Пламя на двоих - Ольга Ярошинская

— Я недавно поужинала, — ответила я, но запах был таким ароматным, что рука сама нырнула за булкой.

Может, для Элая я тоже что-то вроде сдобной плюшки — не удержаться? Я вынула еще одну и протянула ему.

— Итак, чешуя, — сказал Элай, взяв булку и отщипнув кусочек. — Что пишут?

— Я нашла длинный и нудный разгон про королей древности, которые умели обращаться в драконов, — буркнула я, снова открывая страницу. — Но все как-то недостоверно. По предположениям, по косвенным признакам…

— Давно это было. Лучше вернемся к недавнему прошлому. Вив, почему ты раз за разом отвечаешь мне «нет»?

— А почему я, собственно, должна говорить «да»? — поинтересовалась я ледяным тоном. — Я тебя толком не знаю.

Он протянул мне фляжку, и я не стала отказываться: булочка с чаем шла на ура.

— Я и правда должен кое-что тебе рассказать, — вздохнул Элай, откинув голову на каменный парапет. — Все так непросто… Но я все устрою. Ты будешь в безопасности, Вивиана.

Очень интересно. Он что, собирается усадить меня в тихое безопасное место и обложить подушками, как сейчас?

— Потом, когда я решу одну проблему, я смогу дать тебе все. Вообще все, — добавил Элай и улыбнулся: — Лучшие краски в мире. Кисточек — хоть завались.

Я отхлебнула еще. Чай и правда бодрил, и мне словно стало теплее. Выходит, Элай не собирается сдаваться. Революция зреет. Долой Тириана!

— Может, у меня и не получится, — Элай вздохнул, сцепил пальцы. — Я позабочусь о тебе заранее, ты ни в чем не будешь нуждаться. А если… Если ты боишься отношений из-за того мудака, что испортил тебе инициацию…

— Ну, у меня с ним и правда связаны не самые приятные воспоминания, — согласилась я.

— Расскажешь? — предложил Элай. — Если хочешь. Я подумал, вдруг тебе так станет легче.

Я вздохнула, слизнула крошку, приставшую к уголку губ. Вообще-то пора. Выясним все до конца.

— Это был младший принц, Тириан Карратис, — сказала я.

Вот и все, я произнесла имя полностью, и ничего мне не помешало. Сомнения прочь — передо мной сидит принц и законный наследник престола Риан Диварий Элайджен Карратис. На этом можно было остановиться, но я отчего-то продолжила говорить:

— Мы вместе учились. Избалованный, наглый, самовлюбленный идиот, который решил, что ему все дозволено, — я вдохнула поглубже, успокоилась. — К счастью, девушек в академии искусств куда больше, чем парней, и ему было где разгуляться. Мне удавалось ускользать от его внимания, но в последний семестр он будто зациклился. Не давал мне прохода.

— Вот как я сейчас? — уточнил Элай.

— Нет, — не стала я врать. — Не так. Хуже.

Хотя Элай и переходил все границы, но ощущалось это по-другому. В его ласках не было стремления подчинить меня или унизить — одно только чистое наслаждение. Это сбивало с толку, и какой-то части меня очень хотелось поддаться. Пора бы признать, хотя бы самой себе, что Элай мне нравится.

Я глотнула чай, чтобы смочить пересохшее от волнения горло.

— В общем, Риан не смог пережить отказа и явился прямо на мою инициацию, когда я уже была привязана к креслу, и мне ввели кровь.

Элай стиснул зубы и молчал, и только пламя в его глазах то вспыхивало, то затухало.

— Не знаю, кого он подкупил — доктора или помощниц. Но ему никто не помешал. Так что Риан пришел, задрал мне юбку, стянул белье и…

— Тириан, — хрипло исправил Элай. — Его зовут Тириан, а не Риан.

— …и тогда мой дар и проявился, — сказала я, сделав еще глоток, и сладкий чай показался горьким. — Тириана отшвырнуло в шкаф, все загрохотало, разбились какие-то склянки, на шум прибежали люди, кровь проявилась знаком, и доктор записал его как щит. Потом меня обвинили в покушении на члена королевской семьи.

Элай вскинул на меня изумленный взгляд.

— Да-да, — хихикнула я. — То, что случилось со мной, никого особо не волновало, хотя ректор и пытался меня защитить. Главное, что я чуть не угробила наследника престола. Вернее, младшего принца. Но старший умер — так говорят, и вариантов нет. Мне предложили шикарную сделку — я отправляюсь в Драхас и забываю о произошедшем. О, правда Тириан обещал меня простить, — вспомнила я. — Если он останется полностью удовлетворен моим пылким раскаянием.

— Вот скотина, — процедил Элай, и его лицо в ночи казалось белым как бумага.

— А самое интересное, — спохватилась я, взмахнув фляжкой, — что перед отправкой в Драхас на меня наложили печать молчания на королевской крови.

Элай смотрел на меня, не отводя взгляд.

— Я не смогла бы рассказать о произошедшем никому-никому, кроме близких членов королевской семьи. А ведь я пыталась. Ощущение, будто горло сдавили — ни словечка не вымолвить. Но вот я сижу и болтаю как ни в чем не бывало… Ты вообще собирался мне об этом сказать?

— Собирался, — ответил Элай. — Я уже начал…

— Это когда обещал гору кисточек? — перебила я. — Риан тоже много чего предлагал.

Фыркнув, я отвернулась и, пряча подступившие слезы, зашуршала пакетом, выбирая очередную булку.

— Ты мне с первого взгляда показался знакомым, — призналась я. — Вы очень разные, он блондин и ростом поменьше, но скулы, ямочки…

— Ямочки?

— На щеках. Я догадалась, кто ты такой, еще в лечебнице. Помнишь, ты пытался выставить меня вон? Я тогда ляпнула про Тириана, и клятва не сработала.

— Ты знаешь довольно давно, — понял Элай. — Говорила кому-нибудь?

— Нет.

— Ты поэтому не хочешь со мной встречаться? Да, у меня есть враги, но, Вив…

— Вот что я скажу тебе, Риан, — произнесла я, повернувшись и специально назвав его первым именем. — Так уж вышло, что они и мои враги тоже. Ради того, чтобы отомстить твоему братцу, я готова на многое. Он… — я поджала губы, но те все равно задрожали. — Он…

Элай вдруг оказался рядом, обнял меня, и я разрыдалась, некрасиво, громко, хлюпая носом.

— Я не хотела! — всхлипывала я. — Я говорила «нет». Просила его! А он — тебе все равно не поверят! Сама виновата! Предлагал мол тебе по-хорошему…

Элай крепко обнимал меня, слегка покачивая, как ребенка.

— Он меня чуть не изнасиловал, — злобно выплевывала я. — А я и сделать ничего не могла! Это так ужасно — чувствовать себя совершенно беспомощной!

— Мне так жаль, — говорил Элай. — Вив, мне так жаль!

— А еще драконья кровь жглась. Но если бы не она… Если б не щит… То есть, теперь чешуя, — исправилась я, — но не важно…

— Ты молодец, — он гладил меня по волосам, и я каким-то образом оказалась у