Мой принц - Элис Детли

Ах ты коварный разносчик любовной заразы, вот тебя-то я и продам! – подумала Кэтрин и улыбнулась Купидону. В конце концов, эта скульптура полностью принадлежит только ей, и она вправе распорядиться ею по своему усмотрению. Жалко, конечно, было расставаться с ним, она привыкла к упитанному очаровательному малышу. Он скрашивал ее одиночество, когда отсутствовал отец, она даже разговаривала с ним. Кэтрин вздохнула, потом вспомнила, что с ней творилось под взглядом Оливера Уинстона, и приняла решение. Оставалось только узнать, во сколько скульптуру оценят специалисты.

Кэтрин вернулась в свой рабочий кабинет с довольным видом, чем порадовала свою молоденькую секретаршу Джанин Хантер. С момента исчезновения управляющего служащие фирмы пребывали в глубоком унынии.

– Кажется, нам удастся выбраться из лужи, в которую посадил нас проворовавшийся Гудвин, – доверительно сообщила Кэтрин, задержавшись возле столика Джанин, и ободряюще улыбнулась ей.

Кэтрин и не ожидала, что даже предварительная стоимость «Купидона» Торвальдсена, о которой она узнала по телефону, окажется такой высокой. А если продать скульптуру через аукцион, можно будет получить за нее значительно больше. Теперь она сможет расплатиться с кредиторами, успокоить членов правления и акционеров их фирмы. Конечно, лучше было бы вложить эти деньги в производство. Она давно мечтала о создании серии духов с лечебными ароматами. Нет, на все у нее денег сейчас не хватит. Пока надо спасать то, что налажено и хорошо зарекомендовало себя на рынке. По крайней мере, сегодня ей не надо допоздна копаться в этих противных бумагах, подумала Кэтрин в конце рабочего дня. Вместе со служащими она покинула административный корпус и радостно устремилась домой, чтобы провести вечер и поужинать вместе с отцом.

Хорошо, что за весь вечер отец ни разу не напомнил ей об Оливере Уинстоне, думала Кэтрин, уже лежа в постели. Она специально легла пораньше, чтобы отоспаться за всю неделю и восстановить нормальный цвет лица. Но сон, как назло, не шел к ней. Стоило ей закрыть глаза, как перед внутренним взором возникал облик красивого мужчины с загадочными синими глазами. Десятки раз перевернувшись с боку на бок, Кэтрин легла на живот. Будь проклят этот Оливер Уинстон! – со злостью мысленно восклицала она. И откуда он только взялся? Как ему удалось сделать такую головокружительную карьеру? За счет своей внешности? Или он и вправду одаренная личность? И вообще, что она знает о нем? Кажется, он родился в благополучной семье, потом его отец разорился, куда-то уехал, а мать пустилась во все тяжкие, пила много, перестала заниматься сыном и погибла как-то трагически. Подробности ей были неизвестны. Все эти сведения об Оливере она узнавала из обрывков разговоров прислуги. Отец никогда ей ничего не рассказывал о юноше, проработавшем в их поместье целый сезон.

Усталость наконец взяла верх, и Кэтрин заснула далеко за полночь. Ей снился жаркий день, большая оранжерея в глубине благоухающего сада, юноша в джинсах с длинными черными волосами, концы которых намокли от пота на спине. Пластика его тела во сне Кэтрин ассоциировалась у нее с пластикой красивого хищного животного. Потом в поле ее зрения возникла обнаженная женщина с ослепительно белой кожей и длинными светлыми волосами, прикрывавшими ее наготу словно плащом. Ноги женщины едва касались земли, поэтому казалось, что она не идет, а плывет к этому юноше, при этом нисколько не приближаясь к нему. Удивительно, но Кэтрин во сне как будто было известно, что последует дальше. Юноша уже был не юношей, а черной пантерой, которая бросилась на обнаженную женщину.

