Доверься мне - Мона Кастен

Я указала большим пальцем через плечо.

– Тебе известно, как я люблю готовить, и ты скрывал от меня это?

Новая встроенная кухня – мечта любого повара-любителя и полная противоположность микрокухни в общежитии, которой приходилось довольствоваться мне. Справа установлена газовая плита, на полированной рабочей поверхности находилась подставка для ножей, с виду абсолютно нетронутая. Над ней висела металлическая рейка, к которой крепилась тоже металлическая лопатка для блинов и куча других кухонных инструментов.

Подбежав к плите, я энергично развернулась и оперлась руками на столешницу по обеим сторонам от своей новообретенной любви.

– Здравствуйте, – вкрадчиво проговорила я и присела в книксене. – Я здесь живу.

В уголках рта Спенсера появилась легкая улыбка:

– «Секс в большом городе»?

Я с гордостью прижала ладонь к груди:

– А ты способный ученик, Косгроув.

– Только потому, что нам три раза пришлось смотреть с вами фильм, Эдвардс, – парировал он и сам вошел на кухню. Стоя возле меня, Спенсер начал копаться в блоке с ножами. Он вытаскивал один нож за другим, какое-то время его разглядывал, проводил большим пальцем по рукояти и, наконец, задвигал обратно на место.

У меня чесались пальцы его остановить, однако прикасаться к Спенсеру было в принципе плохой идеей. Мне не нравилось, как мое тело на него реагировало.

– Можно кое-что у тебя спросить, Спенс? – чуть погодя спросила я.

Он лишь буркнул что-то себе под нос.

– Почему мы тут еще ни разу не были? В смысле, иногда по выходным мы втискиваемся даже в квартиру к Скотту, притом что здесь, – я изобразила жест рукой, обводя весь первый этаж, – места хватает. – И это даже преуменьшение. В одной гостиной уместилось бы три наши комнаты в общежитии.

Он замер на середине движения, прежде чем резко задвинуть последний нож. Затем сделал глубокий вдох.

– Дом принадлежит моим родителям.

Это объясняло… не очень-то много.

– И? – допытывалась я.

Он прикусил нижнюю губу.

– У них много денег. И живя студентом в таком доме, я почему-то кажусь себе засранцем.

– Думаешь, мы будем считать тебя засранцем только из-за того, что у твоих родителей есть деньги? – переспросила я, изогнув одну бровь.

Он отвернулся и покачал головой.

– Неважно. Я собирался на пробежку. