Обними меня крепче - Николь Майклз

Таннер не ответил: закрыл глаза и перевернулся на бок.

– Я люблю тебя, сынок.

– И я, папочка…

Дерек склонился над кроватью, поцеловал сына, выключил свет и вышел, а когда пришел к себе в комнату, сразу же отправил сообщение своему адвокату. Хорошо усвоив уроки, полученные в процессе развода и сражений из-за опеки над сыном, он точно знал, что его действия должны быть упреждающими, а не ответными. Стоит Лизе узнать о Линдси, и ее реакция может быть совершенно непредсказуемой.

К сожалению, Таннер не мог знать, что Лиза не обрадуется возвращению Линдси в его жизнь. И хоть Дереку претило просить сына хранить эту информацию в тайне от матери, пока другого выхода не было. Больше всего на свете он мечтал о том, чтобы сын в его жизни был всегда, но и без Линдси существовать не мог.

Дерек сказал себе, что сделает все, чтобы получить их обоих, но действовать придется очень и очень осторожно. На сей раз он станет обдумывать каждый шаг, взвешивать каждое слово, чтобы не причинить боли ни Линдси, ни Таннеру.

Линдси вертелась перед большим зеркалом в спальне Анны, и юбка ее платья подружки невесты красивыми складками облегала ноги. Анна выбрала великолепную ткань цвета шалфея с мелкими, чуть более темными крапинками. Платье выглядело одновременно классическим и современным: приталенное, с низким декольте и вырезом на спине, с широкой юбкой, декорированной глубокими карманами. Линдси влюбилась в него с первого взгляда.

– Я в восторге, Анна! – Калли попыталась оттеснить Линдси от зеркала. – По-моему, мы великолепны.

Линдси улыбнулась.

– Я рада, что твоей маме удалось чуть-чуть подобрать лиф сверху, иначе моя грудь при первом же резком движении вывалилась наружу.

– У тебя хоть есть чему вываливаться, – посетовала Калли, коснувшись своей груди. – У меня так просто все торчит и в разные стороны. И что с этим делать?

– Просто надо забеременеть и родить, – рассмеялась Анна. – Тогда грудь обвиснет так, что не будешь знать, как с этим справиться.

– Подтверждаю. Достаточно посмотреть на мою сестру, которая кормит младенца. У нее так обвисла грудь, что под ней можно носить сумку.

– Ну, такой образ я даже представлять не желаю, – поморщилась Калли.

– Я же говорю, Калли, тебе нужно родить, – повторила Анна, сидя с поджатыми ногами на кровати и с улыбкой наблюдая, как подружки примеряют платья. – Даю Беннету время до конца года, чтобы сделать предложение, а потом приступаю к действиям.

– Послушай, а вдруг это совсем не то, чего я хочу? – заявила Калли, усаживаясь рядом с Анной.

Та расхохоталась.

– С самого начала ты вместе со мной занималась планированием свадьбы. И если бы всякий раз, когда ты говорила: «Будь это моя свадьба, я бы…» – я получала доллар, то мне вполне хватило бы денег на свадебное путешествие.

– Ну хорошо. Допустим, я это говорила, иногда: думать об этом на самом деле было забавно, – но если бы я этим не занималась для тебя, мне ничего подобное и в голову бы не пришло. – Неожиданно глаза Калли вспыхнули. – Но если он все же решится сделать мне предложение, надеюсь, это произойдет не в перерыве между таймами одной из его игр.

– Ага! Значит, ты все-таки думала об этом! Вы с Беннетом разговаривали о будущем? – поинтересовались Линдси.

– Напрямую – нет: мы не так уж давно вместе. – Калли растянулась на кровати, скрестив свои красивые ноги. – Мы говорили только о мечтах, к примеру: «Вот бы отправиться на Гавайи» или «Уйду на покой и буду путешествовать по стране в трейлере». Такие планы мы обсуждали подробно.

Анна кивнула.

– Ну, это понятно: вы действительно вместе недолго, – но ведь мы с Майком тоже решили пожениться едва ли не сразу после знакомства. Тем не менее я была уверена, что поступаю правильно, да и он тоже.

– У вас не тот случай, – возразила Калли. – Майк был помешан на тебе с первого дня. И он отличный парень: мы все знаем, как сильно тебя любит.

Линдси, улыбнувшись подругам, подумала, как бы и ей хотелось иметь то, что есть у каждой из них, начиная с уверенности, где спать через полгода и с кем.

– Кстати, о мужчинах. – Калли повернулась к Линдси. – Расскажешь о своем свидании накануне?

– Да, в общем, и рассказывать нечего.

– Не верю, тем более учитывая блаженную улыбку на твоем лице, – заявила Калли.

У Линдси и Дерека было уже два свидания. Первое – в понедельник вечером: поужинали в небольшом ресторанчике возле дома ее сестры; второе – вчера, в пятницу: в маленьком джазовом клубе выпили и послушали музыку. Дерек держал ее за руку, и все: ни разу не поцеловал и не упомянул о прошлом. Все было так, словно они только что познакомились.

– Это было… здорово. Больше мне сказать нечего.

– Ну и когда следующее свидание? – спросила Анна.

– Не знаю. Он, можно сказать, как в старину, официально ухаживает за мной. Немного странно, но мне нравится.

Линдси не лукавила: ей на самом деле все нравилось. Дерек был приветлив и предупредителен: открывал перед ней двери, говорил комплименты и провожал до дома. Не будь Линдси знакома с ним с колледжа, давно бы уже влюбилась: ни дать ни взять джентльмен, – только чего-то во всем этом не хватало. Голодная страсть, которая их сжигала, стоило оказаться рядом, продолжала бурлить в глубине их душ, несмотря на видимое спокойствие. О себе она могла это сказать с уверенностью, и, по ее мнению, Дерек испытывал то же самое (иногда она перехватывала его напряженный взгляд).

Она понимала, почему он так себя ведет, и ценила это, однако, хотя ни за что не призналась бы в этом, ей не хватало того, что было прежде, когда они вместе работали в доме Анны: взглядов украдкой, якобы случайных прикосновений, двусмысленных намеков.

– Значит, дата следующего свидания еще не назначена? – уточнила Калли.

– Нет, и, к сожалению, уж точно не на этой неделе. Погода хорошая, в городе берут начало многие строительные проекты, так что Дерек очень занят.

– В следующие выходные вы обязательно увидитесь, потому что у нас совместная вечеринка, – сказала Анна.

– Вот именно! Эта идея пришла мне в голову удивительно вовремя! – воскликнула Калли. – Теперь вы можете получить комнату на двоих!

Девушки расхохотались, а Линдси смущенно заметила:

– Я пока не могу сказать ничего определенного. Помните: мы стараемся делать все правильно.

Калли фыркнула:

– Кто знает, как правильно: иногда правильно, если вы голые.