Развод. Не бывшие - Адалин Черно

— Поедем, — говорит Динар, продолжая вести меня к выходу.

Мы все еще не в безопасности. Понимаю это по напряженным мужским лицам и взглядам, которыми они обмениваются. О том, когда эти двое успели так сработаться, подумаю позже.

— В машину, — командует Динар, подталкивая меня к дверце.

Я не успеваю практически ничего, только взяться за ручку, как звучит выстрел. Динар придавливает меня телом к машине, а затем мы оседаем на землю. Я закрываю уши руками, пока идет перестрелка. Но в какой-то момент понимаю, что Динар в ней не участвует. Он вообще словно… не шевелится.

С дико колотящимся сердцем я с невероятным трудом поворачиваюсь к нему. Сдерживаю вскрик, потому что его веки прикрыты, а на груди растекается кровавое пятно. Когда пуля бьет в автомобиль, я от ужаса замираю. И впервые радуюсь, что детей уже увезли. Но что если мы не выживем? Ни я, ни Динар? Что будет с нашими тремя маленькими детьми?

Наконец выстрелы прекращаются, и я могу слегка отодвинуть Динара и посмотреть на его умиротворенное лицо. Нет-нет-нет. Я хотела развод, хотела понять, каково будет жить без него. Злилась на то, что он сделал, но я не хотела, чтобы он умирал. Никогда не хотела.

— Ясмин, что…

Рядом приседает Рустам, осматривает Динара, чертыхается и командует залезать в машину.

— А… можно?

— Угроза ликвидирована, — звучит незнакомый голос за моей спиной.

Мазнув взглядом по мужчине, успеваю заметить высокий рост, широкие плечи и густую бороду на лице. И экипировку, от которой кровь стынет в жилах.

— Всех нашли? — интересуется Рустам.

— Почти. Давида Багирова взять не получилось, — говорит незнакомец. — Прочешем все и найдем, не волнуйся.

Давида? Того самого Давида, который собирался взять меня в жены? Это он здесь все это устроил?

Мне внезапно становится страшно. От слов этого мужчины о том, что его взять не получилось. Значит, он на свободе? Он там где-то ходит и, возможно, планирует новое нападение. Как ему духу хватило пойти на такое? А папа? Папа знает, что человек, который должен был управлять его бизнесом, планировал перебить его семью? Дочку и внуков?

— Ясмин, в машину, — настойчиво подталкивает Рустам.

Я забираюсь на переднее сиденье, машинально пристегиваюсь, хотя на самом деле мне просто нужно делать хоть что-то, чтобы не сидеть на одном месте и не думать. Не думать о том, что на заднем сиденье лежит мой бывший муж с окровавленной грудью.

Рустам садится за руль, заводит двигатель и выруливает с территории на трассу. Сам он выглядит не лучшим образом, и, когда он разгоняется, мне вдруг становится страшно, что мы можем не доехать. Что он может потерять сознание и врезаться в другой автомобиль, которых тут, несмотря на довольно позднее время, предостаточно.

— Выдохни, Ясмин, — тихо говорит Рустам. — Я в порядке. Динар, думаю, тоже будет. Доедем до больницы, узнаем.

— Тут неподалеку есть больница, на следующем повороте.

— Туда нельзя, — мотает головой. — Нас уже ждут в другой. Там, где не будут задавать лишних вопросов.

Я бы и рада не задавать лишних вопросов, но их в голове скопилось столько, что я не могу пересчитать. Правда, вряд ли Рустам сможет мне на них ответить.

— Как думаешь, почему они пришли к нам? И почему стреляли в Динара?

Рустам долго молчит, и меня это напрягает. Я даже немного наклоняюсь, чтобы заглянуть ему в лицо и убедиться, что он не уснул за рулем.

— Стреляли не в Динара, Ясмин, — устало говорит он. — Стреляли в тебя. И пришли сюда за вами.

— За нами?!

Он замолкает, больше ничего не говорит. Только тяжело дышит и ускоряет автомобиль. У меня же остается много вопросов, на которые никто не может ответить.

— У тебя есть связь с теми, кто забрал детей? С Еленой?

— Есть.

— Позвони им.

— Если бы что-то случилось…

— Звони! — перебиваю. — Я должна убедиться, что с ними все в порядке.

Рустам протягивает мне свой мобильный. Он обычный, кнопочный. Удивительно, что таким кто-то еще пользуется. И я бы даже спросила, почему он именно такой телефон носит, но сейчас меня волнуют мои дети.

— Последний набранный.

Пока идет соединение, внутри меня все вибрирует от напряжения. Кажется, что никто не ответит, и у меня появится новая причина нервничать, но отвечают мне довольно быстро. Незнакомый мужчина, который, только услышав, что это я, передает трубку Елене.

— Вы… в порядке?

— Да, нас куда-то везут.

Кошусь на Рустама.

— Куда их везут?

— В безопасное место.

— Ты уверен в этих людях?

— Они не мои, Динара. Уверен, он бы не стал непроверенным людям доверять собственных детей.

Киваю. Спрашиваю, как себя чувствуют ребята и Надя, и, услышав, что все хорошо, отключаюсь.

И когда вижу, что мы сворачиваем к больнице, внутри все словно расслабляется. Напряжение, сковывающее тело до этого времени, уходит. Нам навстречу выходят врачи с носилками, помогают забрать Динара. При виде его бледного лица и окровавленного заднего сиденья я думаю только об одном — лишь бы не было поздно.

Глава 51

Ясмин

На протяжении четырех часов я сижу в коридоре клиники и не знаю никакой информации. Что Динара, что Рустама забрали в операционную, и с тех пор ко мне никто не выходит, но каждый раз, когда я вижу, как медсестры снуют туда-сюда, у меня внутри все нервно сжимается. Они спешат, кто-то даже на ходу раздает указания.

Я ни разу не слышала имя Динара или Рустама, но все равно нервничаю, волнуюсь. И злюсь, потому что меня будто здесь не существует. Никто не спешит мне рассказать, как идет операция, хотя мне казалось, что так должно быть. Кто-нибудь просто обязан выйти и все мне рассказать.

Не знаю, сколько еще просидела так, прежде чем перед моим лицом появился стаканчик с кофе. Подняв голову, сталкиваюсь взглядом с тем самым бородатым мужчиной в экипировке. Правда, теперь на нем вполне обычная одежда и нет автомата в руках. И смотрит он хоть и не дружелюбно, но уже не пугает так сильно, как в первый раз.

— Никаких новостей нет, — говорю ему, забирая стаканчик.

Он присаживается рядом с таким же стаканом, как и у меня. Молчит. Не говорит ни имени, ни кто он такой. А я не знаю, уместно ли спрашивать, да и непонятно, скажет он или нет.

Буквально час назад звонила Елена. Их привезли в безопасное место, периметр охраняют множество охранников, и она вроде как не боится, но мне все равно неспокойно, не по себе.

— Вы задержали… Давида?

— Задержали.

Мне