Тебя искал - Тата Кит

- Правильно, - фыркнул я нервно. – Лучше назло всем гордо вмёрзнуть в сугроб или дедово крыльцо.

- Мне не было холодно. Ну, или я не поняла, что замерзла, - Рита вяло пожала плечами. Глядя на ее профиль, заметил, как она нахмурилась и прикусила нижнюю губу. – Матвей? - произнесла она вдруг. – Когда ты видел поцелуй Насти и Ромы?

- Ты реально хочешь в этом копаться? – поморщился я болезненно.

- Я ведь, всё равно, еще долго буду об этом думать. Просто скажи.

- В клубе, - выронил я нервно. – И я хотел рассказать тебе об этом, но не смог. А потом ты сказала, что не поверила бы малознакомому человеку… Да, даже, если бы я тебе сказал, то ты, наверняка, бы устроила напомаженному сцену, а тот легко отделался бы и просто стал бы аккуратнее. Короче… - прочесал я бороду. - …любой финал выглядит дерьмово. Всё ещё злишься на меня?

- Нет, - выдохнула Рита без заминки и, кажется, вместе с ней, наконец, смог выдохнуть и я. – Если честно, сейчас я вообще ничего не чувствую. Ничего и ни к кому.

- Просто отдохни. Поздно уже. Почти три часа ночи. Можешь поспать прямо здесь, если хочешь. Я поднимусь в свою комнату, если мешаю тебе.

- Спасибо, - кивнула Рита и впервые с момента, как я привез ее к себе, посмотрела мне в глаза. В темных озерах полных слез отразились огни камина. – И спасибо, что нашёл меня, друг Матвей.

Слово «друг» неприятно царапнуло по нервам, но снова пришлось прикусить язык и оставить уточнение своей роли для более подходящего для этого момента.

- Я тебя искал, Рита. Тут всё просто – кто ищет, тот всегда находит.

Глава 26. Рита

Будильник в телефоне разбудил меня в привычные шесть сорок пять утра. Рефлекторно вынули руку из-под одеяла и, мазнув по экрану пальцем, выключила тихую мелодию до того, как она станет набирать громкость.

В кресле рядом с диваном наметилось движение. Спустившийся ночью на звук моего кашля Матвей, так никуда и не ушёл, уснув в кресле. Из-за меня он почти не спал ночью, наверняка пожалел о том, что, вообще, нашёл меня, а теперь, проспав от силы часа два за ночь, вынужден проснуться от звука моего будильника.

- Спи, - бросил он хрипло скрестил руки на груди, снова закрыв глаза.

- Мне нужно в универ и на работу, - села я, скинув с себя одеяло. Зябко подтянула плечи к ушам, понимая, что дело не в том, что в доме холодно, а в том, что меня всё ещё морозит. Подхватила на руки спящую Ириску и, встав, подошла к Матвею, положив кошку на его волосатую грудь.

- Ложись и спи, - встал Матвей и всучил мне Ириску обратно в руки. – Не ляжешь сама, я заверну тебя в одеяло, как в лавашик, и перевяжу чем-нибудь, чтобы до моего возвращения с работы даже с дивана не шелохнулась.

- Если я останусь здесь одна да еще на весь день, то я умру, когда захлебнусь соплёй во время очередного приступа плача, - стояла я на своем и снова передала в руки Матвея Ириску. – Лучше я проживу обычный будний день.

Гордо вскинув подбородок и втянув выступающие сопли, я поднялась на второй этаж, где оставила свой рюкзак с вещами. Приняла душ, где под потоками воды позволила себе поплакать еще немного, чтобы на весь оставшийся день забыть об этом занятии.

Нужно что-то делать, продолжать жить и не показывать свою сломленность. Самое непонятное для меня во всей этой ситуации то, что я больше думала о Насте, чем о Роме. Словно предательство подруги меня унизило и растоптало сильнее, чем предательство парня, стоило подумать о котором, и в груди ничего кроме отвращения не возникало.

Но Настя… Неужели можно затаить такую злобу на много лет из-за каких-то соревнований? И что, вообще, такое – не поддалась подруге? Она не хуже меня должна знать, что на татами нет места личному, мы становимся друг другу никто – только соперники. Между нами остается лишь к победе, к конечной цели которого добирается только один.

К чёрту! Выключила воду, обсушилась полотенцем и надела повседневную одежду. Если не брать во внимание красные глаза, по которым прекрасно видно, что я плакала почти всю ночь, то выглядела я почти даже сносно. Насморк и головная боль заботили меня не так сильно, чем растоптанное утро. К счастью, хотя бы его не было видно невооруженным взглядом.

Спустившись вниз, обнаружила Матвея в кухне. На столе стоял стакан воды, а рядом с ним лекарства.

- Пей, - буркнул Матвей, не глядя на меня. – Сначала лекарства, потом завтрак.

- Я не голодная.

- Я не спрашивал. Пей, а потом ешь, - ко мне подъехала тарелка с горячей кашей.

Сам Матвей сел напротив и приступил к завтраку, глядя на меня исподлобья не самым добрым взглядом. Будто за отказ съесть хоть ложечку его каши мне грозило откручивание головы.

Приняв лекарства и выпив стакан воды, я придвинула к себе тарелку, взяла в руку ложку и, не чувствуя ни вкуса, ни запаха, начала есть кашу. Исподтишка посмотрела на Матвея, который больше не сверлил меня взглядом и теперь расслабленно пил свой кофе.

- Точно собираешься в универ? Хорошо подумала?

- Да, - кивнула я вяло и отодвинула от себя полупустую тарелку – всё в меня попросту не влезет.

- Тогда я в душ, потом отвезу тебя, а ты покорми Сосиску. Где корм, ты знаешь.

- Только мне нужно сначала домой. Я в спортивных вещах.

- Ладно.

Взглядом проводила хмурого Матвея наверх. Неспешно помыла за нами посуду и покормила Ириску, которая буквально прилипла к моим ногам на всё время, что я находилась в кухне.

-