Сокровище Пущи - Мария Морозова

– Спасибо, – улыбнулась я. – Мне было важно это услышать.

– В магазин можем завтра вместе сходить, – предложила соседка. – При мне там точно никто языком трепать не будет.

– Я лучше в Марков съезжу.

– А вообще надо быть последним дураком, чтобы тебя обижать, – хмыкнула тетя Лида. – Вон, уже вся деревня знает, что ты и проклясть можешь под горячую руку.

– Проклясть… – смутилась я. – Да это случайно вышло.

– Твое проклятие даже Прасковья не смогла снять, – довольно сощурилась Людмила Васильевна. – Это чего-то да стоит.

– А Прасковья – сильная ведьма?

Хоть Арс и не советовал к ней ходить, но вдруг все не так плохо, и она станет той, кто если не научит, то хотя бы направит? Потому что я сейчас вообще не представляю, что делать с силой.

Вот только мои надежды не оправдались.

– Прасковья – ведьма матерая, опытная, – проговорила тетя Лида. – Но только жадная сильно, а еще власть над людьми любит. С ней лучше не связываться. Иначе потом не будешь знать, как отвязаться.

– Поняла, – кивнула я.

Что ж, значит, придется искать ведьму в Старограде. Мнению соседок я доверяла.

– Девчонки, – послышался голос дяди Толи, и довольный сосед появился из-за дома. – А смотрите, что я принес.

Он положил на стол сверток из клетчатого носового платка и развернул его. Я ахнула. Там лежал десяток крупных ярко-оранжевых лисичек.

– Пошли грибы, – обрадовалась тетя Лида.

– Чинил сегодня косилку на поле. А там еловая роща. Вот и насобирал.

– Сезон начался, – деловито закивала Людмила Васильевна. – Значит, надо идти на дальние поляны.

– Завтра утром, по росе, – согласилась тетя Лида и задумалась. – Ох, надо бы достать с чердака корзины да почистить…

Сплетни и женихи окончательно были забыты. Я слушала разговоры соседей и не могла не улыбаться. Как и везде, люди в деревне есть разные. Есть завистливые, желчные, злые. Но мне повезло найти хороших. Простые и душевные Карповичи, мудрая Людмила Васильевна, Марина, Арс… Вот, чье мнение для меня будет действительно важно. А остальные… Не буду о них даже думать. Они того совсем не стоят.

***

Ночью мне снова спалось плохо. Сны мучили тяжелые, мутные, похожие на вязкий кисель. Я с огромным трудом вырвалась из их плена среди ночи. Села на кровати, сбросив одеяло, вот только легче не стало. Даже открытое окно не помогало. Лицо горело огнем. Сердце колотилось в странном рваном ритме. И в горле было сухо, как в пустыне.

Что со мной творится? Неужели я заболела? Хотя на простуду это мало похоже. На разгул ведьминской крови – тоже, на лугу и в Пуще все было совсем по-другому. Гуляла сила, чувствовалась эйфория и приятная усталость после. А сейчас тело кажется откровенно больным. Не понимаю…

Неловко поднявшись, я добрела до шкафа и открыла дверцу. Череп не подавал признаков жизни. Медальон не светился. Так что списать мое состояние на действие сагарского артефакта не получилось.

Я потерла лицо ладонями и побрела на кухню, натыкаясь на мебель. Луна пряталась за тучами, отчего в доме царила почти кромешная тьма, но зажигать свет не хотелось. Я наощупь нашла чашку, кран и напилась. Хотя жажду это не особенно утолило. Кожа продолжала гореть.

Решив проветриться, я выбралась на улицу и прошлась до огорода. Прохладный ночной ветер чуть остудил лицо, дышать стало легче. Я доплелась до яблони, прижалась к шершавому стволу, как к единственной опоре. Слабость продолжала накатывать волнами, хотя возвращаться в кровать совсем не хотелось. Улечься что ли прямо тут, на скамейке?

В кустах смородины что-то зашуршало. Темнота под ветвями вдруг собралась в плотный комок, а потом в ней загорелись два желто-зеленых глаза. Но прежде чем я успела испугаться, тьма скользнула ко мне и вопросительно муркнула.

– Лих, – прошептала и тяжело опустилась перед ним на корточки. – Привет.

Домовой ткнулся мне в колено. Я почесала его между ушами, поражаясь, насколько он похож на обычного домашнего кота.

– Твой хозяин, наверное, сейчас спит, – пробормотала устало. Среди деревьев, разделяющих наши с Арсом дома, не было видно ни проблеска. – Так что мы не будем его беспокоить. Да и чем он может мне помочь? Видимо, я все-таки простудилась. Дождусь утра и, если легче не станет, схожу к Авдееву.

Кот неодобрительно фыркнул и растворился в темноте. Я поднялась, охая, как древняя старуха. Пить захотелось еще сильнее.

Обведя рассеянным взглядом огород, зацепилась за черневший в углу колодец. Жажда тут же стала такой нестерпимой, словно во рту жгли костер. Забыв обо всем на свете, я бросилась к колодцу и открыла крышку. Ведро, которое осталось рядом с вечера, ухнуло вниз, наполняясь водой.

Я ухватилась за ручку и потащила его наверх. Огородная физкультура сделала меня сильнее, и после беготни с лейкой и прополки руки больше не болели. Но сейчас было как-то слишком уж тяжко. К тому моменту, когда ведро доползло до края колодца, я уже выбилась из сил. А еще ведь нужно было отцепить его.

– Осторожно, – раздался над ухом тихий голос.

Мужские руки перехватили ведро и поставили у моих ног. Немного воды выплеснулось, намочив мне пальцы.

– Феодора, зачем тебе вода посреди ночи? – спросил Арс и придержал за плечи.

Он стоял совсем близко, но вроде бы не злился. В его голосе слышалось только искреннее беспокойство.

– Это Лих тебя привел, да? – вопросом ответила я, тайком радуясь, что можно опереться на такого сильного и надежного мужчину.

– Как обычно. Он чует, когда ты задумала что-то странное.

– Это не странное, я просто… – запнулась, не сумев подобрать слова, чтобы описать свое состояние.

– Что с тобой?

Его пальцы ухватили меня за подбородок. Лица Арса в темноте не было видно, но его внимательный взгляд я ощутила всей кожей.

– Жара нет, – задумчиво протянул он, приложив ладонь к моему лбу.

– Правда?

– Так зачем тебе все-таки вода?

Я молча высвободилась, опустилась на колени и зачерпнула воду прямо из ведра. Умылась, не переживая, что тонкая ночная рубашка вымокнет, и сделала глоток. Сразу стало легче.

– Так, ладно. – Арс легко поднял ведро и подхватил меня под руку. – Пойдем.

С каждым шагом