Серая мышь - Татьяна Волк

Его бровь изогнулась в неверии, а потом губы расплылись в самодовольной улыбке.

Вместо того, чтобы извиваться надо мной как ошалевший от страсти орангутанг пытаясь удовлетворить собственное желание, чего я если честно от него ожидала, Войцеховский опять начал меня целовать, пока кроме боли я не почувствовала приятное тепло внизу живота. Потом это тепло переросло в желание, и я почувствовала, как он опять начал двигаться внутри меня. Желание все нарастало и нарастало, пока не лопнуло внутри меня как проколотый шарик или салют брызгами фейерверка в моей голове. Я вскрикнула, и после нескольких движений Олег так же рухнул на подушку рядом со мной, притянув мое расслабленное тело к себе на грудь. На губах его блуждала довольная улыбка, на которую я смогла взглянуть только через несколько минут. Со стыдом!

Что я натворила?!?

— Олег Викторович? — закусив губу, промямлила я. Мой начальник с закрытыми глазами лениво перебирал рассыпавшиеся по моей обнаженной спине волосы и остановил на мне свой прищуренный взгляд.

— Можно просто Олег, — искривил губы в насмешливой улыбке мужчина и сжал мои волосы в кулак, когда я попыталась приподняться. Моим естественным желанием было тут же сбежать, и Войцеховский, разгадав мой маневр, тут же зарубил на корню все попытки это сделать. — И только попробуй удрать. Я с тобой такое проделаю, что даже ходить не сможешь.

Я растерянно моргнула от его угрозы.

— Побьёшь? — всё-таки решила уточнить. Начальник по-волчьи хмыкнул и резко опрокинув меня на живот, оказавшись у меня между ног, шлепнул по заднице.

Грубо прижав меня к кровати, босс навис надо мной и вжавшись своим достоинством в мое тело в опасной близости от моих самых сокровенных мест, сладким голосом многообещающе промурлыкал мне в ухо.

— Оттрахаю тебя, милая. Так что на твоем теле больше не останется ни одного девственного места для твоего жениха.

Я удивленно пискнула и сжала пальцами простынь, когда он начал спускаться, вниз покрывая мою спину поцелуями. Неужели даже это может быть так приятно?

Войцеховский опять самодовольно усмехнулся и провел рукой вдоль моей спины. Я чуть не выгнулась как кошка от удовольствия и застонала, спрятав лицо в подушку. Этот гад только едва слышно рассмеялся.

— Даже не думал, что ты такая чувствительная.

Не думал он. Да я сомневаюсь, что он вообще обо мне до этого дня думал. И я уж тем более, не ожидала, что очутившись в его постели, буду вести себя как последняя озабоченная шлюха.

— Пожалуйста, — выдохнула я, желая только освобождения от этого пожара внутри. Шеф опять рассмеялся и, склонившись к моему уху, слегка прикусил мочку зубами. По телу прокатилась дрожь, и смех Войцеховского стал ещё самодовольнее.

— Скажи.

Сообразить, что именно я должна сказать, в таком задурманенном состоянии я уже не могла, и мой инквизитор заботливо подсказал:

— Скажи: «Выеби меня, Олег».

Я покраснела от смущения, выговаривая это крепкое словцо.

— Олег! — Выдохнула я, выгнувшись под его рукой. Войцеховский сжал мою грудь и опять потребовал.

— Повтори! Мне нравится, как ты произносишь моё имя. — Я всхлипнула, когда, перевернув меня на спину, он склонился к моему соску.

— Олег!!

— Ещё раз! — растянул губы в ухмылке начальник и рассмеялся, когда я уже простонала его имя, едва он втянул в себя мою вершину. Мне хотелось материться, погрязнув в этом безумии. Я сходила с ума в его руках. Кричала, стонала и извивалась как ненормальная. Мне кажется, после этой ночи Олег точно уверился в том, что в сексе у него левел пятидесятый — уровень бог, так самодовольно он на меня смотрел.

Я лежала на животе после очередного оргазма и приходила в себя словно пережила маленькую смерть. Войцеховский сгреб меня рукой и притянул к своему животу, удовлетворённо промурлыкав в ушко.

— Ты во всём отличница. Моя маленькая похотливая шлюшка.

Я дёрнулась от него как от огня. Разумеется, после такого он не будет относиться ко мне как к приличной девушке, но я никак не ожидала обнаружить в нем доморощенного диктатора и урода, который одним словом опустит меня ниже плинтуса. Захотелось сбежать из этой комнаты в тот же миг. Он не дал. Стиснул в своих руках, вжав в собственное тело и покачав головой уверенно заявил. Так чтобы я поняла и уяснила для себя.

— Нет. Моя! Поняла?!

Что? Он долбанулся? Точнее, сошел с ума? Что это за выражения черт возьми?! Вспомнила как еще недавно вгрызаясь в ноготь несколько дней читала на рабочем месте роман, в котором главный герой осыпал героиню похожими эпитетами, называя то шлюхой, то сучкой, то бесконечно его, и как мой начальник косился на меня в такие моменты. Конечно, встрепанная девица с разрумянившимися щеками вызывала у него полное недоумепние. В конце концов, дождавшись, пока я уйду на обеденный перерыв, мой босс не придумал ничего лучше как поинтересоваться что за сомнительной литературой увлекается его подчиненная на рабочем месте? Так и застала его в своем кресле, уткнувшимся в мою книгу.

— Тебе что, правда это нравится? — нахмурившись спросил он меня. Я покраснела и потупилась. Не сказать, чтобы поведение этого мужика в книге вызывало особое восхищение, но в трепет там другое приводило. Да и в конце концов кому какое дело, что я читаю? Я не претендую на звание главного интеллектуала в офисе. К работе-то моей у него не было претензий. Но похоже Войцеховский мое молчание по-своему понял.

И сейчас я посмотрела в его стальные глаза и опять почувствовала себя кроликом перед удавом. Олег всё ещё ждал от меня ответа и я, с трудом сглотнув, согласно кивнула, подчиняясь его воле. Ничего не поняла, но подчинилась. Да пусть говорит, что хочет. Все равно завтра он даже не вспомнит с кем провел эту ночь!

Босс недоверчиво изогнул бровь и удовлетворенно усмехнулся, словно ожидал от меня какой-то другой реакции, но я превзошла его ожидания.

— Ты ничего не поняла. Сейчас объясню, — пообещал мне шеф. И поставил засос на шее. Заклеймил, твою мать, напоследок! Другая бы начала орать, кем он себя вообразил ещё до того, как все это случилось, и пытаться поставить его на место. Или послала куда подальше. Я только молча позволила обвить себя руками и отключилась от усталости. Войцеховский совсем извел меня своими непривычными для меня постельными играми, и я так крепко провалилась в сон, что даже не успела задуматься о том, как мне вести себя с ним дальше.