Пленница - Ольга Вечная

Черт. Черт. Что за человек мой отец? Что он, мать его, за монстр? Моя мамочка, моя любимая идеальная мамочка, за кого ты вышла замуж? Одно дело проиграть бабки в казино и свалить — это подло, трусливо, гадко, в конце концов! Не заслуживает ни сочувствия ни уважения. Но платить деньги за то, чтобы на твоих глазах избивали ребенка?

Всю свою жизнь я боготворила отца и мечтала заслужить его внимание.

На теле Адама нет здорового места. При этом он ни разу не сделал мне больно.

Я отлучаюсь в дамскую комнату и плачу в кабинке. Это просто слишком для меня. Все это — чудовищно.

Чудовищно. Чудовищно. Чудовищно.

Как будто бы у светлого красивого мира есть изнанка, где подростки дерутся насмерть, а взрослые жгут шиномонтажки и хоронят в курганах.

Я пытаюсь быть сильной, веселой и саркастичной рядом с ним. Но сейчас я не могу с этим справиться.

Эмоций раздирают на части. Он не чужой мне человек. Мне так… почему-то за него обидно!

Выплакавшись, привожу себя в порядок.

Промокаю бумажным полотенцем лицо, кожу тут же неприятно стягивает, и я жалею, что не захватила крем. Дверь распахивается, и в тамбур заходит Адам. Девчонки начинают возмущаться, он ловит мой взгляд, кивает поспешить.

Выглядит обеспокоенным, и я мгновенно слушаюсь.

Уже выходя слышу шепот одной из посетительниц: «Видела? ну и лицо».

Глава 35

Адам ждет у двери.

- Что-то случилось? - догадываюсь. - Эй. Ты же не подумал, что я сбежала?

- Когда уходишь, хорошо бы предупреждать, - он вроде бы шутит. Правда, опять прищуривается нижними веками в этой своей жуткой манере психопата.

И я ведусь снова, опять пробирает эта его проницательность.

- Прости, - неловко взмахиваю руками, ощущаю отголоски стыда. - Я только в дамскую комнату. На пару минут. Надо было тебе сказать.

- Прогуляемся?

На крыльце клуба Адам оглядывается по сторонам и ведет меня к морю.

Шпильки тонут в песке, приходится разуться, но я только рада: прохладный песок приятно массажирует ступни. Мы идем вдоль берега, народу с каждым десятков шагов становится меньше. Музыка тоже остается позади, и звуки прибоя заполняют уши. Я сжимаю ладонь Адама.

У кромки воды песок совсем мокрый, это блаженство. Свежий соленый бриз ударяет в лицо. Я ежусь, и Адам обнимает со спины.

Он опять устраивает для меня романтику, поэтому я просто беру и отпускаю наше с ним прошлое. Смотрю на черную воду, улыбаюсь.

- Сейчас побежишь вперед и будешь ждать меня в пяти метрах.

- Что?

Его слова не очень-то вяжутся с моментом, поэтому смысл доходит не сразу.

- Давай!

В следующую секунду Адам толкает меня вперед, и я, спотыкаясь, делаю несколько больший быстрых шагов. Не удержав равновесие, падаю на колени, оборачиваюсь.

Позади потасовка. Я застываю, неспособная отвести глаз от того, как Адам двигается. Как вообще человек такого роста может двигаться настолько легко? Их двое. Внезапный удар ногой. Пара резких движения... Адам технично вырубает первого нападающего, а потом сцепляется со вторым. У меня не получается уследить, как, но через секунду он уже обхватывает того за горло. Они вместе опускаются на песок. Глухой удар.

Первый начинает подниматься.

Я шарю по песку: ни камня, ни ветки... блин, давай же. Пальцы касаются чего-то гладкого. Удача! Я хватаю пустую бутылку из-под пива.

Прости, пляж. Разбиваю ее дно об единственный твердый предмет в наличии - мобильник, и вскакиваю на ноги с импровизированным оружием.

Первый тем временем уже поднимается на четвереньки.

- Адам... - зову я. - Адам...

Тот оборачивается, но нападающий, все еще согнутый пополам быстро много раз извиняется. Дескать, прости, брат, попутали. Устремляется бежать!

Адам допрашивает второго. А потом, ради удовольствия,не иначе, использует электрошокер, который, очевидно, вытащил у одного из нападавших. Когда мы заходили в клуб, ничего подобного у него в руках не было, кроме начатой бутылки виски.

- Можно подойти? - спрашиваю я, кода Адам включает фонарик на телефоне. Разглядывает свою жертву. Фотографирует. Нападавшим оказывается мужчина лет тридцати, высокой, смуглый. Говорит с акцентом.

Дождавшись кивка, я приближаюсь.

- Знаешь его? - спрашивает Адам. - А что у тебя в руке?

Показываю импровизированное оружие, и он смеется.

- Применить не испугаешься?

- Если доведется — проверим, - отвечаю сквозь зубы. Мое тело напряжено. Кажется, я больше не способна бояться. - Впервые вижу.

Адам открывает бутылку виски, присаживается на корточки.

- Чувак, что хотел? Давай, рассказывай, оно того не стоит. - Зажимает и хладнокровно вливает ему в рот алкоголь. Болтает так по-доброму: - Твой приятель удрал, а тебя в море утром найдут, пьяным. Пополнишь регулярную статистику. Зачем? Во им чего?

Тот захлебывается, но вынужденно глотает, пока не поднимает руку и не показывает на меня.

Адам дает ему передохнуть.

- Виски кстати хороший, таким не грех налакаться напоследок.

- Телку эту! Ищут! Блядь. Отпусти, мы только передать хотели. Ничего больше.

- С электрошокером, я так и понял. Передавай.

Я крепче сжимаю горлышко бутылки.

- Что жизни ей не будет. Механизм запущен.

Сжимаю зубы.

- Хорошо. Ты тоже, будь другом и дай мне повод тебя отпустить, - говорит Адам спокойно, почти ласково. - Передай Павлу Цечоеву, что на юге живет некой Адам Алтайский, и что у него долгая история работы с «Калеками». Ему позвонят скоро. Пусть собирает чемодан. - Поворачивается ко мне. - Идем, Рада.

Проходя мимо я топаю ногой так, чтобы осыпать песком лицо гада, хватаю Адама за руку.

- Не трясись, - говорит он.

- Черт. Черт. Какой еще механизм.

- Мы сейчас пойдем в машину, спокойно в нее сядем и вернемся в город. Хорошо?

Адам говорит почти весело, но при этом напряжен предельно. Сканирует местность, периодически оглядывается.

Машину он бегло осматривает, потом галантно открывает передо мной дверь. Я только-только уговорила себя расстаться с осколком у мусорки, и сейчас нервно сцепляю пальцы.

Адам выруливает с парковки, в этот момент вибрирует его мобильник.

- Марат, ты на громкой.

- Здравствуйте, - говорю я.

- Здравствуйте. Адам, звоню тебе уже полчаса, ты че трубку не берешь.

- Если ты насчет пожаров...

- Та нахрен мне твои пожары. Ты просил предупредить — предупреждаю — Рада Филатова в розыске. Еще раз добрый вечер.

- Ясно. Кто ищет?

- Универ. Отличница она круглая, на учебу не ходит. Педагогический состав волнуется. Надо обозначить, что жива-здорова и