Укрощение генерального - Татьяна Романская

- Дамы, подвиньтесь, - говорит он.

Оля катается по кровати, а Денис ругается чуть громче.

- Такая классная кровать! - говорит она.

- Я искала ее в интернете, - сказала Аня, глядя на него. -Она стоит двести штук.

- Двести тысяч? - воскликнула я, поворачиваясь к нему.

- Ты же не заплатил двести тысяч за новую кровать для меня?

- Я думал, что покупаю ее для тебя одной, - ответил он, глядя на них. - Не думал, что это на самом деле на всех жильцов.

- Можешь обставить весь дом, если хочешь, - с иронией сказала Аня.

- Тебе лучше больше не впускать маму или Никиту в свою спальню, - посоветовала Оля. - Они будут следить за тобой, как ястребы, гадая, почему ты потратила столько денег на эту роскошь.

Денис вздрогнул.

- Я как-то не подумал об этом.

Аня ухмыльнулась.

- Рано или поздно ваш секрет раскроется.

Я сердито посмотрела на нее.

- Не могли бы вы двое, пожалуйста, свалить отсюда? - пробормотала я, прогоняя их с кровати.

Два часа спустя мы сидели в моей любимой кафешке за углом.

- Вкусно, правда? - спрашиваю я, жуя. - Я знаю, что это не суперский рестик с заоблачными ценами. Но здесь все равно вкусно.

Он рассмеялся.

- Я не такой уж сноб, Алина. Я хожу в дорогие заведения только в том случае, если еда того стоит, и ни по какой другой причине. Я вырос на жареной картошке.

Я закатила глаза.

- Я ни на минуту в это не поверю. Слушай, я никогда не слышала, чтобы ты рассказывал о своих родителях, - тихо говорю я, протягивая руку через стол, чтобы взять его за руку.

У него перехватывает дыхание

- Когда человек уходит, начинаешь меньше о нем говорить.

- Какой была твоя мама? - нерешительно спрашиваю я.

Его лицо вытягивается, и я тут же жалею, что вынудила его вспомнить.

- Все в порядке, - быстро говорю я. - Мы можем сменить тему.

Он на мгновение отворачивается от окна, затем полностью поворачивается ко мне.

- Вы с ней чем-то похожи.

Он грустно смеется

- Она была душой компании. Любила петь. А потом эта тварь убила ее.

- Твой отец, - шепчу я.

- Я его так не называю, - хрипло отвечает он, уставившись на свое пиво. - Ты бы ей понравилась.

Я улыбаюсь.

- Я рада. Ты думаешь, что поэтому добился такого успеха? Хотел, чтобы мама тобой гордилась?

Он качает головой.

- Я стал успешным, потому что у меня больше ничего не было. Все, что у меня осталось, - это моя бабушка и Костя.

Я киваю.

- Вот почему Никита так много значит для тебя.

Он смеется.

- Да, по какой-то причине я понравился Никите. В универе я был не такой, как все. Я не пил, был замкнутым и необщительным. Но он все равно остался со мной. Так что да... Я беспокоюсь о том, как он отреагирует, когда узнает о нас.

Он закрывает глаза и глубоко выдыхает.

- Мне достаточно трех пальцев на руке, чтобы пересчитать людей, которым я небезразличен, и он один из них, - тихо говорит он.

- Это неправда, - отвечаю я . - Тебе нужен еще один палец. Я тоже беспокоюсь о тебе.

Когда он открывает глаза, между нами возникает эмоция, которую я никогда раньше не видела на лице Дениса. Он неловко ерзает на своем стуле, и я понимаю, что на сегодня с него хватит.

- Как ты себя чувствуешь после перелета?

- После перелета с простолюдинами? - Он улыбается, делая глоток пива. - Честно говоря, я совершенно вымотан.

Он выглядит уставшим.

- Тогда давай пойдем домой, - предлагаю я.

- Это наше первое официальное свидание, - говорит он с кривой усмешкой. - Я должен был удивить тебя и показать, что могу угнаться за девушкой, которой двадцать.

Со стоном он лезет в карман и достает телефон. На экране высвечивается имя Никиты, и он хмурится, увидев сообщение.

- Он думает, что я все еще в командировке.

- Денис, - начинаю я, стараясь говорить беззаботно. - Почему ты так беспокоишься о том, что Никита узнает о нас? Тебе стыдно?

Он морщит лоб.

- Нет, Алина, мне не стыдно. Никита заставил меня пообещать, что я никогда так не поступлю. Он очень заботится о тебе и Марине, ты же знаешь. После того, как он увидел, как ваш отец обошелся с матерью. Он не хочет, чтобы кто-нибудь причинил тебе боль. Ты его младшая сестра.

- Я все это знаю, - разочарованно говорю я. - Возможно, тогда я была моложе, но я все равно это видела. Это не повод со мной нянчиться. Сейчас я взрослая женщина. Да и чего переживать? Ты обижаешь женщин?

Он тихо смеется.

- Нет, я всегда честен с женщинами. Никита знает меня, и ему известно, что у меня было много девушек, и он не захочет этого для тебя.

- А как насчет того, чего хочу я? - я спрашиваю. - Разве это не важно?

Денис смотрит на меня с понимающей улыбкой.

- Ты еще молодая, Алин. Твои желания еще изменятся.

Я смотрю на него с недоверием.

- Не надо меня опекать, Денис.

Он берет мои руки в свои.

- Давай не будем ссориться. Все, что я могу сказать прямо сейчас, это то, что я рискну, потому что отказаться от этого еще хуже.

Между нами повисает пауза.

- Согласна, - наконец отвечаю я.

Денис с облегчением улыбается.

- Давай возьмем десерт и пойдем.

Вернувшись в мою новую роскошную кровать, мы срываем друг с друга одежду, как дикие звери, пытающиеся причинить друг другу боль. Прошло всего несколько дней, но кажется, что прошла целая вечность с тех пор, как я в последний раз видела его обнаженным. Я задыхаюсь от предвкушения, когда он стягивает с меня свитер через голову, открывая мой лифчик. Я вожусь с его джинсами, неуклюже пытаясь их снять. Сегодня вечером нет времени на прелюдию, наше желание слишком сильно. Я толкаю его обратно на кровать, забираюсь на него сверху, оседлав его бедра.

Я нависаю над ним, не прикасаясь, пока он опускает чашечки моего лифчика, обнажая грудь.

Его руки обхватывают мои бедра, и он опускает меня, прижимаясь