Покоренная дважды - Ли Уилкинсон

Он задержал ее руку в своей и спросил:

– Можно мне позвонить вам завтра и узнать, как ваша щиколотка?

– Конечно, можно.

Очень любезный молодой человек, подумалось ей, когда она поднималась в свою комнату, – полная противоположность Нику. Когда Кевин явился на следующее утро сразу после завтрака с букетом роз на длинных стеблях и пригласил ее на ланч, она без колебаний приняла приглашение. Они провели вместе и вечер. Перед тем как попрощаться, Кевин спросил у Рейн, как долго она пробудет в городе.

– Право, не знаю, – задумчиво протянула она, – возможно, еще день-другой…

– Моя матушка хочет пригласить вас завтра на ланч. Окажете такую честь?

Не в силах отказать и не совсем уверенная в том, хочет ли она нанести такой визит, Рейн вежливо ответила:

– Спасибо, мне очень приятно.

– Тогда я подъеду за вами в двенадцать, – довольным тоном произнес Кевин, и Рейн вдруг поняла, что это приглашение, конечно же, обсуждалось на семейном совете.

Леди Сомерсби, высокая сухопарая женщина со сложной прической, церемонно приветствовала Рейн у себя дома на следующий день. После великолепного ланча и осторожных расспросов о ее социальном положении Рейн почувствовала к себе явный интерес – это выразилось в том, что хозяйка предложила сыну показать гостье семейные портреты.

Вечером, после звонка домой, Рейн узнала, что Ник вернулся в Штаты. Когда она сообщила Кевину об отъезде, он не смог скрыть своего огорчения и спросил:

– Ты приехала сюда на машине?

– Нет, на поезде.

– Тогда позволь мне довезти тебя до дома.

– Очень признательна, – ответила она, – но разве тебе не нужно быть на работе?

– Я взял отгулы, – твердо заявил он. Рейн не знала, как отнесется отец к тому, что она явится домой с незнакомым мужчиной, но после недолгого колебания решила ехать с Кевином – он так учтив и предупредителен, что непременно понравится отцу.

С тех пор он стал приезжать к ним часто и ранней весной сделал Рейн предложение. Она ответила согласием. Кевин купил ей колечко с бриллиантом, и они начали говорить о свадьбе и строить планы на будущее. С Кевином все будет идти своим чередом, знала Рейн: спокойно и чинно. У них совпадали взгляды на жизнь, а расходились лишь по двум позициям: должна ли жена работать и где они будут жить. Рейн не хотела бросать свою работу – во всяком случае, сразу, но Кевин заупрямился:

– Милая, моя матушка очень не одобряет эти современные браки, когда жена продолжает работать в ущерб ремейной жизни. Кроме того, тебе будет трудно совершать изнурительные ежедневные поездки, поскольку моя квартира находится слишком далеко отсюда.

– Но мне бы не хотелось бросать отца, – ответила Рейн, – он заботился обо мне с того времени, как умерла моя мама, и я ему обязана всем. – Видя, что Кевин нахмурился, она утешающе добавила: – Здесь, в поместье, места для тебя предостаточно, а до твоего офиса ехать столько же, сколько от лондонской квартиры.

Однако Кевин выказал непреклонность:

– Я всегда полагал, что жена должна жить в доме мужа, а не наоборот.

– Но что я буду делать целый день в замкнутом пространстве лондонской квартиры?

Во взгляде его серых глаз выразилось искреннее удивление:

– Я надеюсь, нам не придется скучать, когда мы поженимся. Кроме того, есть масса возможностей, чтобы развлечь себя. Можно, к примеру, посещать благотворительные комитеты, и вообще… Матушка с готовностью придет тебе на помощь. Да к тому же мы ведь планируем иметь детей, разве не так? Она ухватилась за эту идею:

– Вот именно! Городская квартира далеко не идеальное место для детей!..

– Придет время, и мы подыщем домик в деревне. Согласна?

Она кивнула и с неохотой произнесла:

– Хорошо, я скажу отцу, что после свадьбы работать не буду.

Получив то, что хотел, Кевин почувствовал необходимость проявить великодушие:

– Если ты хочешь жить недалеко от отца, мы непременно найдем что-нибудь подходящее в этом районе. – Он поцеловал ее в щеку. – А теперь мне нужно идти: матушка просила ог – везти ее на какую-то благотворительную акцию, потом на ланч, но во второй половине дня я вернусь. Кстати, я заказал ужин в «Лопели» : ты ведь много раз говорила, что хотела бы там побывать…

Обезоруженная предупредительностью Кевина, Рейн утратила всякую охоту спорить, проводила ею до машины и сердечно' помахала вслед.

Рейн, лежа на спине в саду, окруженном каменной изгородью, наслаждалась осенним теплом, нежной зеленью газона и… ждала своего жениха. Слышалось жужжание пчел над лавандой и розами. Легкий ветерок щекотал щеки Рейн, поигрывал упругими кольцами ее волос. Рядом сидел кот. Полизывая розовым язычком лапку, он нехотя умывался. Вдруг Калиб настороженно замер, и через секунду-другую скрипнула калитка.

Не открывая глаз, Рейн прислушалась к приближающимся шагам. Идет Кевин, определила она, и вскоре тень от ее жениха упала ей на лицо.

– Привет! – лениво промурлыкала Рейн, по-прежнему не открывая глаз. Когда он сел рядом и наклонился, чтобы поцеловать ее, она обвила руками его шею. Как это не похоже на Кевина – взять и не раздумывая сесть на траву! Да и касание его губ какое-то другое. Более волнующее, что ли… По всему телу Рейн пробежали волны блаженства, когда его поцелуй сделался жарче, страстнее. Но тут вдруг ее пронзил внезапный страх: до сих пор лишь только Ник оставался тем единственным мужчиной, который мог вызвать у нее такую реакцию…

Рейн открыла глаза.

Солнце было яркое, и сначала она ничего не разглядела. Зато потом, когда прямо перед ней возникло худое, сардонически улыбающееся лицо, она сразу же узнала его и просто не поверила своим глазам. Это сон или явь?

Ее охватила паника, она резко вскочила и на одном дыхании выпалила:

– Что ты здесь делаешь? И как ты смеешь так целоваться?

Его брови удивленно взлетели вверх.

– А как ты хочешь, чтобы я целовался? Как твой жених?..

– Я вообще не хочу, чтобы ты меня целовал! – парировала Рейн.

– А когда-то хотела, – заметил он с намеренной жестокостью.

Она стушевалась: воспоминания о пережитом нахлынули на нее с опустошающей силой, но она быстро нашлась:

– Откуда ты вообще знаешь, как целует меня Кевин?

– Твой отец описал мне его… Корректного молодого человека…

– И ты интерпретировал эти слова по-своему: скучный и бесстрастный…

– А что, я не прав?

– Не собираюсь обсуждать с тобой Кевина! Лучше скажи, что ты здесь делаешь?

Его красивые белые зубы обнажились в улыбке.

– Ну, если гора не идет к Магомету… В общем, я решил, что пришло время нам поговорить.