Пуговица - Галина Артемьева

Насчет твоего сына. Хватит трындеть. Да, я давал тебе все эти годы деньги на сына. На твоего сына. Не на своего! Заметь. Я не идиот. Думал, ладно, есть возможность помочь бабе, пусть… Все-таки картинки с ней идут на ура… Спрос на них большой… Отстегну… А ты решила, что я поверил… У тебя сын родился через семь месяцев после нашей судьбоносной встречи. Не так, что ли?

— И что? — вызывающе возразила Элеонора. — Семимесячный родился. Недоношенный.

— Лечи других — меня не надо! Семимесячный… Семимесячные не рождаются три кило двести граммов. И ростом пятьдесят два сэмэ. Я ж не лох, хоть ты уверена в обратном. Я тогда подъехал в роддом. И мне сказали. Я тоже спросил — мол, может, недоношенный?.. Они надо мной долго смеялись.

— А чего смеялись? Он, может, доношенный-то семь кило бы весил! Я — пять семьсот родилась! А ты вон какой сам-то!

— Я тебе уже сказал: лечи других, а я здоровый. Кстати, напомню… Про первые же наши встречи… Ты все блевать отлучалась, если помнишь… Я еще удивлялся — что такое, думаю, может, аллергия у такой фактурной дамы на меня? И потом только догадался: беременная ты была, подруга! Токсикоз тебя мучил, болезную. Но и это не предел человеческого счастья. Помнишь, ты мне скандал устроила, чтоб я твоего ребенка признал? В загс бы пошел и признал себя отцом? Что я тебе сказал? Давай сделаем генетическую экспертизу. Дорого это стоило тогда. Не знаю, как сейчас. Но я был готов. Хотелось уже тогда тебя мордой в твою брехню сунуть. И что ты мне ответила?

— Ответила, что не надо мне лишних унижений! Вот что я ответила! Я тебе сына родила, а ты, как подлец, требуешь анализы сдавать. Тебе сына мало!

— Мне — твоего — сына — много!!!! Понимаешь? Много!!! Я тебе на него, чужого мне ребенка, из милости — обрати внимание, — из милости давал деньги. Немалые. Не из страха — бояться мне нечего. Любая экспертиза подтвердит, что я не отец. И даже если жена бы и узнала, все равно твою ложь раскрыли бы в два счета. Так вот: из милости помогал тебе! А ты все требовала и требовала: признай, признай!

Ты — дура?

То, что ты сволочь злобная, это я даже не спрашиваю, это я знаю.

А вот этот вопрос все никак не могу решить: ты — дура? Совсем? Тебе что? Мало денег? Мало того, что мы иной раз и встретимся? Тебе надо всех вокруг несчастными сделать, да?

Давай! Мне плевать! И на меня больше не рассчитывай. В любом случае. С меня хватит. Ты каждый раз доводишь до крика. Ты меня изнутри жрешь, как раковая опухоль. Все! Больше этого не будет. Одевайся и выметайся! И делай что хочешь. По-твоему все равно не получится.

Элеонора встала и принялась медленно одеваться.