Эта дурацкая любовь - Валерия Иванова

5 лет назад

Лас–Вегас

О. Мой. Бог.

Я закрыла глаза и начала молиться, чтобы подо мной разверзнулся пол, и поглотил меня. Может, у меня откроется суперспособность к телепортированию за ближайшие пять секунд. Да, пожалуйста.

Слышала, как Авелина смеется рядом со мной. Мне так и хотелось отвесить ей подзатыльник. Я здесь испытываю самый позорный момент в своей жизни, а она ржет. Вот это настоящая сестринская поддержка. И вообще… Почему это случилось именно со мной?! КАК? Как я могла встретить в Америке русскоговорящего человека? Мне захотелось расплакаться от бессилия.

– Открой глаза, – услышала голос незнакомца. Я плотнее, сжала веки и поджала губы. Отрицательно покачала  головой. Не дождется. Больше никогда в жизни не хочу видеть этого человека.

– Она не откроет глаза. – со смехом ответила Лина.

– Мы ее сломали? – спросил голубоглазый.

– Нет, она всегда так делает. Будет сидеть и притворяться, что всего этого не было, – сказала моя злая двойняшка. Почему она продолжает издеваться надо мной? Я так и знала, что нет в ней любви.

– Может, стоит попробовать такую тактику на переговорах, в следующий раз, – сказал кто–то еще, наверное тот второй, блондин который.

– А я только сказала ей быть смелой, – со вселенской печалью вздохнула сестра.

– Это было довольно смело, – задумчиво проговорил брюнет.

– Ага, она же думала, что вы ничего не поймете из этой страстной речи.

– Может, хватит делать вид, что меня здесь нет? – с раздражением сказала я, и протянула сестре руку. – Лина, мы уходим!

Я так и сидела на высоком барном стуле, с закрытыми глазами и ждала, когда сестра подаст мне руку для поддержки. Но она этого не сделала, моя рука так и зависла в воздухе.

– Вечер только начался, куда вы пойдете, – сказал красавчик.

– Подальше отсюда, – тут же нашлась с ответом.

– А как же любовь? Она же не уйдет бесследно.

– Как–нибудь переживу, – чувствовала, как краска стыда заливает мое лицо.

– Значит, это была не любовь? Ты разбиваешь мне сердце, дорогая, – шутливо сказал этот весельчак. Он что, не может просто замолчать? Какой #цензура.

– Слушайте, муд… Мужчина, – тут же исправилась я, – Это была всего лишь шутка, ясно? Я не собираюсь сидеть здесь и выслушивать все эти издевки в мою сторону.

– Тогда открой глаза и я перестану.

– Это не переговоры. Я не собираюсь делать то, что Вы от меня требуете, – что я говорю. Разве можно показаться еще глупее. Анелия, просто замолчи ради всего святого.

– Лина, мы уходим!

– Но у меня фишки, Ли. Они не будут действительны в другом казино. Это все мои сбережения. Мы уйдем чуть позже.

Я не могу поверить, что сестра говорит мне об этом. Хотя почему это не могу? Очень даже могу. В этом вся Авелина, делает все, что хочется только ей. Если бы с ней такое случилось, то мы бы уже были на пол пути в Россию. Неужели таким образом она мстит мне за Германию?

– Хорошо, оставайся, – спокойно ответила я. Хотя до спокойствия мне было так же далеко, как и нашей сборной по футболу до Кубка мира ФИФА.

Я собрала остатки своей гордости в кулак и хотела спрыгнуть со стула, чтобы уйти из этого места, как можно дальше. Вы знали, что когда закрываешь глаза и ничего не видишь перед собой, то очень трудно двигаться. Знали? А я нет. Спустилась со стула, но мой каблук зацепился за перегородку и взвизгнув, я открыла глаза, чтобы увидеть, как все ближе приближаюсь к полу. Но столкновение так и не произошло. Меня удержали и вернули в стоячее положение две сильные руки.

– Аккуратней, – произнес мужчина, а от его голоса по моей коже стадо бешенных мурашек пробежало.

– С–спасибо, – заикаясь и краснее еще больше от близости брюнета произнесла.

Освободилась из его объятий, повернулась лицом к спасителю. Он улыбнулся и на его щеках появились ямочки. Разве он мог стать еще красивее?! Чтоб их, эти ямочки.

– Карие, – сказал все еще улыбаясь.

– Что? – не поняла я, до меня вообще сейчас все плохо доходило.

– Глаза у тебя карие.

– А, да, еще с рождения и все такое, – Боже, Лия, просто замолчи. Просто замолчи и боком продвигайся к выходу.

– Ну… Я пошла. Спасибо, что не дали упасть и… Пока.

Развернулась на каблуках я подошла к сестре, которая вместо того, чтобы спасать меня села играть в какую-то карточную игру. Она ни в какую не хотела уходить, у нее, видите ли, фишки. Я сказала, что пошла в отель без нее, на что сестра мне пожелала удачной дороги. Она бросила меня!

Кипя от злости и прокручивая последние пол часа жизни, я вышла из казино. На улице было тепло. Лас–Вегас ожил. Если бы я была вампиром, то поселилась бы именно здесь, в этом городе, чтобы не вызывать подозрений. Этот город спит весь день и просыпается только ночью.

Я сделала несколько шагов в сторону отеля, как услышал, что меня окликнули. Обернулась и увидела, как ко мне спешит "моя дурацкая любовь".

– Как ты быстро ходишь, – улыбнулся мужчина.

– Спасибо? – я не была уверенна, что ответить на его реплику. – Пока.

Снова попрощалась с голубоглазым и быстрыми шагами стала уходить прочь. А он… Пошел за мной следом.

– Почему ты идешь за мной? – остановилась посреди улицы и сложила руки на груди. Я перешла на "ты", а что, имею право. Все равно уже ничего хуже не случится.

– Хочу удостовериться, что ты благополучно доберешься домой, – произнес мужчина, пожав плечами. Какой джентльмен.

– Что со мной произойдет, – фыркнула я.

– Ты себя видела в зеркало? А я недавно читал статистику, что в Вегасе пропадает больше всего молодых туристок и больше их никто не видел, – сказал он.

– Правда? – спросила дрогнувшим голосом.

– Нет, я соврал. Но тебе не стоит разгуливать одной.

– Спасибо, мамочка, – ехидно ответила, – Я уже взрослая девочка и справлюсь сама.

– Вижу, что взрослая, – тихо сказал мужчина и медленно, лениво так, осмотрел мое тело с головы до ног. – Но я считаю своим долгом убедиться, что с тобой все будет хорошо.

– А вдруг ты маньяк, – сказала я и стала идти дальше, брюнет поравнялся рядом со мной. Я поняла, что от него не избавится. Если честно, то мне и не хотелось, чтобы он уходил. Его эти слова о молодых туристках...

– Все может быть, но тебе не о чем переживать.

– Это еще почему? – сузив глаза спросила.

– Я не могу причинить вред тому, кто меня любит, – с улыбкой ответил этот муд…мужчина...