Ликвидатор - Светлана Бернадская

— Не называй меня деткой, — зашипела взбешенная Келли. — И не пытайся больше задурить мне мозги, я все равно не поверю.

Уголок его рта конвульсивно дернулся.

— Глупо. Именно сейчас, когда я честен, как никогда прежде, ты не хочешь мне верить.

— А почему? — в сердцах выкрикнула она. — Почему я должна тебе верить? Что изменилось, Джей? Что такое случилось вдруг, что ты поменял свою цель и решил нарушить приказ своей станции?

— Они изменили протокол.

— Что?..

— Протокол гуманной ликвидации больше не действует. Система посчитала целесообразным заменить его протоколом TL.

Келли облизнула пересохшие губы.

— TL? Что это значит?

— Полная ликвидация. Вот сейчас, после получения обновленных инструкций, я стал ликвидатором. И обязан уничтожить каждый разумный живой объект, который обнаружу на планете. Включая тебя, детка.

Сказать в ответ было нечего. Келли таращилась на Джея с приоткрытым от изумления ртом и не могла поверить, что слышит все это взаправду.

Приподняла наконец край одеяла. Сползла на пол, прислонилась виском к подлокотнику.

Сил встать просто не было.

Да и зачем?

— Ну что ж. Ликвидируй.

Джея опять затрясло.

— Не хочу. Не хочу! — лихорадочно повторил он и тоже сполз, встал на колени рядом. Положил ладони ей на плечи, попытался заглянуть в глаза. — Я не буду никого убивать. Ни тебя, ни Алекса, ни даже тех парней, которые ломали мне пальцы.

— Почему? — безжизненно спросила Келли, уставившись тупым взглядом в его голую грудь.

Грудь, которую целовала, как безумная, всего каких-то несколько часов назад.

Умирая от любви и нежности.

— Потому что это неправильно! Разве ты не заслужила прожить свой жизненный цикл от начала до конца? Он дан тебе по праву рождения! И тебе, и твоей Энджи, и твоему андроиду в юбке. А Лиам и его маленькая дочь — чем они заслужили такую смерть?

— Боже, — повторила Келли, только сейчас до конца осознавая, насколько влипла.

Она, как последняя дура, пыталась помочь человечеству выжить, а это, оказывается, противоречит протоколу какой-то там цифровой программы.

— Детка, очнись. — Джей тряхнул ее за плечо. — Ты должна взять себя в руки и вытащить из меня чип.

Она медленно подняла на него взгляд и непонимающе моргнула.

— Зачем?

— Я думал, что могу деактивировать его, когда пожелаю. Но это не так. Система установила связь с Дерданом и активирует его помимо моей воли. Сейчас они грозят отключить меня от базы данных. Это не страшно: все данные, которые нужны, у меня уже есть. Но теперь я уверен, что, не получив ответа, система найдет способ нейтрализовать меня.

А Келли наивно полагала, что после всего услышанного уже ничто не сможет ее шокировать.

— Они убьют тебя?

— Не знаю. — Он дернул плечом. — Думаю, что метод нейтрализации они выберут после анализа моего дальнейшего поведения. Убьют или нет, не суть важно, главное то, что тогда я ничем не смогу вам помочь.

Зрачки в его кристально-серых глазах лихорадочно плясали.

Или это ей от нервов изменяет зрение?

— И с чего вдруг ты решил пойти против системы, чтобы помочь нам?

Казалось, он опешил от такого вопроса. И даже обиделся. Если киборги вообще способны обижаться.

— Я же сказал тебе. Все это неправильно. Так не должно быть. Система — это просто набор программных алгоритмов, с чего бы вдруг ей вершить судьбы человечества? Без чипов вы уже неподвластны воле цифрового разума, вы способны бороться. А ты… ты…

Он запнулся, потеряв слова, только глаза продолжали лихорадочно блестеть.

— Что — я?

— Ты так самоотверженно пыталась всем помочь. Даже мне.

«Даже мне».

Почему-то эти слова острым ножом полоснули по сердцу.

Он ведь и в самом деле считает себя расходным материалом. Человек без семьи, без привязанностей, без прошлого и без будущего. Человек, изучавший других людей по фильмам. И, кажется, он совершенно искренне верит, что не заслуживает того, чтобы ему помогали.

Его слова продолжали колючими осколками ранить душу.

— Может быть, я и не способен до конца понять, что такое любовь, но мне кажется, я люблю тебя, Келли. Потому что хочу заботиться о тебе. Хочу относиться к тебе хорошо. Хочу помогать. Хочу просто быть рядом, детка. Смотреть на тебя. — Он нежно провел рукой в самодельных лубках по ее волосам и на этот раз даже не поморщился. — Целовать тебя. И даже если ты не захочешь любить меня в ответ, мне будет достаточно знать, что ты сможешь просто жить.

— А может, ты просто боишься смерти, — с досадой буркнула Келли, отдернув голову, чтобы избежать прикосновения.

Джей медленно опустил руку.

— Это может быть хуже смерти, Келли. Это может быть то, что ты назовешь безумием. Чип способен влиять на мои нервные импульсы, на мозговую активность. Я могу перестать быть собой и творить то, что в здравом уме никогда бы не стал. Вот чего я боюсь, детка.

Келли смотрела на него, внутренне умирая от отчаяния.

— Если не веришь мне… Если считаешь меня трусом, который просто боится смерти, если ты не поможешь мне извлечь чип, тогда тебе лучше уйти. Прямо сейчас. Потому что я не могу предугадать, как скоро это случится. Боюсь, у меня мало времени. Собирайся и уходи. Дождись Алекса, забери с собой Лиама и его дочь и вместе идите к Куполу. А там — обязательно сбрось своей Мэдлин тот файл, что я скинул тебе. Шансов немного, но может сработать.

Точно. Файл. Келли вспомнила, что оставила коммуникатор на полочке в ванной, перед тем как бросить вещи в чистку.

Поднявшись, она молча побрела в душевую. Включила комм, в два клика нашла тот самый файл. Пролистала бегло, снова холодея от ужаса.

Все это правда. Джей хотел, чтобы они знали. Хотел еще перед тем, как собрался идти в неизвестность — туда, откуда запросто мог не вернуться живым.

Нет, он не боялся смерти. Уже тогда он мог, но не хотел ликвидировать людей, которые едва не стали его собственными убийцами. И обвинять его в трусости Келли просто не имеет права.

Но даже если он действительно оказался бы самым отпетым лгуном и последним трусом на земле, она ни за что не обрекла бы его на смерть, имея возможность