Два Феникса - Лиза Мидлевская

Немного успокоилась. Не позволила взбунтоваться мамкиной тревожности: он взрослый мужчина и ожидает от меня не маменькиной опеки, а поведения такой же взрослой, мудрой и любящей женщины. Пожелала ему скорейшего выздоровления и попросила не пропадать.

Тем не менее, связь в последние дни мы практически не поддерживали — единичные скупые сообщения Демида в ответ на мои заботливые и тревожные, которые тоже становились все более редкими — смысл писать, когда тебе не отвечают?

***

Возвращалась из Германии со смешанным чувством тревоги, обиды и непонимания. Что происходит? Он так сильно болен? Что-то еще случилось? Куда мне ехать из аэропорта? К нему? К себе? Что вообще делать? Все вдруг перестало быть ясным и понятным для меня. И даже музыка, которая всегда успокаивала меня, в этот раз не помогала. Более того, мой горячо любимый Edvin Marton, которого я часто слушаю, чтобы «разгрузить голову» и освободиться от тяжелых мыслей, со своей композицией «Fireworks”, оказавшаяся первой в моем плейлисте, еще больше взвинтил мою тревогу. В итоге все выключила и провела полет в тишине, молчании и бесконечном уговаривании себя, что все хорошо. Приеду, встретимся, долечим Демида и все будет как раньше.

Ехать к Демиду не пришлось. Он написал, что уже в норме и увидимся на корпоративе, так как он сильно занят пока. Я поехала домой к себе, куда должны были подъехать парикмахер и визажист. Времени, чтобы восстановиться после перелета и привести себя в порядок, оставалось не так уж и много. А мне очень хотелось быть красивой и блистать для своего мужчины..

Легкое элегантное платье на тонких бретелях, туфли-лодочки на невысоком каблуке, поднятые вверх волосы с аккуратными локонами. В макияже акцент на глаза. С Тиной мы в очередной раз создали очень красивый образ. Получилось нежно и очень выразительно. Я осталась довольна своим внешним видом и уже очень торопилась. Не хотелось опоздать, ну и, самое главное, я очень хотела увидеть Демида — соскучилась сильно. Никак не получалось вызвать такси, а Тина, которая предлагала подвезти меня, но я отказалась, уже уехала. Решила ехать на своей: пить алкоголь я не собиралась все равно, а так на обратную дорогу вопрос будет решен — не придется искать такси. Тем более, если мы решим поехать домой к Демиду…

***

Приехала чуть позже назначенного времени. Демида еще не было. Поздоровалась со всеми, перемолвилась парой слов с коллегами. Поболтала с Филом. Шикарный ресторан, стильно украшенный зал, несколько атмосферных фотозон. Вышла в холл, чтобы осмотреться и здесь и подышать прохладным воздухом. Уже собиралась направиться в сторону туалетов, когда через огромные стекла входных дверей я увидела их…

Они шли обнявшись и тесно прижимаясь друг к другу. Мой (нет, уже не мой) Демид и Валерия. Высокая, стройная, стильная. Красивая пара. Ничего не скажешь. Я как-будто на всей скорости врезалась в стеклянную стену. Остановилась в ступоре еще не до конца поверив в происходящее. Биение сердца и звук треснувшего стекла…

Практически возле входа они обнялись еще сильнее, Валерия прижалась к Демиду и начала его целовать: жадно, страстно, поглощающе. Он отвечал ей тем же: крепко обнимал, вжимаясь в нее всем телом. Казалось, что они и забыли, что находятся в общественном месте и вовсе не одни… Демид не видел меня. Да мог и не заметить за такой страстью. Зато мы встретились взглядами с Валерией. Ее — затуманенный страстью, но с торжеством и превосходством. И мой, наверное, жалкий и больной.

Послышался звон разбитого стекла… Они-таки своей страстью разбили дверь? Нет, это всего лишь моя душа… мои чувства… и мое доверие к людям…

Внутри полыхает и раздирает от боли, а снаружи — холодное, ледяное оцепенение. Каким-то невероятным усилием воли заставила свои ноги передвигаться. Направилась в туалет, зашла в кабинку, присела на закрытую крышку унитаза. Не знаю, сколько я так просидела. Немного выйдя из оцепенения, вышла к умывальникам. Уставилась на себя в зеркало. Услышать объяснения я не готова, сломленно бежать не хочу. Надо выдержать лицо. Устроить такое шоу на глазах у всей компании и моих сотрудников… По большому счету мне все равно, что они думают — я о них не думаю вообще (как говорила знаменитая Коко Шанель). Но лицо сохранить я должна. Надо немного продержаться. И поеду домой. Вышла в холл, направилась в зал. Краем глаза заметила Фила. Он находился недалеко от женских уборных. Делал вид, что что-то усердно ищет в телефоне, а сам то и дело бросал взгляд на двери. Старый добрый Фил! В прошлом мой поклонник, нынче верный друг. От тоже все видел и волновался за меня..

Зайдя в зал я снова увидела их. Обнимающихся. Я хотела уже пройти мимо, но тут Демид повернулся и мы встретились глазами. Все происходило так стремительно и совершенно непонятно для меня, поэтому я ожидала что угодно, но он превзошел все мои ожидания. Как и всегда впрочем. Демид задержал на мне взгляд, склонил голову набок, виновато улыбнулся и неопределенно пожал плечами.

И это все?! Это все, что я заслужила?! Виновато пожал плечами?! Я почувствовала невероятную злость. Наверное, в тот момент я могла бы опрокидывать столы и швырять стулья. Заиграли Scorpions “Still loving you”. Наши Scorpions! А он там стоит, обнимает эту гламурную швабру и виновато мне улыбается?! Мне уже было плевать на «лицо», на общественное мероприятие, на имидж компании и мой в ней. Мне хотелось убивать! Как минимум бить тарелки и вылить этим двоим на голову что-нибудь противно тягучее и ярко-цветное. И я уже двинулась было в их сторону, когда почувствовала уверенный захват и очень навязчивое приглашение на танец… Глеб.

— Яна, я сам еще не понял, что случилось. Но здесь явно что-то не так. Он сам не себя не похож. Если бы не знал его с детства, подумал бы, что он под кайфом. Надо разобраться. Прошу тебя, не пори горячку. Не всегда все так как кажется. Уж поверь моему опыту.

Я нервно засмеялась.

— Они практически трахались там, на крыльце, а я не должна верить своим глазам?! Какой тайный смысл скрывается для «нашей любви», — сделала знак кавычек в воздухе, — за их обжиманиями в данный конкретный момент? Какой лес за этими деревьями я должна увидеть?

— Яна, я не знаю. Я ничего не понимаю.