Прорыв - Кайли Кент

кем она была. У нас был брак по расчету. Я никогда не любил ее, Алия. Но тебя я, черт возьми, полюбил сразу же, как ты родилась, больше, чем кого-либо в своей жизни, только не рассказывай об этом своим братьям, ― говорит он, и я клянусь, что вижу зачатки ухмылки, прежде чем он берет ее под контроль. ― Она не могла с этим справиться. Я знал, что она ревновала тебя, но не знал, до какой степени. Я бы никогда не позволил этому случиться с тобой, если бы знал…

― Я всегда думала, что ты держишь обиду, потому что из-за меня она ушла, ― впервые признаюсь я.

― Нет. Никогда. Я никогда не смогу обижаться на тебя. Ты моя дочь, Алия, ― говорит он.

― Мне жаль.

― Он делает тебя счастливой? Я заметил, что ты изменилась. Это из-за него?

― Да, ― говорю я. ― Что ты собираешься делать?

― Ничего. Я ничего не собираюсь делать. Если Кинг делает тебя счастливой, то и я буду счастлив. Но как только он станет причиной хоть одной твоей слезинки, я заставлю его истечь кровью, ― угрожает отец.

― Правда? Ты не причинишь ему вреда?

― Нет, если он не даст мне повода, ― говорит отец.

― А ты можешь сделать так, чтобы мальчики тоже оставили его в покое? ― Я знаю, что это перебор, но я должна попытаться.

― Этого я не могу обещать. ― Папа смеется.

― Отлично, ― бормочу я себе под нос.

― Алия, ты заслуживаешь любви больше, чем любой человек, которого я когда-либо знал. Тот факт, что все эти годы ты считала иначе, разбивает мое чертово сердце.

― Когда я только начала встречаться с Лиамом, кошмары вернулись. Она вернулась. Думаю, старые раны просто открылись.

― Тебе нужно возобновить терапию? Я могу пригласить кого-нибудь на дом.

― Нет, мне просто нужно время, ― говорю я, надеясь, что это правда.

― Ты ведь знаешь, что этот парень уже влюблен в тебя, не так ли? ― говорит мне отец.

― Нет, это не так.

― Так. Увидишь.

― Откуда ты знаешь? ― Мне интересно, действительно ли это так очевидно для всех, кто не является мной.

― Потому что он знает, что в моих руках его карьера, и он все равно признался, что встречается с тобой. Он был готов принять любые последствия, потому что хочет быть с тобой, несмотря ни на что.

Я смотрю на отца. Я понятия не имею, прав ли он. Я не могу представить, что Лиам может быть влюблен в меня.

Похоть? Конечно. Одержимость моей вагиной? Безусловно. Но любовь? Не знаю, как насчет этого.

― Ты солгала мне, чтобы уберечь его. Это значит, что он тебе тоже небезразличен, потому что ты никогда не лгала мне, пока не появился этот парень. ― Папа кивает головой в сторону двери, в направлении комнаты Лиама.

― Ты прав. Я не лгала. Потому что у меня никогда не было чего-то, о чем стоило бы лгать, я думаю.

Глава двадцать восьмая

Лиам

Я мечусь по комнате. Мне хочется пойти, постучать в дверь ее отца и потребовать, чтобы он вернул ее мне. Что абсурдно. Она, черт возьми, не собственность, но она моя. И мне плевать, кто пытается сказать мне обратное.

Я беру телефон и отправляю ей сообщение.

Я:

Пожалуйста, скажи мне, что с тобой все в порядке.

Я бросаю телефон на кровать, когда раздается стук в дверь. Открыв ее, я обнаруживаю, что по ту сторону стоит Алия. Я не спеша осматриваю ее сверху до низу.

― Иди сюда. ― Я хватаю ее за руку и затаскиваю в комнату, после чего закрываю за ней дверь. Я обнимаю ее за талию и прижимаю к своей груди. Она намного ниже меня. Ее голова лежит прямо под моим подбородком. ― Ты в порядке? ― спрашиваю я, крепко прижимая ее к себе.

― Я в порядке. Мы хорошо поговорили, ― говорит она.

― Насколько вероятно, что я стану кормом для рыб?

― Не так вероятно, как я думала, ― говорит она мне. ― Я не понимаю. Всю жизнь он предупреждал меня, чтобы я не ходила на свидания. Еще до твоего приезда я отпустила несколько бесцеремонных замечаний о том, что позволю всей команде делать со мной все, что они захотят, и он пригрозил залить каток их кровью.

― Подожди… Что ты сейчас сказала? ― Я отстраняюсь, чтобы посмотреть на нее.

― Расслабься. Я пыталась донести до них мысль, что они не могут контролировать мои поступки. Поверь мне, мне нужно как минимум три свидания.

― Три свидания? Мне понадобился целый газиллион.

― Официально мы не были даже на одном, ― говорит она.

― Я это исправлю. Когда мы вернемся домой, я приглашу тебя куда-нибудь прогуляться. Может быть, я найму самолет, чтобы он написал в небе сообщение, и весь Ванкувер узнал, что мы официально вместе.

― Не делай этого. Тебе еще предстоит разобраться с моими братьями. Они не будут такими понимающими, каким оказался мой отец. Что мне до сих пор кажется странным.

― О чем вы говорили?

Алия отступает назад, чтобы посмотреть на меня.

― В основном о моей матери. Я понятия не имела, что мои родители поженились по расчету.

― Некоторые браки по расчету в итоге оказываются самыми счастливыми, ― говорю я ей.

Алия качает головой.

― Сколько себя помню, я винила себя в том, что между ними произошло. Мой отец потерял жену, и все из-за меня. Это была моя вина.

― Почему это была твоя вина? ― Черт, к этой теме я никак не могу подступиться. С тех пор как она отправила и тут же удалила то сообщение, я хочу спросить ее.

― Моя мать пыталась меня убить. И не раз, ― говорит она, опустив взгляд. ― Она говорила, что это моя вина, что я недостойна любви. ― Алия дотрагивается до шрама на запястье. ― Это была ее последняя попытка. Об этом мои кошмары ― она режет мою руку. Это была самая сильная боль, которую я когда-либо испытывала в своей жизни, и иногда в своих кошмарах я все еще чувствую ее. Как будто это происходит на самом деле.

Я моргаю, притягивая