Гордая птичка Воробышек - Янина Логвин

* * *

— Давай, золотко! Пойди погуляй где-нибудь, мне тут с друзьями пару важных вопросов перетереть надо. Привет, парни! Привет, Илюха! Чего такой хмурной, жизнь не радует?

Я отрываюсь от разговора с Бампером и Стасом и поворачиваю голову в сторону присевшего у бара Андрея.

— Да так, напрягает слегка. Здоров, Шибуев, — жму протянутую руку и киваю бармену. — Костян, капни человеку чего покрепче. Ну и? — сразу перехожу от приветствия к делу. — Что сказал наш папа-профессор?

— Конкретный какой! — отсмеивается парень. — Внятного — ничего. Обещал подумать. Кстати, Рыжий, — протягивает бокал и скалится Бамперу за мое плечо, — видел у входа твою новую «бэху», шикарная тачка, друган! Обкатать бы!

— Андрюха… — предупреждаю я друга, взглядом затыкая Рыжему рот. — Не мути. Я тебя спросил.

— Да устрою я тебе встречу с ним, не начинай, Люк! — выдыхает устало парень. — Ну у тебя и хватка, блин! Знаешь ведь, какой мой папаша упертый хрен. Медицина для него все, не станет он с бизнесом связываться. Сеть аптек под его именем — это до черта ответственности перед городом и перед болезными, не говоря о времени. А у него их и так со всей страны под завязку.

— Ну, для начала, речь о паре аптечных киосков при его медицинском центре и академии идет. Шибуев, хватит отцовское бабло просирать, я тебе дело предлагаю. Не хочешь напрячься, обойдусь без тебя. В конце концов, у профессора Шибуева личный секретарь имеется. Но не скули после, что не звал в долю. Стас? — встаю и оглядываюсь на друга, с интересом поглядывающего куда-то в зал. — Гони ключи от машины, обойдешься сегодня без девочек, я домой.

— Один? — удивляется тот. — Ты чего, Илья, серьезно, что ли? Время же детское совсем.

— Более чем, — отвечаю. — Давай, Фролов, в другой раз покатаешься! Сегодня нет настроения здесь торчать.

Парень заметно огорчается.

— Черт, Люк! Погуляй часок, а? — просит обиженно. — Да хоть с Марго в кабинете! Подумаешь, пару раз Костяну дала, с нее не убудет. Смотри, как слюни на тебя пускает. Не обламывай кайф ни ей, ни мне. Ну что мне, на морозе спускать, если присмотрю кого?

— Зачем на морозе, Стас? Вон Рыжему обкатаешь «бэху». Там места побольше, чем в моей тачке будет. Заодно и порисуешься, как ты любишь. Хотя, твой хрен и мороз не возьмет, судя по вечно красной роже.

— Ну, не тебе же одному быть всегда готовым, — ржет Стас, и я отвечаю ему понимающей усмешкой.

Я сгребаю со стойки бара ключи и тянусь за курткой. Говорю партнеру:

— Рыжий, наберешь с утра Киру, закажешь корзину с цветами и поздравишь новогодним конвертом, она заслужила. В клуб заеду вечером, увидимся.

— О’кей, командор! — салютует парень. — Сделаю. Хоть и не в моих правилах прогибаться, но так и быть, уважу твою старую гюрзу.

Он трет пальцами веснушчатый нос и поворачивается к Стасу в ответ на толчок в плечо.

— Смотри, Бампер, что-то народ на площадке не на шутку оживился. А в центре твоя бывшая, — замечает Фролов. — Похоже, счеты бабские с кем-то собралась сводить под пьяные танцы с мордобоем. С чего бы вдруг, а?

— Лизка? — удивляется парень. — Не знаю… Че-ерт! — вдруг вскидывает брови и поднимается. — Илюха! — хватает меня за руку, когда я почти ухожу. — Посмотри! Это не та ли с ней девчонка, которую я с тобой видел?

