Источник рода. - Елена Северная

– Какого шерха, Вейден? – недовольно спросил Март и попытался пройти внутрь. В самом деле, не в коридоре же разговаривать!

– Что-то срочное? – вопросом ответил Мар и преградил дорогу.

– Срочное! – зарычал Сторм. Ну, не хочет пускать вовнутрь, будет отвечать здесь. – Скажи мне, как друг скажи, не как подчиненный. Я не помню части случившего после отравления. Что было? Я, действительно, ударил Неждану?

– Давай-ка об этом поговорим у тебя, – с нажимом сказал Вейден и вытеснил Марта своим телом в коридор.

Зверь Марта заворочался. Он почувствовал чужой запах и заинтересовался. И дело даже не в том, что запах чужой, а в том, что запах был женский. То есть, у Вейдена в комнате была женщина? И эту женщину он так близко подпустил к себе, что привел в свои апартаменты? Март порадовался за друга. Неужели нашлась такая, которая заставила посмотреть на неё другими, действительно «мужскими» глазами как на женщину, а не как на предмет для сброса сексуального напряжения?

– Ты не один? Прости, не знал.

– Ты много чего не знаешь, – Вейден первым зашел к Марту. – Я бы хотел, чтобы ты и дальше ничего не знал, – он сел в кресло. – Налей-ка коньяку. Разговор будет не из приятных.

Глава 26.

Для компании мне принц выделил одну из своих горничных. Никакие уверения, что я и сама неплохо справлюсь, он слушать не стал. Положено. Нельзя женщине путешествовать одной. Девушка была молоденькая, молчаливая, с резкими, грубоватыми чертами лица и серыми, как будто пыльными волосами. На шее красовалось украшение из желтого металла, оно кольцом охватывало её основание. Несколько брутально для такой молоденькой, но во дворце свои правила и я в них совсем не разбираюсь. Поэтому ничего не сказала. Горничная сидела в уголке, изредка бросая на меня изучающие взгляды. Ну да. Я же в брюках. Для здешних женщин такая одежда непривычна. Дорога была прямой и относительно ровной, за окнами простирался скучный негустой лес, смотреть было не на что и я не заметила как задремала. Проснулась от легкого касания за плечо.

– Госпожа, – и голос у горничной был грубоват. – Начальник охраны спрашивает: мы будем заезжать в селение? Там можно переночевать в сносных условиях, до Вашего замка больше таких поселений не будет.

– А ты как считаешь? – если честно, мне совсем не хотелось останавливаться на ночь на постоялом дворе, но людям и лошадям надо дать отдых. А в туристических условиях нам ещё предстоит ночевать.

Горничная с удивлением посмотрела на меня и пожала плечами:

– Как скажете, госпожа. Мы существа подневольные.

Я тоже пожала плечами и дала команду устраиваться на ночлег в селении. Конечно, отряд привлек внимание местных жителей, однако имперская форма охранников заставляла обходить нас стороной. Ночевка прошла спокойно, без происшествий. А вот утро преподнесло сюрприз.

***

Пока начальник охраны расплачивался за комнаты и постой лошадей, горничная попросила разрешить ей купить нам в дорогу свежей выпечки. Этот волшебный аромат расстилался по всей округе и забирался в носы и даже в мозг, вызывая аппетитные образы вкусняшек. Ну, покушать я тоже люблю и поэтому разрешила. Воодушевленная, она проводила меня до кареты, передала свой пост молодому солдату и побежала в трапезную, откуда и раздавались сногсшибательные ароматы только выпеченной и ещё не остывшей сдобы. Солдатик открыл мне дверцу кареты, и я уже было забралась вовнутрь, как заметила на своем сидении небольшое привядшее растение с кожистыми листьями и бледным голубым цветком в форме колокольчика. Оно было такое трогательное и нежное, что у меня навернулись слезы – растение явно доживало последние минуты.

– Какая красота пропадает! – ахнула я и обратилась к солдатику: – Живо организуй горшок с землей и чистую теплую воду!

Он побежал выполнять поручение, а я легонько погладила листочки, приговаривая:

– Потерпи, красавица, сейчас мы тебе попить дадим и в горшочек посадим, ты у меня ещё самая красивая будешь! Вон какой цветочек выпустила!

Мне показалось, что растение шевельнуло венчиком и слегка добавило цвета. Помотала головой – и почудится такое! Рядом вынырнул мой порученец с глиняным горшком, доверху наполненным землей и с кувшином воды. Я аккуратно подхватила растение и живенько усадила в ямку, прикопала корни и полила водой. Стебелек уныло повис, я осторожно положила его внутрь горшка, сполоснула руки и уселась в карету. Горшок с цветком поставила себе на колени. И только тут заметила, какими круглыми глазами смотрят на меня вернувшаяся горничная с полной корзинкой булочек и пирожков и начальник охраны.

– Что? Я что-то не так сделала?

– Госпожа, -тихонько начала горничная, – это же вариус, самое редкое и ядовитое растение! Где Вы его взяли?

– Оно лежало в карете на сидении.

– Выкиньте его! – воинственно приказал капитан. – Мы его разрубим на куски!

И мне опять показалось, что цветочек мой задрожал.

– Почему вы решили, что оно ядовитое? – удивилась я. – Оно очень красивое и несчастное, если бы мы его не обнаружили, то к обеду оно точно бы умерло.

– Туда ему и дорога! – не сдавался капитан. – Бросайте горшок!

А щас прямо, разбежалась!

– Не брошу! И ядовитые растения имеют право на жизнь! – я упрямо решила отстоять колокольчик. Он так напоминал мне о земных цветах! – Их яд можно использовать в лекарственных целях.

– Госпожа! – опять потихоньку обратилась горничная. – Эти растения не только ядовиты, но и умеют передвигаться сами.

– Как это? Что ты такое говоришь? – похоже, матушка-природа основательно напортачила, когда вдыхала ум в её голову.

– Правда-правда! Моя мать – она…занимается врачевательством у нас в деревне, и выращивает всякие растения! Я видела у неё такой цветок! Она держала его отдельно под магическим колпаком, чтоб не убежал и не навредил кому.

Ну точно, с головой у этой девахи не порядок. Как может растение «убежать»?

– Ведьма твоя мамаша, – сплюнул один из солдат. – Только твоя преданность господину и дает возможность работать в его покоях.

Девушка поникла и замолчала.

– Давайте не будем переходить на личности! Нам ещё целую неделю вместе коротать!

Я решительно втянула девушку в карету и дала отмашку на продолжение пути.

– Тебя как зовут-то? – спросила я когда мы