Где начинается радуга? - Ирина Леухина

Обычный мэйк, который она делала за двадцать минут. Занял почти сорок. Даже Рома подходил к нам и спрашивал в чем дело.

Протягиваю руку к Арине, но она шарахается от нее. Заглядывает в мои глаза и краснеет.

— Все готово.

— Арина…

— Ксюх, ты долго? — Денис подошел и оглядел со всех сторон. — Нам и так много работы предстоит. Пойдем скорее. Раньше начнем, раньше закончим.

Встаю и всматриваюсь в лицо девушки. Как же жаль. Но у нее не хватает сил держать лицо. Или не все это умеют. Да имею ли я права, требовать от нее. Держать это лицо. Для меня — это гордость. Скрыть свои чувства, не показать свои слабости.

А она… Арина такая открытая к жизни. Разве можно от нее требовать то, что не присуще ее нутру.

— Прости, — шепчу одними губами и отхожу к стенду.

Пора работать.

**

— Отлично, — кивает мне Ден. — Ты справилась. Но часто ты получалась какой-то расстроенной, — задумчиво провел по волосам парень и взглянул прямо в глаза. — В чем дело? Опять из-за Глеба?

— Ум?

С непониманием смотрю на друга и в отрицании машу головой. Из-за Глеба это или нет. Но мне больно. За Арину. Что ей приходится страдать. Но у нее не уляжется боль даже если я расстанусь и подтолкну Глеба к ней. Она заслуживает настоящие ответные чувства. Ей нужно отпустить свои чувства.

И как быть мне. Чувство вины за свое счастье. Оно создает туманность вокруг моих чувств.

Жуть.

— Ты Глеба позвала?

Смотрю куда показывает Ден и ахаю. Вот как он может.

В дверях с улыбкой и с подарком стоит мой Глеб. Он машет мне и зовет. А я не задумываясь лечу в его объятия. Потому что не могу иначе.

Мне тянет к нему, словно я на привязи. Только потяни и я прибегу.

Что это: любовь или зависимость?

Вопрос важный, но не здесь и не сейчас.

— Как ты тут оказался? — утыкаюсь ему в шею.

— Был рядом. Ты закончила?

Отпрыгиваю от него и несусь переодеваться. Быстро скидываю платье, одеваю свои джинсы. Распускаю волосы и провожу своей расческой.

— Теперь вижу, что ухаживания других ты больше не примешь.

Рома облокотился бедром о стол и слишком явно нахмурился. Но мелькнувшая улыбка показывает всю несерьезность его слов.

— Есть такое. Я ведь свободна?

— Свидание?

Хочу крикнуть да, но осекаюсь. Встречаюсь со взглядом Арины, которая следит за каждым движением Глеба. Как он сел, как потянулся к журналу.

Она принесла ему стакан воды, а он поблагодарил в ответ. Арина раскраснелась, что сделало ее еще милее. Она с трудом контролировала свои чувства рядом с объектом.

Жгучая ревность обожгла меня. Мне хотелось вырвать стакан из рук Глеба, а содержимое вылить на голову Арине.

Что за мысли!?

Они ведь убивают меня. Съедают мой мозг.

— Ксюш?

Рома заволновался, что я долго молчала.

Взглянула на него и вымученно улыбнулась.

— Да, на свидание. Я пошла?

Не слушаю ответа и ухожу к Глебу.

— Я всё. Идем? Пока, Ариш.

Она смутилась от моего взгляда. Прохрипела что-то в ответ, но на нас больше не взглянула.

Глеб попрощался с Деном, и мы вышли.

— Ревнуешь?

— А ты не знаешь, что она влюблена в тебя?

— Знаю.

— И?

— А что мне делать? Главное не пользоваться ее чувствами. И быть отстраненным. Чтобы она не придумала лишнего.

— Но откуда..?

— Она намного хуже тебя скрывает свои эмоции. Это твои чувства сложно раскрыть. А ее — просто. Даже если не хочешь.

Мы выходим из центра, в котором находится фотостудия. Глеб рассказывает про Люсю. Как она сегодня дала в нос парнишке за то, что он предупредил ее о своих намерениях. По факту, сказал ей, что он на ней женится, когда они вырастут. За это Люся ударила мальчика. Со словами, что у нее уже есть кто на примете. И это не он.

На этом месте я засмеялась. Потому что от Люси. Маленькой и нежной девочки, которая выглядит как наивный котенок. Услышать такие слова. В это с трудом вериться. Я предупредила Глеба, что поверю в эту историю. Если только сама лично услышу такие слова от девочки.

— За всю нашу совместную жизнь, я уверен. Ты не раз услышишь такое, — смеется парень.

На мой неестественный смех он не обратил внимание.

— Куда мы идем?

— Я хочу познакомить тебя со своими друзьями, — воодушевленно признался Глеб и повел к беседке с мангалом у пятиэтажного дома.

Ребят было пятеро. Двое с девушками. Один с сестрой на год младше его. Еще один как сам себя называет: самым ржачный из компании. Только потому что много говорит и не по делу. И, конечно, Рустам. Я думала, что они друзья только в школе. Но оказалась не права.

Рустам поприветствовал меня. Глеб представил другим. Но имена его друзей вылетели из головы. Мне обрадовались все, кроме одной. Сестренки одного из друзей. Она разочаровано взглянула на Глеба и зашмыгала носом. Девушка другого друга подошла к ноющей дурынде и что-то ей зашептала на ухо. И это что-то обрадовало ревнивицу. После чего она перестала плакать, но продолжила смотреть на меня с вселенской обидой. Как будто я украла ее вещь.

Да что это такое.

Почему девушки думают, что я краду чужое. Парни ведь не вещи. Они люди. Это они принимают решение, что я им нравлюсь. Я их не заставляю.

Но мне кажется такие ревнивицы считают, что я ведьма. И готовлю любовное зелье, которым опаиваю бедных и несчастных.

Ну, или сирена. Как вариант.

Ребята готовят мясо, девушки рядом режут овощи. Глеб подал мне баночку пива. Но открывать ее и пить, я не хотела. Не с теми людьми. Нет, настроения на выпивку и раслабон с чужими.

Самый ржачный пригнулся к Глебу и Рустаму. Словно собрался рассказать или спросить один секрет. И громко прошептал:

— Не знаете, у вашей классной Валерии парень есть?

Я сначала подумала, что не поняла вопрос. Но кинув взгляд на Рустама, уверилась в правильности своих догадок.

Рустам напрягся, его руки сжали железную баночку, и она согнулась в нескольких местах. Во силище в его руках.

Я невольно отступила к Глебу. Все же его друг наводит на меня страх.

— Зачем тебе?

Пробасил Рустам. Глеб обратил внимание на друга и с жалостью посмотрел на своего ржачного приятеля.

Я бы перевела взгляд так: «друг тебе каюк» или «у меня скоро на два друга станет меньше. Один