Так близко - Сильвия Дэй

– Я сразу после тебя.

Требуется еще два точных движения, чтобы довести меня до оргазма. Я шепчу твое имя, пока мое тело сотрясает сильная дрожь, а ноги трясутся от переизбытка счастья. До меня доносится стон, и ты склоняешь голову к напряженному торсу, словно возносишь молитву. Влажным лбом прижимаешься к моему. Ты кончаешь и поэтому задерживаешь дыхание, тело содрогается, а бедра подрагивают.

Спустя мгновение ты, тяжело дыша, прижимаешься ко мне.

– Господи, – шепчешь ты, пытаясь восстановить дыхание. В голосе одновременно слышатся удовлетворение и огорчение, поэтому я начинаю смеяться. – Прекрати! – звучит грубая просьба. – Ты снова меня возбуждаешь, и это может меня прикончить.

Ты соскальзываешь с моего влажного тела и падаешь между мной и спинкой дивана, а затем обнимаешь меня и поворачиваешься, чтобы я оказалась сверху.

– Ты остался совершенно без сил. – Я приподнимаюсь, чтобы посмотреть на тебя сверху вниз и убедиться, что это действительно так.

Ты окидываешь меня вопросительным взглядом.

– Если бы сегодня утром ты спросила меня, смогу ли я затрахать нас обоих до полусмерти, я бы сказал, что эти прекрасные дни остались в прошлом. И теперь я понимаю, что мой дружок не совсем… командный игрок. Ему совершенно плевать на состояние остальных частей тела. И смерть во время секса с тобой – это лучший способ выразить мою любовь. У меня есть еще много пунктов в списке желаний, но их надо обсудить до моей смерти.

Я задумчиво кладу подбородок на скрещенные руки и спрашиваю:

– Например?

– Например, посмотреть все твои любимые детективные и шпионские франшизы и наконец-то съесть эту холодную пиццу.

– А ты не смотрел их без меня?

– Без тебя? – С этими словами в твоих глазах мелькает грусть. – Даже если бы я попытался, то не смог бы досмотреть их до конца… без тебя.

Моя рука сама собой тянется к твоему сердцу. Я внимательно изучаю совершенное лицо. Удовольствие смягчило твои черты, в твоих глазах плещется любовь. Мне хочется прикасаться к каждому сантиметру твоего тела, изучить каждую неровность кожи.

– Поцелуй меня, моя королева, – шепчешь ты, облизывая нижнюю губу. – За твой поцелуй я готов отдать все королевство.

Прижимаясь кончиком своего носа к твоему, я шепотом отвечаю:

– А если ты именно тот король, которого я хочу?

– Я уже твой. И всегда был только твоим.

Я целую тебя в губы, моя кожа невыносимо пылает, словно я обгорела под палящим солнцем. Я играла с огнем в твоих объятиях и теперь расплачиваюсь.

И ради этого я умерла, все ради тебя.

И теперь мне придется убить.

32

Эми

Горячий, влажный, вонючий язык старательно облизывает мое лицо. Я приподнимаю руки, пытаясь оттолкнуть от себя отлично развитое тело, покрытое волосами.

– Что за фигня?

Господи, челюсть болит так сильно, будто накануне в нее вонзили ледоруб.

Теперь язык лижет мое предплечье, и мне приходится открыть глаза и сразу же прищуриться из-за яркого солнечного света.

– Черт возьми! Отвали от меня!

Приподнявшись на локтях, я осматриваюсь по сторонам. Оказывается, я лежу на низеньком раскладном диване кремового цвета. Мне нужно еще несколько секунд, чтобы оглядеться и понять, что я нахожусь в гостиной Сюзанны. На жизнерадостных желтых стенах висят картины с пейзажами и резные деревянные маски. Цвет стен усиливает невыносимую яркость солнечного света, который уже выжигает мои глаза. Оглушительный лай привлекает мое внимание к черному лабрадору. Он нетерпеливо и выжидательно сидит прямо возле меня.

– Черт возьми. Прости меня, Олли. – В знак примирения я глажу его по голове. – К сожалению, я далеко не жаворонок. Помимо этого у тебя плохо пахнет из пасти. Но я все равно безумно тебя люблю.

– Уже не утро, – хмуро поправляет Сюзанна, появляясь откуда-то со стороны кухни. Яркая лента на голове аккуратно удерживает волосы, а потрясающий шелковый наряд прекрасно облегает ее идеальную фигуру. – Сейчас почти три часа дня. И я специально даю Оливеру пробиотики, рекомендованные его ветеринаром, чтобы убрать этот запах. Ожидается, что это поможет.

– Блин. Если эти штуки реально работают, то раньше, наверное, от него воняло трупным разложением. – Я принимаю сидячее положение и тру глаза. – Какого черта я оказалась у тебя на диване? И где моя сумочка? Мне нужно выпить мои таблетки.

Она берет мою брендовую сумку с зеркального столика в прихожей и приносит ее мне.

– А какие таблетки ты пьешь? И зачем?

– Пару дней назад мне срочно удаляли нервы в коренном зубе. Они ввели мне сильную анестезию, а про запас дали лошадиную дозу обезболивающих.

Я скидываю одеяло и окончательно сажусь. Сейчас на мне надеты аккуратные трусики-слипы, надетые еще накануне утром. Они оказались самым удачным выбором из всей моей коллекции нижнего белья, поскольку на Лили были надеты примерно такие же, когда она присутствовала на семейном собрании в библиотеке Кейна. В комплект также входит корсетный топ в тон, созданный подчеркнуть стройность талии. Честно говоря, он выглядит сексуальнее и практичнее, чем тряпки на сучке Кейна.

Встав с дивана, я сразу же направляюсь к барной стойке из блестящей латуни и стекла и наливаю себе джин с тоником. Посмотрев вниз, я пытаюсь скрыть внутренний страх. У меня между ног все дико болит, и там все какое-то липкое. Нет никаких сомнений в том, что у меня был секс, но я совершенно не помню детали.

Пожалуйста, Господи, пусть это будет мой муж.

– Тебе же нельзя пить алкоголь и таблетки одновременно, – поучительным тоном говорит Сюзанна.

Повернувшись, я смотрю ей в глаза, запивая обезболивающее джин-тоником. Коктейль комнатной температуры, поэтому должен казаться ужасным на вкус, но сейчас это пойло сродни напитку богов.

– Дариус убрал весь алкоголь из нашей квартиры. – Ну, во всяком случае, все, что смог отыскать. – И мне действительно нужно выпить.

– Тебе сначала нужно что-нибудь поесть. Эти таблетки на пустой желудок могут вызвать продолжительную рвоту.

Я смотрю на нее, но она уже отвернулась и ушла на кухню. Быстрым, профессиональным движением я опрокидываю стакан и залпом выпиваю первый коктейль за день. И сразу же наливаю второй ровно до того же уровня, чтобы Сюзанна ни о чем не догадалась.

Поставив наполовину полный стакан на вещевой сундук, служащий хозяйке кофейным столиком, я иду в ванную и оцениваю состояние моего тела. Я перестаю дышать. На нижнем белье видно большое