Осенняя любовь. Уютные истории - Ася Лавринович

– Есть немного! – усмехнулась она. – У тебя есть конкурентки?

– Ага. Одна девочка, Вита. Она пришла к нам в класс в этом учебном году…

Я решила выложить маме то, о чем не говорила с тетей Машей в наш «вечер откровений». Конечно, упомянула и Фила.

– Бедный мальчик, – покачала головой родительница. – Я понимаю, каково это – учиться в гимназии среди обеспеченных избалованных подростков. Значит, кто-то тоже решил доказать остальным, что и он не хуже других.

– Не понимаю его! – возмущенно воскликнула я. – У него есть все, что нужно для счастья! Верные друзья. Любящая семья… Тетя Маша – она же замечательная! Зачем что-то кому-то доказывать?

Я заметила, как потух мамин взгляд при упоминании о семье. И улыбка тотчас сползла с лица. Возможно, это жестоко с моей стороны. Но ведь ей и самой известно, что она – не самая образцовая мама на свете. Таких исповедальных разговоров, как сегодня, у нас было немного. Чтобы их пересчитать, достаточно пальцев одной руки.

Пообедав, мы вышли на уютную небольшую пристань. Стоя у края настила и гипнотизируя взглядом речную зеленую гладь, родительница произнесла:

– Помнишь «Доживем до понедельника»?

– Твой любимый фильм? – решила уточнить я, растерянно поглядев на маму.

– «Счастье – это когда тебя понимают…» – процитировала она. – Моя мать никогда меня не понимала. Если бы не отец, который был всегда рядом и ушел от нас на тот свет пару лет назад… Не знаю, как бы я вообще существовала.

Мой папа, слава богу, жив и здоров. Но теперь вряд ли будет рядом. Мама, словно прочитав мои мысли, продолжила:

– Не хочу, чтобы ты осталась одна, Даша. У нас есть Мария Архиповна, но я все-таки твоя мать. А ты – моя дочь… Поздно я это осознала, верно?

И она нервно и горько засмеялась.

– Никогда не поздно, – ответила я, затаив дыхание.

– Те слова, что я говорила месяц назад… Ты не думай, что я была пьяна и ничего не помню. Я прошу у тебя прощения. Дарья, я готова на колени встать…

– Мам! – испугалась я. – Не надо…

Месяц назад она хваталась за меня, как за спасательный круг… Теперь я взяла ее ладонь и поднесла к своему лицу. Родные руки, пахнущие лимонным мылом.

– Прости меня, пожалуйста, – снова прошептала мать, больше не сдерживая слез. – Даша, я тебя очень люблю.

Наступил настоящий май. Стало рано рассветать. С самого утра ласковое солнце лениво вползает в город. Едва зазеленевшая кленовая аллея приводит в восторг. Впервые за долгое время чувствую такую легкость и счастье. Все хорошо.

– Кто распечатывает фотки в наше время? – усмехнулась Викуля перед первым уроком.

– Фотографы, – подсказала Карина.

– И рыжая, – процедила Вика.

– Здесь весь наш класс… Поставишь в рамку! На память.

– Да, но не с Витой на переднем плане!

– Вы о чем? – заинтересовалась я, подойдя к девчонкам.

Карина разглядывала какие-то фотокарточки.

– Дашка, ты чего школу прогуливаешь? – целуя меня в щеку в знак приветствия, поинтересовалась Карина.

– Прогуляла-то два дня всего, – пожала я плечами. – Мы на праздники за город уезжали, на дачу к маминой подруге.

– С мамой? – удивленно подняла бровь Карина. – Вы помирились?

Она была в курсе наших тяжелых отношений, потому как один раз, в десятом классе, после очередной ссоры с мамой (по телефону) я не выдержала и разревелась при подруге.

– У нас все просто замечательно, – я не могла скрыть улыбку.

– Правда? – удивилась Викуля. – А из-за чего тогда поссорились?

