Загадка кольца с изумрудом - Лорен Уиллиг

— Не в моих правилах огорчать столь милых дам.

Мисс Гвен фыркнула и пошла прочь из комнаты, походя на кого угодно, но отнюдь не на милую даму.

— Я немного другое имела в виду, — весело сказала Джейн и вышла в облаке колышущихся кружевных оборок.

Лорд Пинчингдейл, сложив руки на груди, провожал ее взглядом, пока из виду не скрылась последняя рюшка.

— Надо понимать, Джейн не слишком-то хитрым способом пытается заставить нас заключить перемирие.

Летти и поныне не могла даже мысленно называть его просто по имени — очевидно, потому, что он сам не давал ей такого права. В ушах до сих пор звучало приятное контральто Джейн, то, как она выговаривала это слово, звук за звуком, точно гончар, что обрабатывает кусок глины, пока тот не станет круглым и гладким. Джеффри.

Повернув голову, лорд Пинчингдейл вопросительно изогнул бровь.

— По-моему, начать разговор должно вам.

Летти брякнула первое, что пришло на ум:

— А маска у вас есть?

— Нет. — Лорд Пинчингдейл странно на нее посмотрел. — И вам не советую ею обзаводиться. Маска больше притягивает внимание, нежели отвлекает.

— Я так и подумала, — печально призналась Летти. Конечно, если уж он был благороден, отличался и здравомыслием. А ей хотелось отыскать в нем изъян, тогда было бы не столь мучительно размышлять о собственном неопределенном положении.

— Вы разочарованы?

— Нет. Маски меня всегда только смешили.

Летти сознавала, что несет вздор, и понимала, почему лорд Пинчингдейл так на нее смотрит, однако до сих пор не могла свыкнуться с мыслью, что сидит в убежище шпионов, да еще столь необыкновенном. Послеполуденное солнце играло лучами на поблескивавшей поверхности деревянного стола и на старомодных картинках, что оживляли фарфор. На фоне безоблачного умиротворения шпионаж казался не более вероятным, чем визит в этот дом самого короля. Небольшая бело-зеленая комната больше подходила для веселых семейных завтраков, для болтовни о лентах и покупках, нежели для бесед о мучениках и тайниках.

Если бы не медальон…

Летти поймала на себе взгляд лорда Пинчингдейла и без видимой причины покраснела.

— Я доставляю вам море неприятностей, верно?

— Все зависит от вас, — спокойно произнес лорд Пинчингдейл.

В таком тоне мог ответить король человеку, уличенному в воровстве и осужденному, однако зачисленному в армию: «На время примиряемся, но не поверю я, что ты больше не станешь красть серебро».

— Простите меня, — от всей души сказала Летти. Она и впрямь сожалела, что приехала в Ирландию, что попыталась предотвратить побег Мэри и что уехала из Хартфордшира. Сожалела, сожалела и снова сожалела.

Увы, легче от этого не делалось.

— Я никому не хотела мешать.

— Вне всякого сомнения.

Летти вздрогнула, услышав в его голосе иронию.

— Право, я не желала… — Она запнулась.

Джефф старался не показывать, что ему противна сценка оскорбленной невинности, которую, он знал, сейчас разыграет перед ним Летти. Где, черт возьми, запропастилась Джейн? В пустом коридоре царили тишь да предвечерняя дремота. Отвлечься от гнусной лжи было не на что.

— Итак, вы не желали?.. — произнес он, наблюдая, как Летти хмуро смотрит на ковер, будто извилистые линии узора пытались оплести ей язык.

Ему показалось, его голос прозвучал весьма ровно, но Летти вдруг вскинула голову и взглянула прямо на него.

— Вы отказываетесь верить во все, что бы я ни сказала, верно?

Не ожидав такого поворота, Джефф лишь шевельнул в ответ бровыо.

— Я так и подумала, — продолжала она. — А знаете, что во всем этом самое ужасное?

— Нет, — честно ответил Джефф. Ужасного в их истории было хоть отбавляй.