Сегодня был длинный день, и я порядком устал. Мне нет дела до подобных игр и догадок. Мне есть дело до одиночества и тишины, а потому я снимаю с локтя ладонь друга, одергиваю куртку и говорю раздраженно:

— Мало ли с кем ты меня видел, Рыжий. Мне все равно.

Я поворачиваюсь и делаю два шага от барной стойки в сторону выхода, намереваясь покинуть клуб, когда удивленный возглас Шибуева за спиной: «Сероглазая?», и одновременное с ним ехидное от Бампера: «Да? Мне так не показалось», заставляют меня остановиться.

Воробышек здесь? В клубе? Зачем? Я оборачиваюсь и, раздвинув парней, оглядываю зал. Скольжу глазами по многочисленной толпе студентов, отыскивая в ней одну светловолосую девчонку. Хотя, странный вопрос: «Зачем?», тут же одергиваю себя, заметив птичку в шумном окружении ее одногруппников. Праздник общий для всего факультета, и пусть это совершенно неожиданно для меня — встретить Воробышек в клубе, после того, как я наблюдал ее за работой в супермаркете пару часов назад, почему бы ей и не залететь на него?

Рыжий не ошибается. Похоже, кое-кому скучен обычный формат вечера, и он решает разбавить его пьяной танцевальной потасовкой, — на то это и главная тусовка факультета. Мне вполне понятно это желание, но непонятно, какого черта Воробышек оказывается в центре невнятного развлечения? За каким нечистым Нарьялова устраивает сцену и впутывает в нее девчонку, спровоцировав и прилюдно оскорбив? Я не видел начало ссоры, но знаком с правилами. К тому же для связки происходящего мне хватает смелых слов Зуева, вызывающей позы Лизы и решительного вида Воробышек. Судя по тому, как прямо она сидит на крае высокого барного стула и каким тихим гневом горят ее щеки у скул, с каким показным равнодушием смотрят в толпу глаза, Лизе удалось обидеть ее.

— Ты для него никто!

— Плевать!

Я подхожу к танцевальной площадке в тот момент, когда птичка изящным движением тонкой руки опрокидывает в себя бокал с крепким алкогольным напитком и уступает первый ход батла зачинщице ссоры. Вряд ли она понимает, во что ввязалась, думаю я, поразившись ее внешнему спокойствию и отстраненно блуждающему по танцполу взгляду, иначе послала бы Лизку куда подальше со всей этой глупой затеей. А лучше попросту проигнорировала бы вызов девушки, тем самым вынудив толпу возмущенно пошуметь и переключиться на кого-нибудь другого. Подобное случалось в истории клуба, и не раз, простили бы и Воробышек. С чего вдруг птичке вздумалось потакать капризам блондинки на глазах у всех, какой бы ни была причина размолвки?.. Видимо, дело в гордости и упрямстве, понимаю я, и в сотне веселых сокурсников, отлично проводящих время за подобным развлечением. Я громко чертыхаюсь и спешу добраться до Зуева, чтобы перекрыть парню доступ кислорода к атрофированному мозгу раз и навсегда. Спешу успеть раньше, чем придет черед птички ступить на танцпол и подвергнуться испытанию.

— Люк! Эй, Люк! Да подожди ты! — впивается в меня рука Андрюхи, и я неохотно останавливаюсь. Раздраженно стряхиваю с себя рывком его пальцы.

— Чего тебе, Шибуев?

— Это ведь из-за тебя они, да? — озаряется пониманием ситуации друг. — Из-за тебя сейчас сцепятся? Ну ты даешь, Илюха!

— Что ты несешь?

— Лажаешь, говорю, мудак белобрысый! Ладно бывшую друга за его спиной поимел, Лизка всегда была не против, лишь бы поимели красиво, но когда это ты успел отказаться от такой девочки, как сероглазая?

Я разворачиваюсь и расталкиваю с пути каких-то парней. Посылаю Шибуева с его глубокомысленными выводами на хрен.

— Люков, дай девчонке шанс, раз уж тебе все равно! — Андрей вновь достает мое плечо, и я выдергиваю его за ворот из толпы, ставлю перед собой и шиплю в лицо: