Хорошая девочка. Версия 2.0 - Дора Шабанн

А потом, в ночи, я уже буду готовить документы по списку, что прислал мне «самый лучший адвокат в городе».

И пить.

Чай — если одна, какао — если с сыном.

Неожиданно, но в моей жизни есть люди и занятия, ради чего ее стоит жить.

А это, мне кажется, здорово.

Глава 50

Весна — это трудная пора

'Уж тает снег, бегут ручьи,

В окно повеяло весною…

Засвищут скоро соловьи,

И лес оденется листвою!'

А. Н. Плещеев

Обычно в марте на кафедре наблюдается легкий отходняк от тягот осенне-зимнего периода.

В начале месяца традиционное вручение дипломов. Затем все, независимо от пола и возраста, ждут «Женский день» и фуршет. А потом до конца месяца учащиеся четвертого и пятого года определяются с темами курсовых, магистры же начинают носить сырые работы к защите. Потихоньку.

Так, в общих чертах и проходит март — ни шатко ни валко. В целом — очень кстати, потому как других дел и поводов для переживаний в этом году у меня море разливанное. Только успевай черпать.

Но я стараюсь справляться. Для начала — упорядочить все вокруг.

Руслан спросил как-то вечером за традиционным какао:

— Чего нас с проектами не послала? Постеснялась или пожалела и Экзюкпери вспомнила?

Порадовалась, что ребенок хоть что-то из «Маленького принца» запомнил. Читали мы сказку лет пять назад, а, как по мне, книжка эта уж больно взрослая. Моя радость до нее морально еще и не доросла, кажется.

— В той схеме, что я вам предложила, вы будете работать как взрослые люди. Поймете принцип подготовки проекта в целом. Без привязки к предмету. Научитесь ответственности и самостоятельности.

Боже, я признала, что сын и его друзья взрослые.

Прорыв.

И это так здорово: почувствовать, что они отдельные личности. Их нет необходимости постоянно контролировать, доказывать свою правоту ежечасно и настаивать, чтобы сделали, как ты считаешь единственно верным.

Перестать бормотать им: «Не так!» на все, что они творят. Даже если они творят дичь.

Неужели я готова позволить Руслану ошибаться самому?

Удивительные мысли приходят в голову.

Надо записать и при общении с молодежью держать конспект перед глазами, а то опять унесет на привычные с детства рельсы.

А я только-только с них начала сползать.

Вроде бы.

Как подсказывал мой жизненный практический опыт — любая задача по силам, если взяться за нее с точки зрения научного подхода.

При правильном планировании решается все что угодно.

И еще много подобных сентенций я использовала для подбадривания себя и Руслановой компании в рабоче — учебных чатах, где мы уже вторую неделю ваяли проекты.

Физика и информатика летели вперед резвыми скакунами. У парней. Девочки плелись в хвосте и негодовали. С литературой история была обратной.

Но я не унывала. Мне, в принципе, выходило некогда заниматься такой ерундой.

Вечером формулировала им задачу. Ставила срок. И благословляла.

По мере поступления результатов — читала одним глазом в любую свободную минутку. И я была занята, мысли глупые в голове не гоняя кругами, и процесс вперед мчался.

После наступления отчетного срока оглашала результаты. Корректировала курс и все по новой. Дети заняты, шляться по улицам не успевают, в гости звать или проситься самим им некогда, и страдать от любви тоже. Сплошная польза наблюдается на практике от правильно организованного учебного процесса.

Народ так вошел во вкус, что делился освоенными принципами, схемами и наработками с одноклассниками. Я только успевала изумляться, но почти все родители писали мне благодарственные письма в классном чате. Разогнавшаяся молодежь даже рискнула взять дополнительные проекты по другим предметам.

Руслан, конечно, по истории.

После этого я начала запивать корвалол какао и твердить про себя: «Мы это переживем. Правда. И вообще, все переживем. Надеюсь».

Саша с момента передачи истории с разводом в руки адвоката был неуловим: то на встрече, то уехал по делам в Администрацию, Водоканал, Россети. Или в командировке. Лучший в городе адвокат по бракоразводным делам скрипел зубами и направлял Александру Михайловичу документы и приглашения на встречу заказными письмами с уведомлением.

На контакт со мной пока-еще-супруг не шел категорически. С Русом изредка говорил по телефону. Обещал, что вот-вот, прямо завтра, обязательно все сделает.

Результата пока не было.

А тут внезапно подкралось время заседания кафедры расширенным составом. Из положительного — на судилище Саша точно должен явиться, чтобы хорошенько облить меня всем тем, что у него накопилось.

Не нужно быть ни Вангой, ни Нострадамусом — изначально это сборище задумывалось, как Голгофа для меня. Но, как показала жизнь, люди, предполагают, а обстоятельства располагают.

Игорь Александрович перед заседанием был весьма оптимистичен:

— Маргарита, выдохни. Повода нервничать нет. Все будет нормально, поверь старому бюрократу.

— Я вам, конечно, верю, но опыт мой упрямо намекает на тонны яда и дерьмища, что прольются. Мне прямо заранее неприятно.

Шеф хмыкнул:

— Наших-то я уйму. Да и за остальное тебе переживать нет необходимости. Обещал же — в обиду не дадим. Посидишь тихонько в стороне, посмотришь — кто у нас на что способен. Так сказать, на будущее.

Это здорово, неожиданно, и внушает оптимизм. А то я же речь там какую-то защитную готовила. С терапевтом.

Она, правда, не нашла состава преступления и не совсем поняла, за что я должна оправдываться.

Сошлись на том, что я объясняю свою точку зрения на супружеские отношения и почему подала на развод и решила разрушить такой идеальный профессорский брак. Хотя это вообще никого не касается, кроме меня, Саши и Руслана.

Но, раз пошла такая пьянка с привлечением ректора, то надо сразу правильно расставить акценты.

Про Влада никто ничего точно не знает. Да и знать там нечего.

Настрой руководства меня удивлял и радовал. Но мне по-прежнему было слегка тревожно.

Что там Саша мне выкатит?

Ладно в крайнем случае будем считать, что это пробник перед судом. Где я еще смогу узнать позицию супруга? И почему он так категорически против развода я просто ума ни приложу…

Беспокойства вчера добавил Рус вопросом: «Мам, а когда у вас там суд неправедных?».

Зачем ему-то эта информация? Нет, сказала, конечно. Надо, наверное, раз спросил.

При подходе к аудитории, выбранной местом сбора, я с изумлением увидела не только пестрые стайки кафедральных дам с начесами и коллег-мужчин «в парадном», но и Кота. Моя ошибка времен аспирантуры выглядел «изрядно ощипанным, но не побежденным». Об этом свидетельствовали вздернутый подбородок