Малышка, ты только моя - Ника Лор

Я выскочил в коридор, оглядываясь по сторонам. Редкие кровавые следы вели в сторону пожарной лестницы. Достав пистолет, я влетел на неё и бегом спустился вниз, выбежав на улицу. Вот только никого уже не было видно.

Меня начало хорошо трясти, что я думал уроню пистолет, поэтому дрожащими руками вернул его в кобуру. Сердце начало ныть, а мозг только сейчас понял, что произошло. Мою малышку похитители. Её забрали у меня. И я не знаю-кто, не знаю-куда. Мысли путались, голова кружилась, легкие отказывались принимать новый кислород. Я схватился за стену, чтобы не рухнуть на асфальт. Тряхнув головой, более-мене пришел в себя. Не время терять сознания, но ничего не могу с собой поделать. Я умру без Сони; уже умираю. Тело само отказывается функционировать. Мне нужно искать её, нужно идти, что-то делать, но я стою и пытаюсь не отключиться. Какой же стыд.

Сейчас не то время, когда нужно ставить свою гордость выше всего. Я готов сам её растоптать, если это вернёт мне мою жену. Кое-как, я достал телефон и набрал номер, который еще давно хотел кинуть в черный список.

— Я занят…

— Нужна твоя помощь, — перебил его я.

Видимо Тагар по голосу понял, что со мной что-то не так. Он спросил где я и сбросил трубку. Этот цыган лучший следопыт. Он найдет мою девочку. Я вернулся к своей машине, доставая из бардачка таблетки, что пил раньше для холодного разума. В нашей работе эмоции неприемлемы, поэтому каждый пытается заглушать их по-своему. Проглотив сразу два колеса, я облокотился об машину, приводя голову в порядок. Свист шин привлек моё внимание. Из первого большого внедорожника выскочил Тагар, а за ним последовал, словно его тень Рамир. Из второй машины вышли два крепких мужчин.

— В чём дело? Ты прям бледный весь.

— Мою жену похитили.

Тагар прищурился. Достал сигарету и закурил. Я отказался от никотина, и рассказал, как всё произошло.

— Есть догадки, кто это мог сделать?

— Нет. То есть да, но их много, — потер переносицу, я пытался сообразить хоть что-то.

— Не утешительно, — добавил Рамир.

— Может подключить ментов?

Я настороженно посмотрел на цыгана. Мы никогда не привлекаем к нашим разборкам мусоров. Его заявление удивило, так как Тагар именно один из тех, кто очень скептически относится к правоохранительным органам.

— Не смотри на меня так. Речь идет о твоей женщине, а не пачке наркоты. Разве тебе сейчас не насрать на принципы?

Он был прав. Плевать какими способами, но я должен вернуть свою малышку. Только хотел набрать ментов, как на экране высветился незнакомый номер. Мы поймали с Тагаром взгляды друг друга. Я ответил и сразу же поставил на громкую связь.

— Яров, ну здравствуй, — мужской голос заговорил на ломанном русском языке.

— Где моя жена?

— Твоя малышка в безопасности. Но это пока. Её дальнейшая судьба зависит от тебя, родной.

Я сжал телефон, но боясь лишиться единственной ниточки к Соне, расслабил пальцы.

— Что хочешь?

— Многое, — захохотал иностранец. — Но от тебя мне нужен центральный район твоего города. Заметь, я не прошу весь город. Мне нужен лишь его центр. В семь часов я буду ждать тебя с ответом на складе, где ты содрал кожу с моих бойцов.

Он сбросил вызов. Я опустил руку с телефоном.

— Отдать ему центр, — начал Тагар, нарушая тишину, — это тоже самое, что подарить ему весь город.

— Что ты там говорил про принципы?

— Я говорил тебе про ментов, а не про то, чтобы ты отдавал город этим пидарасам.

— У них моя жена.

Тагар выругался, выкинув сигарету на мокрый асфальт.

— Авторитеты тебе этого не простят.

— Мне не нужно их прощение. Я освобожу свою жену и уеду из этого города. На этот раз навсегда завяжу со всем этим дерьмом. Мне это больше не нужно. Я хочу лишь вернуть свою жену. Мне нужна лишь она одна.

Глава 29

Я открыла глаза, вглядываясь в деревянный потолок. Он оказался мне не знаком, так как ни у папы, ни у Руслана в домах такого не было. Голова раскалывалась так сильно, что я боялась даже повернуть её, думая, что при малейшем движение она может разорваться на части. Я не помню сколько времени бездумно пролежала в неподвижном состоянии, вспоминая о недавних событиях.

Находясь в туалете, я в отражение зеркала увидела мужчин и уже тогда мой инстинкт самосохранения начал кричать мне, что что-то не так. Я только успела обернуться к незнакомцу, как он воткнул в мою шею что-то острое. Скорее всего это был шприц. После этого я беспамятство провалилась в темноту. И теперь оказался здесь.

Когда боль немного стихла, я сумела оглядеться. Меня окружал очень старинный интерьер. Деревянные стены и пол из прогнившего дерева. Никакого источника света. Лишь дневные лучи солнца, которые просачивались через заколоченное деревяшками окно, позволяли мне видеть.

Вдруг послышался шум. «Это ветер, — подумала я, — который гуляет по старому домику». Но нет, — дверь распахнулась, и в моё укрытие вошёл мужчина. Я прямо оцепенела от изумления, таким неожиданным был для меня приход незнакомца. Привстав, я села на край потрепанного дивана, давая себе лучший обзор. Мужчина был не молод; на его голове были густые волосы, в которых уже виднелось несколько седых ниточек.

— Не больше, девочка, — заговорил он с акцентом, но я хорошо понимала каждое его слово, — мы не причиним тебе вреда.

Я сжала плед на коленках, и натянула его на плече, так как из-за открытой двери сквозняк начал гулять по комнате.

— Соня, верно?

Я кивнула с задержкой. Двое мужчин в черных костюмах, что стояли за спиной говорящего наводили страх. Их взгляды были суровы, и они явно были не согласны со словами своего начальника по поводу моей безопасности.

— Они не причинят тебе зла. Не бойся. Если, конечно, ты будешь себя хорошо вести. Ну ты же у нас послушная, да?

Я перевела взгляд на мужчину. Что-то в нём было опасное, хоть его голос был безобиден и ласков.

— Харольд, — двое мужчин отступили в сторону, пропуская в комнату еще одного человека.

Стало совсем тесно.

— Она очнулась?

Этот человек мне был знаком. Я видела его. Видела в доме Руслана. Он поймал мой взгляд, но быстро отвернулся.

— Я удивлен. Твои парни реально специалисты в своём деле. Яров эту крошку не выпускает из вида.

— Как видишь, ты ошибался.

Мужчина усмехнулся на слова не русского человека. Подошёл ко мне так