Измена мужа. Новая жизнь - Чарли Ви

— Волосики черные, — прошептал Дима и поцеловал меня. Значит всё-таки тоже переживал.

Малыш родился на крещение, чем вызвал у бабушки неподдельное благоговение и любовь с первого взгляда. Он действительно был большой как папа — четыре триста и ростом пятьдесят восемь сантиметров. Дима с гордостью рассказывал всем про своего богатыря. Но умалчивал, что из-за этого меня чуть не положили под нож. Хотя он продолжал шутить и поэтому поводу.

— Это врач специально сказал тебе про кесарево, чтобы ты сама родила. Видела бы ты своё лицо в тот момент.

Это сейчас он смеялся и шутил, но в тот момент он так же как и я был покрыт испариной. Роды были не самые легкие, но к счастью всё закончилось хорошо.

Я почувствовала легкий толчок и погладила аккуратный круглый живот.

Забеременеть вторым через год после рождения первого ребенка это довольно большой риск говорили врачи. Но Мама Надя, да и бабушка тоже в один голос уверяли, что будут помогать. Я больше боялась не этого, страх родов еще не успел забыться. А в остальном мне во всём помогал Дима, он вставал ночью к сынишке, а когда были колики носил его на руках, поглаживая спинку, чтобы у малыша отошли газы. Он без проблем мог поменять памперс и помыть сына. Когда я слышала как мамочки в поликлинике жаловались на своих мужчин, которые никак не помогают с малышом, я мысленно благодарила бога за своего мужа.

Выписали нас с сынишкой на четвертый день после родов, как и предсказала медсестра веселье на выписке зашкаливало. Весь медперсонал получил букеты цветов и подарки, машина украшенная шариками и надписью “еду за сыном”. Фотограф, родственники с подарками. Я смотрела на этот концерт, и улыбка растягивалась до ушей. Кто бы мог подумать, что такой брутальный, наглый красавчик окажется прекрасным и нежным папочкой. А когда он вручил мне свидетельство о рождении я чуть не расплакалась от того как он назвал сына. Мы с ним во время беременности договаривались, что назовем вместе и даже выбирали имя, но Дима сделал как всегда по своему. И оказалось, что в нашей маленькой семье стало два Александра один мама, а другой — сын.

— Ахмадов Александр Дмитриевич, — мне кажется очень даже звучит, Дима произнес имя сына еще раз, будто пробовал его на вкус, и довольно улыбнулся.

— Почему ты решил его так назвать?

— Потому что только сильная женщина могла столько мучиться и рожать, другая бы попросила эпидуралку. Наш сын тоже будет сильным и стойким. Будет защитником.

— Ты даже про это знаешь? — удивилась я тогда.

— Конечно, знаю.

— Но дочь буду называть я.

— Да пожалуйста. Всё равно ты её Димой назвать не сможешь.

— Зато могу Деметрой назвать. Дима производное от этого имени.

— Нет, только не Деметрой.

— И кстати, значение у этого имени — плодородная.

— Серьёзно? Тогда тем более не надо.

Я встала с кровати и прошла на кухню за водой, невольно улыбаясь своим мыслям. Срок уже подходил, роды ставили на июль, а я так еще и не выбрала имя нашей дочери. Хотя один вариант вертелся на языке чаще, чем остальные, но я боялась, что Дима забракует и его. Он уже отверг Полину, Алису, Ульяну.

Почувствовала сильные горячие руки на талии, Дима прижал меня к себе.

— Ты чего не спишь? — сонно пробормотал мне в шею, обдавая горячим дыханием.

— НЕ спится. Вспоминала Как родился Саша.

— О, я каждый день об этом вспоминаю.

Его рука поднялась выше и обхватила грудь, теперь она уже не помещалась в его ладонь.

— А ты не знаешь случайно, что надо сделать чтобы грудь не уменьшилась после родов?

— Капусту наверно кушать.

Дима наклонился и поцеловал меня в шею.

— Моя сладкая девочка, — пробормотал он.

— Слушай, я тут думала насчет имени.

— И?

— Может София?

Дима замер на несколько секунд, словно обдумывал сказанное.

— София…

— С древнегреческого означает “мудрость”.

— Хм…

— Александр и София. Защитник и мудрость. Разве плохое сочетание?

— А в таком контексте я не думал. Мне нравится.

Ну вот, наконец-то, ему Из комнаты донесся возмущенный крик, мы с Димой бросились в комнату. Хоть у Саши есть своя комната и кроватка, он всё равно каждую ночь приходит к нам.

Увидев нас, он тут же успокоился и лёг на подушку. Я присела рядом, поглаживая спину маленького сынишки.

— Ты ложись, я сам с ним посижу.

— Хорошо.

Перед тем как закрыть глаза, я наблюдаю за мужем как он склонился над сыном. Он моя надежда и опора. Он моя любовь.