Идеальный брак? - Хелен Бьянчин

— Ты предложила эту встречу, — мягко напомнила Габби, с нарочитой медлительностью поднося к губам бокал. Сделав один глоток, она так же медленно поставила бокал на стол, глядя Аннабел прямо в глаза.

Та едва заметно прищурилась.

— Мы никогда не дружили.

Если честно, Аннабел всегда была мстительной мегерой, и Габби не стала скрывать свое мнение:

— Ты делала все возможное, чтобы разрушить родственные отношения.

Аннабел отмахнулась от обвинения, элегантно приподняв красивое плечо, и небрежно забарабанила длинным алым ногтем по ножке бокала.

— Дорогая, разве можно винить меня в том, что я хотела занимать главное место в нашей общей семье? Номер один! На меньшее я не согласна.

Габби наколола на вилку последнюю дольку дыни.

— Может быть, перестанешь ходить вокруг да около и перейдешь к делу?

В глазах Аннабел вспыхнули жадные искорки.

— Моника сообщила мне, что Джеймса все больше тревожит твоя неспособность завершить сделку.

Сочная спелая дыня вдруг потеряла свой вкус.

— Какую сделку мы обсуждаем?

— Создание наследника империи «Стэнтон и Николс».

Не отводя взгляда, Габби аккуратно положила вилку на тарелку.

— Аннабел, по-моему, ты выходишь за рамки приличий.

Аннабел не смутилась.

— Проблемы, дорогая?

— Проблема лишь в твоем напряженном интересе к делам, которые тебя абсолютно не касаются.

— Но это семейное дело. — Аннабел сделала ударение на слове «семейное».

Лишь уважение к хозяевам ресторана помешало Габби опрокинуть минералку на колени сводной сестры.

— Неужели? Вряд ли мой отец мог избрать тебя посредником в столь личном вопросе.

— Ты мне не веришь?

— Не верю, — категорично ответила Габби, прекрасно представляя цену своей смелости. Высокая цена. Очень высокая.

— Дорогая, — снисходительно прощебетала Аннабел. — Между дочерью и падчерицей всего лишь один шаг — официальное решение суда. — Аннабел сделала многозначительную паузу. — Моника убедит Джеймса начать процесс удочерения.

О Боже! Хотя почему этот дьявольский план ее удивляет?

— Завещание Джеймса не допускает двойного толкования. Моника наследует главную резиденцию, предметы искусства и драгоценности. Плюс изрядный годовой доход. Акции «Стэнтон и Николс» наследую я.

Аннабел изящно изогнула безупречную бровь.

— Думаешь, я этого не знаю? — Она подцепила вилкой салат. — Ты упускаешь главное.

Нет, она ничего не упускает.

— Ты имеешь в виду Бенета?

Глаза Аннабел алчно заблестели.

— Умница, дорогая.

— Так ты хочешь стать его любовницей?

В тихом музыкальном смехе топ-модели не было и намека на добродушие.

— Его женой.

— Высоко метишь.

— Выше некуда, милочка.

Холодная вода или горячий кофе? В распоряжении Габби было и то, и другое, и она еле сдерживала непреодолимое желание спровоцировать неприятный инцидент.

— Остается всего лишь одна проблема. Он уже занят.

— Что очень легко исправить, — промурлыкала Аннабел.

— Ты кажешься такой уверенной.

Габби удивлялась не столько сводной сестрице, сколько самой себе. Как можно оставаться столь невозмутимой внешне, если внутри все кипит от ярости?

— Богатому мужчине необходима образцовая хозяйка в гостиной и шлюха в спальне. — Аннабел тщательно изучила свои ногти, затем стрельнула глазами в Габби. — Как ни стараюсь, не могу вообразить тебя ни страстной, ни изобретательной в сексе.

Габби и бровью не повела. Лишь подозвала официанта, попросила счет и подписала чек. Затем поднялась и накинула на плечо ремешок сумочки.

— Думаю, мы обе не будем настаивать на повторении подобной встречи.

— Дорогая, — снова замурлыкала юная топ-модель с довольным блеском в глазах, — я отдыхаю между сезонами, а где, как не в родном городе, можно лучше всего отдохнуть и расслабиться? Мы же семья и, следовательно, будем часто видеться. Светская жизнь так интересна!

— И ты проследишь, чтобы ни одно приглашение не миновало тебя.

— Безусловно.

Габби многое могла бы сказать, но ни одно ее возражение не было бы достойным светской дамы, тем более в общественном месте. Легче удалиться в высокомерном молчании.

* * *

В кабинете ее ждали три проблемы, из них две — деловые. Она легко справилась с ними, внесла результаты в компьютер и набрала номер Бенета. Пока она ждала ответа, у нее засосало под ложечкой.

— Николс, — раздался наконец его низкий голос с более заметным по телефону легким американским акцентом. Габби мысленно увидела его длинное тело, — легко раскинувшееся в кожаном кресле с высокой спинкой, и ее пульс участился.

— Ты звонил, пока меня не было.

— Как прошел ленч?

Ее пальцы непроизвольно сжали телефонную трубку.

— Есть на свете что-нибудь, чего ты не знаешь?

— Аннабел попросила твой личный номер, — невозмутимо сообщил он.

«Стерва! Как будто не могла спросить у Моники! Пользуется любым предлогом, чтобы добраться до Бенета», — подумала Габби.

— Ты не ответила на мой вопрос. — Едва заметная ироничная нотка в его голосе подсказала краткий ответ.

— Прекрасно. — Габби глубоко вздохнула. — Ты из-за этого звонил?

— Нет. Хотел предупредить, что не вернусь домой к ужину. Наш тайваньский партнер вкладывает деньги в недвижимость и попросил рекомендовать надежного агента. Было бы невежливо познакомить их не в ресторане.

— Очень невежливо, — торжественно согласилась Габби. — Я пойду спать, не дожидаясь тебя.

— С огромным удовольствием тебя разбужу, — ласково поддразнил Бенет и повесил трубку.

Сладкая истома охватила ее при воспоминании о бесчисленных случаях, когда он будил ее поцелуями, а она инстинктивно отзывалась на его ласки, купаясь в наслаждении, доставляемом его искусными руками и губами, скользящими по ее телу.

С трудом взяв себя в руки, Габби сосредоточилась на оставшихся делах.

Было почти половина шестого, когда она покинула здание, и, хотя в центре города движение еще было напряженным, ближе к Воклюз-стрит машин почти не осталось.

Солнце еще пекло, влажность была невыносимой, и Габби с облегчением вошла в прохладный дом.

Несколько неторопливых глотков освежающего напитка, несколько минут в бассейне — и напряжение как рукой снимет, решила она, направляясь в кухню и сбрасывая на ходу жакет. Мысль о прохладной воде бассейна и теплых лучах заходящего солнца показалась очень привлекательной.