Вскрикнув, Кэтрин проснулась. За окном было еще темно. Смочив минеральной водой пересохший рот, Кэтрин снова заснула.

К завтраку она явилась с головной болью. Не помогли ей ни верховая прогулка, ни холодный душ. Посмотрев на себя в зеркало, она убедилась, что выглядит еще хуже, чем накануне. Есть не хотелось. Кэтрин выпила большую кружку черного кофе, чтобы взбодриться, на минутку зашла к отцу поздороваться и отправилась на работу. Настроение было отвратительным. В таких случаях ее всегда выручала деловая суета, царившая в корпусах фабрики. Кэтрин обошла все помещения лаборатории, заглянула в цех производства и только после этого вошла в административный корпус. В приемной она застала необычную картину: Джанин сосредоточенно красила губы! Прежде она никогда не пользовалась косметикой, обладая яркой внешностью здоровой девушки.

– Джанин, чем ты занимаешься? – удивленно спросила Кэтрин.

Девушка испуганно посмотрела на нее и захлопала накрашенными ресницами, не зная, видимо, что сказать в свое оправдание.

– Вот, решила попробовать продукцию нашей фирмы, – пролепетала она.

Кэтрин оставила секретаршу в покое и прошла в свой кабинет. Здесь ее тоже ждал сюрприз. За ее письменным столом восседал Оливер Уинстон! Его твидовый пиджак висел на спинке стула, сверху лежал бордовый галстук, сам он оставался в бежевой рубашке. Несколько верхних пуговиц на ней было расстегнуто, хотя в кабинете не было особенно жарко, и Кэтрин могла видеть черные завитки волос на его груди. Рукава рубашки засучены по локоть. От вида темных волос на груди Оливера и на его руках Кэтрин стало не по себе. Все вместе показалось ей более чем оскорбительным. Вспомнились слова отца, сказанные в качестве напутствия перед ее уходом из дома: «Поверь, дочка, я доверил тебя и фирму в надежные руки». Мысль, что она может в буквальном смысле оказаться в этих волосатых руках, заставила ее содрогнуться от непонятного чувства: то ли страха, то ли восторга.

– Что вы делаете за моим столом? – тупо спросила Кэтрин.

Оливер Уинстон оторвался от бумаг, которые он сосредоточенно читал до ее прихода.

– А, мисс Норман, доброе утро. Должен сразу вас огорчить, что дела вашей фирмы хуже, чем я предполагал. Вы на грани банкротства.

Слова Уинстона моментально избавили ее и от смущения, и от чувственных фантазий.

– А вы не преувеличиваете, мистер Уинстон? – зло процедила она сквозь сжатые зубы.

Оливер ответил ей бесстрастным холодным взглядом.

– Можете звать меня просто Оливер. И почему вы стоите? Присаживайтесь, будем работать вместе. По ходу дела я вам все объясню.

Кэтрин продолжала стоять, не зная, как себя вести с этим самоуверенным, но в высшей степени обольстительным наставником в вопросах бизнеса. Теперь стало понятно, почему Джанин сегодня красилась. Кто же устоит против такого красавца? Эти мысли раздражали ее, мешали сосредоточиться на главном, на том, что в настоящее время происходит с ее любимым детищем – фирмой «Лекарственная косметика». По-своему истолковав ее нерешительность, Оливер живо поднялся из-за письменного стола и поставил рядом с собой стул для Кэтрин.

– Садитесь. – Он сделал приглашающий жест. – У нас действительно очень мало времени, чтобы исправить положение.

– Спасибо, – сказала Кэтрин и села на предложенный стул с видом жертвы.

– Вы считаете, что я преувеличиваю, не так ли? А вы когда-нибудь читали вот такие журналы? – Оливер разложил перед ней толстые журналы: «Бизнес и деньги», «Банковское дело», «Мир деловых людей». – Или, кроме светских сплетен и дамских романов, вы ничего не читаете?