Необычный пациент - Татьяна Планетанова

Улыбнулась, понимая, что это именно Азиз. Сердце зашлось в танце, когда его горячие ладони нежно легли мне на плечи. Заставив меня обмякнуть, он обнял меня сзади, и, склонившись к моему уху прошептал:

— Привет, я так рад, что ты пришла.

Почувствовав его сводящий меня с ума аромат, я прикрыла от удовольствия глаза, и повернула голову в его сторону. Жадный взгляд Азиза, представшего передо мной в костюме официанта, безо всяких слов выдал, как сильно он по мне скучал.

— Привет. Ты что здесь работаешь?

— Только сегодня и только для тебя, — игриво ухмыльнулся он и обвёл руками пространство вокруг, — и всё это, кстати, тоже только твоё.

— Что?

— Я же обещал, что куплю тебе ресторан, забыла? — Азиз извлёк из папки с меню какие-то бумаги и протянул их мне.

— Боюсь, что не смогу принять такой подарок, — пробежав глазами текст, я решительно вернула ему правоустанавливающие документы, приложив к ним записку его отца и старую фотографию их семьи. — Это, кстати, тоже твоё.

— Это не подарок, а компенсация.

— Она мне не нужна. А вот моей сестре не помешала бы. Мы заставили Алёну очень сильно понервничать в первые месяцы её беременности. Знаешь, она всегда мечтала работать в подобном месте, и я думаю, что если ты её сюда сможешь устроить, то мы будем с тобой в расчёте.

— Да без проблем. А вы, мисс, чего изволите отведать сегодня?

— Мексиканское рагу по индийскому рецепту, пожалуйста.

В выразительных карих глазах блеснули довольные искорки:

— One moment, please.

Азиз по-настоящему обслужил меня, разложив столовые приборы и расставив тарелки. Разместив в центре стола дымящееся ароматным паром главное блюдо, он разлил по стаканам фруктовый лимонад и сел на стул напротив меня.

Его глаза прямо говорили, что он тосковал по мне не меньше, и лучились такой нежностью, что я буквально чувствовала его желание ещё раз прикоснуться ко мне.

Мне тоже очень хотелось дотронуться до него, чтобы почувствовать, что это больше не выдумка моей фантазии, что это всё по-настоящему — он живой и снова рядом.

«Вот бы обнять его и больше никогда не отпускать».

— Официант, шеф-повар, компаньон. Вечер обещает быть интересным.

— Разве со мной бывает иначе?

«Без тебя всё было иначе».

Рагу оказалось настолько вкусным, что попробовав немного, я не смогла удержаться и съела подряд ещё несколько ложек, хотя планировала приступить к еде только после того, как задам все зависшие между нами вопросы.

Азиз тоже увлёкся трапезой. Медленно пережёвывая пищу, он смотрел на меня испытующим взглядом и не торопился нарушать тишину.

Когда молчаливое напряжение между нами достигло предела, я отложила приборы и первая заговорила:

— Обман иногда спасает жизни.

— Ты это о чём?

— О записке. Ты ведь нашёл её только в последний день, так?

— Да, Лина. Только в тот день я выяснил, где находятся документы, а ещё узнал о предательстве из близкого круга людей.

— Тот мужчина в клубе. Саха. Получается, это он всё замутил?

— Как выяснилось, не только это.

— А ты всё это время считал, что тогда убил того человека, да?

Азиз немного помолчал, смотря, будто сквозь меня, а потом коротко кивнул и негромко заговорил:

— Когда я думал, что убил бродягу, зарезавшего мою мать, Саха приехал на мой звонок так быстро, что я был уверен — он единственный во всём мире, кто по-настоящему беспокоится обо мне. Как же я ошибался…

У моего отца были связи, и то дело сразу же замяли, но Саха убедил его, что мне всё же лучше пожить какое-то время за границей. И меня отправили в Англию, устроили в местную частную школу.

Первое время я был на такой сильной измене, что хотел вернуться, пусть даже бы меня посадили в колонию для малолетних — тогда я был готов на всё, лишь бы только избавиться от душащей меня круглосуточно тяжкой ноши. Я никогда не хотел быть похожим на своего отца, а потому страдал вдвойне. К.ни.го.ед…нет

Но он сделал так, чтобы до восемнадцати лет мои пути никогда не заканчивались аэропортом, а после совершеннолетия я перестал принимать его деньги. Получил стипендию на дальнейшую учёбу, устроился официантом в один популярный рестобар, а все заработанные деньги откладывал. И уже через несколько лет смог открыть своё собственное кафе.

Так я доказал себе, что тоже могу заниматься бизнесом, только без той грязи, что всё время сопровождала работу отца. Но это не принесло мне желанного освобождения.

В глубине души того мужика за убийство матери я так и не простил, но и не мог смириться с тем, что сделал сам. Не мог принять свою тень.

И когда понял, что больше не могу убегать от себя, я решил, наконец, познакомиться с собой. Узнать на что ещё способен.

Я всё продал, заморозил счета, а сам отправился в Индию.

Не взяв с собой ни копейки, будучи практически нищим, я скитался по разным местам. Брался за любую работу. Скажу честно, это было куда сложнее, чем аскезничать в Европе, ведь там заработанных денег мне едва хватало на еду.

Зато я многому научился. И заполучил такое богатство, с которым не сравнятся никакие деньги — я обрёл себя. Перестав себя судить, я принял свой груз, и освободился от его тяжести.

— А тебе и не за что судить себя, ведь сложись всё немного иначе, тот человек мог остаться жив.

— Приди я немного раньше домой, осталась бы жива и мама. Но всё сложилось именно так, Ангелина. И это на самом деле был её выбор. А мой выбор был — долбить её убийцу кулаками, пока не выдохся, а затем оставить его в руках Сахиба.

— Он, получается, дважды тебя подставил.

— Он знал, что я никогда не хотел идти по стопам отца. Однажды я сказал ему при Сахе, что если он когда-то решит оставить мне свой бизнес, то я продам всё и лучше открою что-то полезное. Поэтому Сахиб и не упустил возможности отдалить нас с отцом ещё больше, позволив тогда тому мужику отъехать. А когда внезапно отъехал мой отец, Сахиб не смог найти контрольный пакет документов, вот и затеял всю эту игру.

— Тебе пришлось отдать ему всё из-за меня… Прости.

— Нет, ты как раз появилась очень вовремя. Я тогда ещё не мог смириться с тем, что узнал, и по глупости затянул ситуацию, пытаясь стянуть с них хоть какое-то