Золотая бабочка - Алекс Вуд

Тэдди и Дан были знакомы без малого десять лет, она принимала самое активное участие в создании «Хьюстон Эдвертайзинг» и мыслила себя неотъемлемой частью компании. В компании не было человека, более преданного Даниэлю, чем Тэдди. Он знал и ценил это, называя ее своим лучшим другом. Тэдди иногда говорила сама себе, что безумно устала от этого товарищества. Все эти долгие годы она боялась признаться себе, что относится к нему совсем не как к другу. Она встречалась с другими мужчинами, один раз даже чуть не вышла замуж, но в какой-то момент поняла, что это все не то.

Последний ее приятель, Брэтт Макферсон, как-то в порыве гнева заявил Тэдди, что ей надо вначале разобраться со своими чувствами к Дану Хьюстону, а потом уже строить отношения с кем-то другим. Брэтт и Тэдди расстались, но его слова заставили ее задуматься. Неужели он прав, и она влюблена в Дана? Тэдди стала присматриваться к себе, прислушиваться к своим чувствам и неожиданно обнаружила, что Дан значит для нее гораздо больше, чем все остальные мужчины вместе взятые.

Это открытие отнюдь не обрадовало Тэдди. Печально было сознавать, что она попалась в ту самую ловушку, в которую попадала каждая девушка, работавшая когда-либо в «Хьюстон Эдвертайзинг». Перед Даном не мог устоять никто, но Тэдди всегда льстила себя надеждой на то, что ей удалось избежать общей участи. Как это было глупо!

Тэдди знала, что сердце Дана абсолютно свободно. Но это совсем не увеличивало ее шансы на успех. Дан привык к тому, что она – его приятель, коллега, единомышленник. Как заставить его рассмотреть наконец, что она еще и женщина, достойная любви? Тэдди и не пыталась сражаться за сердце Дана. Она довольствовалась тем, что имела, лишь содрогаясь от боли, когда у Дана появлялась очередная подружка.

Впрочем, это были всегда мимолетные увлечения. Иногда Тэдди всерьез спрашивала себя, а способен ли этот неотразимый красавец полюбить. Или ему хватает легких, ни к чему не обязывающих связей? Она предпочитала не знать ответа на этот вопрос. А так как Дан в редкие минуты откровенности цинично говорил, что с некоторыми женщинами можно просто умереть от скуки, то Тэдди делала совершенно правильный вывод о том, что лучше быть уважаемым другом, чем презираемой любовницей.

Однако спокойно смотреть на то, как пронырливая итальянка в открытую кокетничает с Даном, не было никакой возможности. Тэдди до хруста стискивала пальцы, наблюдая за игрой Лючии. Та носила вызывающую одежду, говорила бархатным голоском, часто бросала на Дана лукавые взгляды, давая понять, что очень интересуется им. Слепой увидел бы, что у Лючии Грациано вполне определенные намерения. Тэдди злило то, что Дан поддается на избитые уловки. Раньше он издевался над столь откровенными попытками завоевать его и высмеивал перед Тэдди ту или иную роковую женщину. Но методы Лючии действовали безотказно. У Тэдди из-под носа уводили мужчину, а она могла только до крови закусывать губу и работать еще напряженнее.

– Тэдди, дорогая. Сегодня к пяти приедет Фабрицио, ты побеседуй с ним, пожалуйста.

Такие просьбы стали нормой. Тэдди особенно не удивилась, когда Дан в очередной раз известил ее о том, что ей в одиночку придется общаться с этим отвратительным типом, в то время как Дан будет развлекать Лючию.

– Ладно, – сухо ответила она, избегая взгляда Дана. Ей не хотелось читать ему нотации, возбуждая у него тем самым подозрения. – И куда ты идешь на этот раз?

– Лючия хочет посмотреть выставку…

– Она знает, что такое выставка? – не удержалась Тэдди от шпильки. – Какая неожиданность…

– Тэдди, не надо. Лючия – милая девушка, я не понимаю, почему ты так плохо о ней отзываешься.

Ты вообще ничего не понимаешь, взорвалась Тэдди внутренне, но вслух ничего говорить не стала.

– Ты, кажется, не видел последние предложения Пита, – вместо упреков сказала она и протянула ему пачку листов.

– Да, конечно, – рассеянно пробормотал Дан, листая рисунки. – Вот это никуда не годится, а это очень даже ничего. А с чего вдруг он стал так плодотворен?

– Пит едет в отпуск на следующей неделе. Неужели ты забыл?

Даниэль замер на месте с открытым ртом.

– А что же мы будем делать с проектом Грациано? Ведь Питер именно над ним работает…

– Ты разве забыл, что обещал ему взять на себя продолжение его работы? – не без ехидства спросила Тэдди. – Хотя ты и собственные обязательства не выполняешь…

Все. Сказано. Она посмела упрекнуть Дана в том, что он полностью игнорирует работу. Сейчас разразится буря.

Но Дан отнесся к ее словам на удивление спокойно.

– Да, я как-то забыл об этом. – Он рассеянно почесал затылок. – Придется поднапрячься.

Тэдди хотелось продолжить эту тему, но Дан невозмутимо стал обсуждать другие вопросы. Она внимательно слушала его, но внутри нее зрела решимость выяснить все раз и навсегда. Неделю назад он просиживал в офисе сутками, а сейчас уходит чуть ли не с обеда. Кто-то должен раскрыть ему глаза на его собственное поведение, и делать это придется именно ей, старой боевой подруге.

– Дан, – произнесла Тэдди, когда со всеми вопросами было покончено. – Нам надо поговорить.

– Я слушаю тебя, – улыбнулся Даниэль. Его иногда забавляли серьезные манеры Тэдди.

– Меня очень тревожит проект Грациано…

Легкое облачко неудовольствия промелькнуло на лице Дана.

– Вернее, твое отношение к нему, – закончила Тэдди, не взирая ни на что. – Ты совсем перестал им интересоваться.

– Неправда, – неубедительно возразил Дан. – Я только о нем и думаю.

Вернее, о Лючии Грациано, прокомментировала про себя Тэдди. Но вслух ничего не сказала. Бесполезно подливать масло в огонь.

– Может быть, Дан, – вздохнула Тэдди, – только никакого результата нет. Ты даже перестал смотреть то, что разрабатывают ребята. И волноваться ты тоже перестал…

– Ага. Значит, тебя устраивало, что я места себе не находил, – шутливо оскорбился Даниэль. – И после этого ты называешь себя моим другом…

– Дан!

Столько упрека было в этом коротеньком восклицании, что Даниэль покраснел. Конечно, Тэдди совершенно права. Он бессовестно ведет себя в последнее время. А виновата в этом прекрасная Лючия…

При воспоминании о мисс Грациано Дану стало ужасно стыдно. Рядом с ней все обязательства по отношению к «Хьюстон Эдвертайзинг» отступали на второй план. Лючия воспринимала как само собой разумеющееся, что Дан проводит с ней много времени и не занимается проектом Грациано. Она просто не принимала никаких отговорок, и у Даниэля не хватало сил разочаровать ее. Ведь Лючия так мила, так прелестна… Кто может быть жесток с ней?

Но Тэдди напрасно обвиняла Дана в легкомыслии. Мысли о золоте синьора Грациано не покидали его ни на минуту. Даниэль работал ночами, и ему казалось, что с тех пор как он познакомился с Лючией, к нему вернулось былое вдохновение. Мистер Грациано обязательно останется доволен его работой. Если, конечно, не разозлится из-за того, что его единственная дочь обращает больше внимания на владельца «Хьюстон Эдвертайзинг», чем на проект папочкиной компании.