Огненный крест. Книга 2. Зов времени - Диана Гэблдон

Цаца’ви уловил знакомое слово и положил руки на стол, растопырив пальцы, чтобы наглядно продемонстрировать размер, затем коснулся самого длинного когтя на своем ожерелье и многозначительно кивнул.

Селяне, давно привыкшие к медведям, приняли обычные меры предосторожности, убрали запасы в более защищенные места и по вечерам выпускали собак. В результате несколько собак исчезло – и опять совершенно бесшумно.

Дальше – больше. То ли собаки стали осторожнее, то ли зверь оголодал. Первой жертвой стал мужчина, убитый в лесу. Полгода спустя пропал ребенок (на этом месте Брианна резко замолчала) – утащили вместе с переноской, пока мать стирала на берегу реки. В грязи остался лишь отпечаток лапы.

За последующие месяцы погибли еще четверо. Двое детей собирали клубнику; одного потом нашли – шея сломана, сам цел. Второй исчез; судя по следам, его утащили в лес. Женщину убили на собственном кукурузном поле и частично съели. Последняя жертва, мужчина, был охотником.

– Нашли только его лук да куски окровавленной одежды, – сказал Питер.

Позади меня раздался скрип: миссис Баг тяжело осела на скамью.

– Так значит, они его искали? – спросила я. – Или, точнее, пытались?

Рассказчик перевел взгляд на меня и медленно кивнул.

– Да, миссис Клэр, так они и узнали, в конце концов, кто это был.

Небольшой отряд охотников, вооруженных буквально до зубов – копья, луки, два ружья, – методично обходил деревню по спирали, рассудив, что далеко он не ушел. Ничего, кроме старых следов, не обнаружили.

– Цаца’ви был с ними. – Петер указал пальцем на зятя. – Как-то ночью они сидели с другом у костра, караулили, пока остальные спали. Взошла луна, и он отошел в кусты. Вернулся и едва успел увидеть, как эта тварь тащит в зубах его бездыханного друга!

Цаца’ви внимательно следил за рассказом. На этом месте он изобразил какой-то сложный жест, сходный по смыслу с нашим крестным знамением, и продолжил повествование, помогая себе руками.

Разумеется, он тут же закричал, разбудив товарищей, и кинулся на медведя, рассчитывая, что зверь испугается и бросит добычу, хоть человек уже и мертв. Цаца’ви склонил голову набок, изображая сломанную шею, и свесил язык; в других обстоятельствах зрелище было бы уморительное.

Собаки тоже бросились на пришельца; тот выронил добычу, но вместо того, чтобы сбежать, помчался прямо на Цаца’ви. Охотник успел отпрыгнуть в сторону; тогда медведь ударом лапы сшиб собаку и скрылся в лесу, преследуемый вторым псом, градом стрел и парой пуль, однако ранить его не удалось.

Индейцы погнались за ним с факелами, но так и не смогли найти. Вторая собака вернулась с пристыженным видом – Цаца’ви так живо изобразил эту сцену, что Брианна не удержалась и прыснула. Остаток ночи охотники провели у костра, а утром вернулись в деревню и решили просить помощи у Медвежатника – изящный жест в сторону Джейми.

– С чего они взяли, что это призрак? – заинтересовалась Брианна, позабыв о кровавых ужасах.

Питер поднял бровь.

– Ну, он не сказал… Или сказал, но не так, чтоб понятно… Зверь был крупнее обычного – и белый, как снег, да еще глаза сверкали красным, как пламя. Они сразу поняли, что это призрак – потому стрелы в него и не попали.

Тут снова встрял Цаца’ви, указав сперва на Джейми, затем на свое ожерелье и, к моему немалому изумлению, на меня.

– А я тут при чем?

Уловив нотки удивления, индеец перегнулся через стол и коснулся моей руки – без каких-либо посторонних намерений, просто указывая на кожу. Джейми тихонько фыркнул.

– Ты белая, как сметана, саксоночка. Может, медведь решит, что вы с ним – родственные души, – пояснил он, улыбаясь.

Цаца’ви, уловив смысл сказанного, серьезно кивнул, выпустил мою руку и издал каркающий звук – крик лисы.

Мне стало не по себе. Судя по всему, жители поселка слышали не только о Медвежатнике, но и о Белой Лисе. Любое животное-альбинос приобретало мистическое значение, зачастую зловещее. Уж не знаю, должна ли я обладать какой-то особой властью над медведем-призраком или просто служить приманкой, но, похоже, приглашение распространили и на меня.

Таким образом, неделю спустя, когда в сарае уже лежало сено, а в коптильне висела оленина, мы выдвинулись в сторону границы заниматься экзорцизмом.

* * *

С нами отправились Брианна с Джемми, два близнеца Бердсли и Питер Бьюли в качестве проводника – его жена ушла вперед с Цаца’ви. Брианна не хотела идти; я думаю, больше из-за нежелания тащить ребенка в дикий лес. Однако Джейми настоял, упирая на то, что в походе очень пригодятся ее стрелковые качества. Не планируя отнимать Джемми от груди, она была вынуждена взять его с собой. А вот малышу, похоже, путешествие нравилось. Сгорбившись в седле перед матерью, он то лепетал себе под нос впечатления от дороги, то блаженно посасывал палец.

Что касается Бердсли, Джейми был нужен именно Джосайя.

– Как-никак, он убил двух медведей, – сказал мне Джейми. – Сам видел шкуры на сходке. А если брат захочет присоединиться, я лично не против.

– Я тоже. Но Бри-то зачем? Уж, наверное, вы и без нее справитесь!

– Может быть, – невозмутимо отозвался Джейми, полируя ствол ружья промасленной тряпкой. – Но ведь две головы лучше, чем одна, а три совсем хорошо, разве нет?

– Да ну? – скептически хмыкнула я. – И все?

Он покосился на меня и ухмыльнулся:

– Ты подозреваешь скрытые мотивы?

– Я не подозреваю – я точно знаю.

Джейми засмеялся и склонил голову над ружьем.

– Ну ладно, – сдался он через пару минут. – Я подумал, девочке стоило бы завести друзей среди индейцев – на всякий случай, чтобы было куда идти.

Меня не обманул его небрежный тон.

– На случай чего? Если начнется революция?

– Ага. Ну или… когда мы умрем, – добавил он, поднимая ружье и проверяя прицел.

Стояло ясное бабье лето, но у меня по спине побежали мурашки. Большей частью мне удавалось не вспоминать ту вырезку из газеты – сообщение о гибели Джеймса Фрейзера и его жены на пожаре. Иногда она всплывала в памяти, но я засовывала ее в дальний угол сознания, отказываясь думать об этом. И все же порой я просыпалась по ночам, задыхаясь от ужаса, и перед мысленным взором полыхали языки пламени…

– В газете было написано: «детей не осталось», – сказала я, решив смотреть страху в лицо. – Выходит, Бри с Роджером куда-то успели… уехать? – К чероки, например. Или к камням.

– Может быть. – Джейми сосредоточенно чистил ружье, не поднимая глаз. Никто из нас не хотел представлять себе другой вариант.

Брианна тоже получала явное удовольствие от поездки. В отсутствие Роджера и домашней рутины она повеселела и расслабилась: шутила с близнецами, дразнила Джейми и нянчила сына у костра, а затем сворачивалась рядышком и мирно засыпала.