Солнце Калифорнии - Эмили Маккей

– Признаться, милая Сэс меня приятно поразила своей работой, – вновь заговорила Лилиан, возвращаясь к известной теме.

Хадсоны относились к числу тех кланов, в которых разговоры о работе и интимные беседы – это, как правило, одно и то же. Так и теперь, хваля свою крестницу, бабушка отмечала в первую очередь отменную работу начинающего сценариста.

– Уверена, наша малышка создана для этой работы. Настоящая продолжательница семейного дела. Главное – безусловно, талант. Но и чутье в нашем-то деле вещь далеко не последняя, – сыпала одобрениями пожилая леди. – Наша Сэс выросла и заметно изменилась, – загадочно заметила она, не объясняя своих многозначительных улыбок.

– Мне известно лишь то, что под ее дебютный сценарий группа независимых продюсеров выделила немалую сумму и получила весьма убедительную прибыль в двести миллионов долларов, – сухо проговорил Джек.

– Верно. И «Хадсон пикчерс» тем более не поскупится ради того сюжета, который писала сама жизнь, – патетически резюмировала бабушка, прямо и не моргая глядя на внука. – А уж то, какую прибыль мы получим, зависит целиком и полностью от качества нашей с тобой работы, – подчеркнула она.

– Хочешь знать мое откровенное мнение? – отважился спросить Джек.

Бабушка благосклонно улыбнулась, и внук смог развить свою мысль:

– У меня нет такой уверенности, что на данном этапе «Хадсон пикчерс» ставит все свои материальные и интеллектуальные ресурсы именно на этот специфический проект, – осторожно заметил он.

– Ах, как путано ты изъясняешься, дорогой, – прищурившись, проговорила владелица киностудии. – Я могла бы оспорить твое замечание по каждому пункту прямо сейчас. Но складывается такое ощущение, что ты пытаешься отклонить кандидатуру сценариста либо сомневаешься в качестве той идеи, которую я уже со всей ответственностью одобрила. Я принимаю твою заявку на дальнейшее обсуждение, однако предупреждаю, что тебе следует быть более аргументированным. Я для себя решение приняла и буду его отстаивать. Субъективные и иррациональные суждения не принимаются.

– Дорогая бабушка… – попытался сгладить негативное впечатление Джек, но Лилиан была неумолима.

– Не будем сейчас обмениваться ничего не значащими фразами, – предостерегла она внука. – Лучше я тебе скажу, что ты должен сделать в первую очередь, а ты постарайся меня не разочаровать, дорогой.

Джек вытянулся перед ней по струнке, демонстрируя свое серьезное отношение к делу.

– Прочти сценарий и договорись с Сэс по поводу возможного графика дальнейших обсуждений. И, особо прошу, до времени не вдавайся в какие-то мелкие детали. Я знаю, ты со своей дотошностью это любишь. Но постарайся оценить будущий проект в совокупности его качеств… Я рассчитываю на моего милого мальчика, – смягчившись, завершила Лилиан Кольбер.

Молодому человеку оставалось кивнуть и в очередной раз почувствовать себя только лишь внуком своей великой бабушки, а не Джеком Хадсоном как таковым. А это ему не льстило, но и оторваться от ее руководящего влияния он еще не чувствовал моральных сил. Он мог лишь надеяться, что однажды, в недалеком будущем это случится, и он станет независимой единицей.

Сэс Кэссиди следила за моргающим курсором на мониторе рабочего компьютера. Она уставала до такой степени, что теряла нить повествования, из-за чего была вынуждена вновь прочитывать предыдущую фразу и заглядывать в черновики.

Ее сын Тео отнимал у нее все внимание в течение дня, так что когда она наконец добиралась до письменного стола, сил у нее не оставалось даже для механической работы. Как-то она пыталась мимоходом делать заметки, заглядывать в справочные материалы, просто вникать, вдумываться, но Тео отвлекал на себя все ее участие.

– Черт, – тихонько ругнулась Сэс, не находя нужной бумажки.

– Черт, – картаво повторил вслед за ней малыш, выкладывая кубиками на ковре нечто невообразимое.

– Эй! – окликнула его молодая мать и пригрозила пальцем.

Но малыш так шкодливо улыбался, что не представлялось возможным сердиться на него.

– Сынок, не повторяй ничего за мамой, когда она раздражается. Хорошо? Просто я кое-что потеряла, – постаралась она оправдать перед ним свое невольное вербальное преступление.

– Бурый мишка, бурый мишка, – залепетал малыш и взгромоздил на колени мамочки своего лучшего друга и по совместительству талисман.

– Нет, не его, – проговорила Сэс, на что Тео рассмеялся, такой бестолковой она ему сейчас показалась. – Ах, так ты мне его в помощь принес, золотце! Спасибо тебе, родной, – поблагодарила она и поцеловала сына в высокий красивый лоб.

– Он вам мешает? Я его сейчас заберу, – проговорила няня.

– Нет, ничего. Все в порядке, Мария, – вздохнула Сэс и посадила сына на колени. – Мне скоро уходить. Вы побудете с Тео до моего возвращения?

– Да, конечно. Распоряжайтесь свободно своим временем, – уверила ее няня.

Ни в этот миг, ни мигом позже, ни когда открывала входную дверь, Шерил Кэссиди не ожидала столкнуться с Джеком Хадсоном. Но именно это и произошло, стоило ей закрыть дверь своего дома.

Конечно, она предполагала, что рано или поздно пересечется с ним, иначе и быть не могло, раз кинокомпания «Хадсон пикчерс» не только заинтересовалась ее сценарием, но и взяла его в производство.

Однако в сложившейся ситуации эта встреча явилась для Сэс полной неожиданностью. Удивительно было видеть этого молодого светского льва в их маленькой провинциальной Санта-Барбаре, а тем более в непосредственной близости от ее коттеджа, словно затаившегося под сенью густых растений.

Ни в первый, ни в последующий момент она просто не нашлась что и сказать, несмотря на то, что Джек приветливо ей улыбался. Наконец он начал первым и сразу спросил:

– Ты не пригласишь меня войти, чтобы мы могли поговорить в удобной обстановке?

Судя по его весьма непринужденному тону, это был все же сугубо деловой вопрос. Не следовало заблуждаться. Но именно это-то и возмутило Сэс, стоило ему открыть рот. Она мгновенно подобралась, приняла воинственную позу и тотчас почувствовала себя способной к импровизациям.

– Так, так, так, Джек Хадсон собственной персоной! Побочный продукт моей любовной истории, потомок, с позволения сказать, моих романтических героев! Чем обязана визиту такой поистине высокой особы?

– Не лязгай зубками, детка, а лучше улыбнись старому приятелю!

– Старому – не спорю. Но вот приятелем тебя даже с натяжкой не назовешь, – незамедлительно парировала она.

– Не разыгрывай драм начерно, Сэс. Прибереги эффектные фразочки для театральных подмостков и киноновелл, – высокомерно порекомендовал он бывшей любовнице.

– Звучит так, словно ты основательно подготовился к этой встрече, – не преминула ответить она. – То есть рыцарь в сияющих доспехах надевает их не только для того, чтобы своим сиянием радовать глаз, но прежде всего, чтобы обороняться. Поразительно, что мне раньше не приходило это в голову.