– Я тебе обязательно все подробно расскажу! – обняла я Викулю за плечи. – Но чуть позже, хорошо? Пока не готова. Что за фотографии? Не виделись несколько дней, и тут такие новости…

Подруги переглянулись. Карина неуверенно начала:

– Помнишь, в апреле, после того как рыжая украла твою речь, мы всем классом отправились в парк?

– Да, – нахмурилась я, ожидая подвоха.

– У Елесина был пленочный фотик, и ты делала общие снимки, – продолжила Карина.

– Ну и что? Клим ведь их еще не распечатал! Или это они?..

Викуля сердито затарахтела:

– Рыжая ничего сама придумать не может! Первого мая, когда были городские соревнования, Вита притащила такой же фотик, целую пленку нащелкала и вот… Сегодня в школу принесла распечатки. А на обратной стороне пожелания каждому… На память. Еще б автограф оставила, звезда, блин…

Я взяла из рук Карины фотографию и начала ее рассматривать. Конечно, самое время сделать групповую фотку, когда меня нет поблизости. Хитренькая! Правда, на снимке отсутствовала не только я…

– Они с Филом показали лучшие результаты в параллели, – сказала Карина. – А потом позвали всех в кафе отметить победу.

– Но мы не пошли! – выпалила Викуля.

– С Филом? – воскликнула я. – Он смог обогнать Роберта?

– Кайзер вообще не явился, – ответила Карина. – Мы еще подумали, что вы вдвоем забили на соревнования. Но официально освобождали вроде только тебя…

– Та-ак, – протянула я. – Ждите здесь!

Я решительно направилась в сторону Кайзера, который стоял с другими парнями возле кабинета. Почему он прогулял? Групповые фотографии, поход в кафе… Фил и Вита в наше отсутствие заработали кучу очков перед выборами!

Мы не виделись несколько дней. И что тут скрывать… Я жутко соскучилась по Роберту. Мне не хватало даже его глупых шуток…

– Привет! – поздоровалась я с ребятами.

– Дэнни, пончик мой! – обнял меня Роберт. – Мне тебя так не хватало…

Я взяла Роба за руку и потащила за собой:

– Ты почему в городских соревнованиях не участвовал? – зашипела я.

– Тебя укусила Жентос? – удивился парень. – Она мне десять минут назад то же самое выговаривала…

– И что за уважительная причина у тебя была? – спросила я.

– Второго мая у Сони – день рождения, отец внезапно решил увезти всех на майские из города.

– День рождения? – повторила я.

Это и впрямь уважительная причина.

– Ага, для нее лучший подарок – последний выпавший молочный зуб. Теперь она совсем взрослая. Взрослая и беззубая.

Я рассмеялась. Роберт тоже улыбнулся и произнес:

– Соня ждет тебя в гости. Не только она, все мы.

– Приду! – на сей раз уверенно пообещала я.

– И что там с соревнованиями?

– Гурьев после них угощал ребят в кафе! – заявила я.

– Ой, какая жалость, как я мог такое пропустить! Остался без пирожного… – усмехнулся Кайзер. – Ты поэтому переживаешь?

– Нет! – насупилась я. – Ты не понимаешь? За Филиппа будет голосовать практически весь «Б» класс…

– Ну и что? – пожал плечами Роб. – Я за него рад.

– Ты совсем не хочешь выиграть? – поразилась я. – А как же спортивный интерес?

– Я об этом даже не задумывался, – признался Роберт и внимательно посмотрел на меня: – Ты и правда хочешь стать королевой?

– Если честно, то да…

– Ясно, но я-то здесь при чем? Главное ведь, чтобы ты победила…

Я молчала.

– Дэнни, – опять заулыбался Роберт. – Моя ты хорошая! Хочешь, чтобы мы были на балу настоящей парой и королем стал все-таки я? Гурьев тебя в этой роли не устраивает?

– Нет, мне все равно! – запротестовала я. – Но тебя предупредила.

– Дай обниму?

– Перестань… – смутилась я.

Не выпуская меня из объятий, Роберт выкрикнул:

– Народ! Во вторник не забываем голосовать