Грань запрета - Эвелина Гольдман

— Ах ты, блядь, Вилка, — один, уже знакомый мне, амбал по дибильной кличке Вилка, ударяет мне кулаком в лицо, что я падаю, как мешок на пол и пытаюсь прийти в себя. Голова трещит, а скула будто лопается от такого удара.

— Я же говорил, что она дерзкая сука, — Максим садится на корточки и проводит ладонью по моему бедру, — Но красивая сука, рабочая, и её только один мужик ебал…, — мерзкий смех наполняет комнату, а я зажмуриваю глаза.

— Скоро повеселимся, крошка, — прощальное обещание и толпа идиотов выходит из камеры, оставляя меня одну.

Влад? Папочка? Вы где?…

Глава 47. Влад

Мы с Олегом стояли перед незнакомым, стареньким подъездом и молча курим. Я сообщил ему несколько часов назад и он первым рейсом прилетел вместе с Анджелой. Выглядел он так же, как и я — хреново.

— Похерил мою единственную дочь, единственную радость, — я молча курил знаю, что это так. Я во всем виноват, — Молись, чтобы она хотя бы осталась жива…

— Чего хотя бы? — я реально туплю, боюсь знать, не хочу знать.

— А ты тупой? Думаешь, что её никто не будет насиловать, потому что там соберутся джентельмены? — его голос дрогнул, а мое сердце оборвалось. Господи, только не это, пожалуйста.

— Этот подъезд, пошли, — стараюсь просто, блядь, не зареветь в голосину. Я нашел этот адрес, пострадавшей девушки. Она пыталась подавать заявление об групповом изнасиловании, но его благополучно выкинули и девушка так и осталась без возмездия. Мы поднялись на третий этаж, и остановились перед дверью, нажав на звонок. Дверь открыла бабуля, которая смотрела на нас волком.

— Чё нужно? — чувствую, что мирного разговора с ней не выйдет.

— Я- Олег и мне нужно поговорить с Лебеденко Марией Павловной, — бабуля оглядела нас с головы до ног:

— Пошли вон и оставьте мою Машу в покое, — пыталась захлопнуть перед нашими рожами.

— Подождите, пожалуйста… мою дочь похитили те же уроды, что и вашу внучку, мне очень нужно поговорить с ней, прошу, — бабуля какое-то время поразмышляля:

— Пошли вон, — и хлопнула дверью.

— Вот так вот, — смотрел на меня Олег, а я уже потерял какую-либо надежду. Мы обречено начали спускаться по лестнице и тут двери открылась, а на пороге показалась молодая девушка, болезненного вида.

— Подождите, проходите, — мы снова поднялись и зашли в старенькую квартиру.

— Проходите на кухню, — мы прошли в крошечную кухню и сели за стол, который стоял возле окна, а на нём лежала книга, которую по всей видимости, она и читала. Она вернулась спустя пару минут и села напротив нас, а вот бабуля зло глядя на нас, поставила чайник.

— Что у вас случилось? — внешний вид девушки осень напомнил мне мою Веру, и больше всего в жизни не хотелось увидеть такую Злату. Она- цветочек, она не сможет.

— Мою дочь похитил Валик, — на этом имени у девушки по телу пробежала дрожь и она вытаращила глаза, — Я хочу её найти…

— Это невозможно и то, что я сейчас с вами разговариваю- может стоить мне жизни. Мне и так пригрозили повторением…, — она уставилась в одну точку, — Повторением этого ужаса… Бабуля, выйди, пожалуйста…

— Никуда не выйду

— Бабуля, пожалуйста, — женщина снова зло на нас посмотрела и вышла из кухни, прикрыв за собой дверь.

— Началось всё с того, что я не ответила взаимностью его сыну, затем ко мне на остановке подъехала машина, меня туда запихнули и я уже очнулась в подвале, затем меня… я… потом их охрана и, — она тихонько заплакала, а у меня от злости, жалости и немыслимый грусти запекли глаза, — Они звери, но лучше не находите их, будет хуже, они вырезали семью той девушки, другой…

— Нам нужен адрес дома, куда тебя увезли…

— Я не знаю, я не помню, — она закрыла уши руками и опустила голову, — я взял её за локоть на что она дрогнула.

— Маша, эта девушка- для меня самое дорогое в мире, я без нее подохну, я прошу тебя, вспомни хотя бы что-то, — девушка задумчиво смотрит и опускает глаза.

— Я помню, что там был лес и озеро рядом, номер дома был или 32 или 33, а ещё тем что-то вроде поселка, а название связанное с водой что-то… я не помню…

— Волнистое, — вспоминает Олег.

— Да, да, точно, оно

— Спасибо тебе Маша, я попрошу охрану подежурить у тебя эти дни, пока мы будем до них добираться, хорошо? — ее взгляд сразу успокаивается.

— А они… охрана ваша… нормальные?

— Не переживай даже об этом, ты их не увидишь, — она кивнула.

— Спасибо, Маша, — мы очень быстро выпили чай и поехали, захватив за собой парней. Пожалуйста, девочка моя, держись…

Глава 48. Злата

Нервы начинают закипать, про панику я вообще молу. Я никогда в жизни столько не молилась, а теперь я просто лежу на грязном матрасе в подвале этих двух ублюдков и надеюсь, что вообще смогу выжить. Много вспоминаю маму, мама была сильной и я буду сильной… А это так трудно…

Где-то, примерно, через час дверь распахивается и меня за шкирку вытягивают два амбала с матраса и тянут верх по лестнице, от того, что волосам больно, я держусь за массивное запястье и снова ловлю приступ слёз.

— Куда вы меня тянете? — в глаза попадёт яркий свет от люстры и я инстинктивно морщусь от этого.

— Как куда? — она громко ржут и переглядываются между собой, — На рабочее место! В спальню! — холодной пот мерзко проходится по всей спине и заставляет меня дергаться ещё сильнее. Мне плевать, что это не поможет, но я хотя бы попытаюсь.

Дом огромный, просто целый замок, по коридорам которого меня тянут. Распахивают дверь и заводят меня в ванную комнату, где напротив меня стоит женщина в возрасте, которая пренебрежительно скривила тонкие губы. Высокий рост, верный брючный костюм, тонкие, злые черты лица и красный, острый маникюр.

— Хозяин попросил вымыть и напялить тряпки, — она кивнула и дебил по кличке Вилка приподнял меня за одну руку, — Будешь дергаться, я вмажу тебе сильнее, а потом твою жопу порву, поняла? — я быстро закивала и они меня отпустили, захлопнув дверь.

— Сними с себя это и залезай в ванну, — я попыталась хоть как-то попросить у нее о помощи:

— Прошу помогите мне…

— Закрой рот и делай, что сказала, — я поняла, что с этой жуткой тёткой лучше не разговаривать, поэтому послушно стянула белье и встала перед ней абсолютно голая. Женщина оглядела меня и вынесла свой вердикт:

— Волос нет,