежевыми вставками. – Я еще прикуплю вольтеровское кресло. – Она перелистнула еще пару страниц и показала Адаму. – И стеганый пуф. Это придаст обстановке характер.

Они поговорили об оттенках, которые Айла выбрала для стен: нечто под названием «серебристый иней» для акцентной и спокойный белый для остальных; яркости она намеревалась добавить портьерами и обивкой. Они перешли в холл, где Адама восхитили резные перила: он предположил, что с хорошим лаком они будут как новые. Потом они зашли в кухню, где Айла уже обновила кухонную технику, но кафель и покраска стен пока оставались в планах.

– Чай, кофе? – Айла сняла две чашки с подставки в виде деревца на глянцевой каменной столешнице, тянувшейся под одним из окон. Другое окно, под прямым углом к первому, выходило на задний двор, как предположил Адам, приблизив лицо к стеклу.

– Да, спасибо.

– «Эрл Грей»?

– С удовольствием. – Слишком тесная для обеденного стола или острова, кухня оказалась вполне функциональной, с блестящим красным ретрохолодильником в углу, старинной газовой плитой и глубокой квадратной мойкой, удобно встроенной рядом с дверью черного входа. – Вы, гляжу, тут практически закончили.

– Почти. Это у меня отдых для души.

– А ваша сестра видела, как вы тут все сделали? – От Адама не укрылось, как сникла Айла, едва он упомянул Дженнифер.

– Она заходила, но не задержалась. Она меня подвозила, забирала, но всегда спешила куда-нибудь за детьми. – Айла подала ему чашку горячего чая, и Адам прислонился к раковине. Айла осталась у окна.

– Мне кажется, вы должны устроить ей экскурсию по дому, чтобы Дженнифер все увидела своими глазами.

– Ладно, устрою для нее вечер с сыром и вином.

– Вот это правильно! – Он отпил чая. – Это ее убедит, что вы всерьез намерены остаться.

– Мы с ней на днях поссорились.

– Из-за чего?

– Долго рассказывать.

Адам вздохнул и невольно поделился собственными заботами:

– Я и в лучшие дни не понимал женщин. Дженнифер иногда облегчала передо мной душу, мы прекрасно ладили, но в последнее время будто черная кошка пробежала. Вот и Виола тоже…

– А в чем это выражается?

Адам рассказал, что Виола приходит переделывать комнату Зоэ: сперва и разговаривать, и работать с ней было легко, и вдруг она замкнулась и стала вести себя так, будто он ее чем-то оскорбил.

– Ничего не понимаю. С Зоэ они не разлей вода, и несколько недель назад я тоже считал, что у меня с Виолой хорошие отношения. На одной волне с ней я не был, но мы общались в дружеском ключе, без недоразумений.

Он даже думал, может, дети что-нибудь выкинули, но Виола и Зоэ точно сговорились считать, что они две подружки, а он – придирчивый папаша. В создавшейся ситуации чувствовалась какая-то непонятность, но Адам убедил себя, что у него разыгралась паранойя.

Согревшись чаем, Айла сняла кардиган. Адам старался не смотреть на ее обнаженные плечи и восхитительное тело танцовщицы. Тело, которое он прижимал к себе в танце… Он посмотрел на край татуировки на щиколотке, выглядывавший из-под легинсов, на ярко-розовый лак, которым были покрыты ноготки на ногах, залпом выпил чай и поставил чашку в раковину, чтобы прервать определенное направление мыслей, пока Айла не заметила. Она странно поглядела на него, но ничего не сказала, а понимать, о чем думают женщины, представлялось Адаму наукой повышенной сложности, в которой он был безнадежен.

– Что-то не так? – прямо спросил он, решив, что прямота – лучшая линия поведения. Он терпеть не мог манипуляций – органически их не выносил. В прошлом он вдоволь накушался всяких уловок.

Айла тоже поставила свою чашку в раковину и, стоя рядом с Адамом, взглянула в окно. Он видел, как ее зубы покусывают нижнюю губу, и это едва не лишило его рассудка. Адам хотел подвинуться ближе и уже шевельнулся, но, видимо, настало время откланяться. Айла будто замкнулась – Адам не понял причины и счел, что ведет себя навязчиво.

Однако едва он отступил, как Айла схватила его за запястье:

– Пожалуйста, не уходи!

Он снова