Сэр - Р. Дж. Льюис

Мы выходим из машины, и я следую за ним внутрь. У него за спиной незаметно оттягиваю шорты вниз, потому что они снова задрались мне на задницу. Мы садимся в красную кабинку, и я чувствую себя немного свободнее, осматривая закусочную. Если не считать двойника Антона Чигура (примеч. Антон Чигур (англ. Anton Chigurh) — главный антагонист романа Кормака Маккарти «Старикам тут не место» и его киноадаптации, наёмный убийца), мы здесь единственные посетители.

— Если он подбросит монетку, мы уберемся отсюда, — шепчу я Уэсту, пока чувак смотрит на нас безумными глазами.

Уэст слегка улыбается.

— В этом мы солидарны.

— Люди не должны так поздно появляться в пустынных городках в случайных забегаловках… — бросаю взгляд на часы на стене, — …в два часа ночи.

Теперь он выгибает бровь.

— Что за людей привлекают эти места?

— Чудаков.

Он просто смотрит на меня.

Я киваю ему.

— Да, мы чудаки, и нам стоит повторить это. Мы займем кабинку поближе к выходу, чтобы нам было лучше видно все заведение. Выпьем тонну кофе и просто будем высматривать серийных убийц.

— Кого именно мы будем высматривать?

— Мужчин в зеленых плащах, женщин с шарфами вокруг головы…

— Сейчас лето.

— Это не мешает им носить плащи и шарфы. — Теперь я качаю головой. — Ну же, мистер Уэст, выпустите свою тёмную сторону на свободу. Мы знаем, кого надо искать.

Он удивленно наклоняет голову.

— Вы знаете о моей темной стороне, мисс Монткальм?

Я лучезарно улыбаюсь, как обычно, когда очень напугана.

— Стивен был очень информативен.

— Похоже на то.

Я еще раз оглядываю закусочную, недоумевая.

— Что заставило тебя привезти меня сюда?

Я смотрю на него, ожидая ответа, и он слегка качает головой, приоткрыв рот, будто хочет мне что-то сказать.

Прежде чем он успевает это сделать, пожилая дама — о, Боже мой, ее зовут Мэри-Бет, я хочу умереть, так это мило — подходит и прерывает нас. Она протягивает нам меню и спрашивает, что бы мы хотели из напитков.

— Вы делаете молочные коктейли? — спрашиваю я, и мой внутренний ребенок ревет. — Такие, с малиной сверху?

Мэри-Бет кивает.

— Конечно. Это то, что ты хочешь, дорогая?

О боже.

— Да, пожалуйста.

Она поворачивается к Эйдану.

— А ты, милый?

Эйдан не сводит с меня глаз.

— Кофе. Черный.

Она уходит, и я просматриваю меню. Это заведение не может быть более впечатляющим. В уголке моего глаза появляется воображаемая слеза.

— Здесь есть вафли, — говорю я, прижимаю руку к мокрой футболке там, где сердце. — Вафли, мистер Уэст. Мы можем приехать сюда снова? Например, я буду почаще заглядывать в ваш гараж, если это позволит нам сделать это снова.

Эйдан откидывает на сиденье, его губы расплываются в мягкой улыбке.

— Мы можем устроить, мисс Монткальм.

— Мы даже можем приезжать сюда работать.

— Нет, — отвечает он, качая головой. — Нет, работа остается в офисе.

Я дуюсь.

— Но там вы такой засранец.

Он оглядывает мое лицо, задумчиво сдвинув брови.

— Ну, Айви, я ведь твой босс, не так ли?

— Так и есть.

— И ты совершенна бесполезна в этом офисе, не так ли?

Я киваю, прикусывая губу, признавая это.

— Да, сэр.

Его глаза загораются, когда он смотрит на мои губы.

— Зачем ты это делаешь?

— Что делаю?

— Произносишь это слово именно так.

Я одариваю его невинным взглядом.

— Я не произношу никаких слов каким-то способом…

— Прекрати нести чушь, — перебивает Уэст, но его голос звучит мягко, пока он продолжает изучать мой рот. — Вы говорите «сэр» так, словно собираетесь заглотить мой член, мисс Монткальм. Это каждый раз посылает прямой импульс к моему члену.

Я замолкаю, ошеломленная, лишенная дара речи.

— Ты очень прямолинеен, — наконец шепчу я.

— Я очень прямой человек, — легко отвечает он.

Как я могла забыть об этом?

Он никогда не боялся высказывать мне все, что у него на уме.

Я перевожу взгляд на меню, но не читаю.

— О чем ты думаешь? — спрашивает Эйдан, склонив голову набок и изучая меня.

— Я не могу думать, — признаюсь я, облизывая губы. — Ты лишил меня дара речи.

— Я слишком прямолинейный?

— Да.

— Мне следует остановиться.

Я поднимаю на него взгляд и быстро говорю:

— Нет, не следует.

Он бросает на меня обжигающий взгляд, от которого каждый сантиметр моего тела ощущает его присутствие. Затем наклоняется, кладет локти на стол и говорит тихим голосом:

— Я не могу сказать, что меня бесит больше: эти короткие юбки, в которых ты постоянно ходишь в офисе, или мокрые шорты, в которых расхаживаешь по ночам.

Я не могу сдержать ухмылку, которая расползается по моему лицу.

— Какой наряд нравится тебе больше?

Его глаза темнеют, когда он смотрит на меня, взгляд нечитаемый.

— Я подозреваю, что тот, в котором отсутствует юбка или шорты.

— Это неприличный ответ.

Его губы раскрываются.

— Это была самая приличная версия.

Я сильно краснею, но это не мешает мне ответить:

— Тебе необязательно придерживаться со мной детской цензуры. Я уже большая девочка.

— Блядь, — резко ругается он, — это еще мягко сказано, Айви. Ты настоящая женщина. Каждый твой сантиметр.

— Я и не знала, что ты уделяешь мне столько внимания.

Он бросает на меня тяжелый взгляд.

— Врушка.

Требуется невероятная смелость, чтобы смотреть на него в ответ, когда он смотрит на меня так — будто хочет съесть меня или трахнуть, или и то, и другое.

— Я нахожу, что ты очень отвлекаешь меня в офисе, — признается Эйдан. — В последнее время это начинает сказываться… Скажи мне, чтобы я перестал думать о том, каково было бы ощущать твое тепло на своей коже, Айви. Скажи мне, что это неправильно.

Я смотрю в его полные отчаяния глаза.

— А что, если это не так?

Он на мгновение закрывает глаза.

— Я никогда… Я никогда не вел себя неподобающе в офисе, и… у меня никогда не было профессиональных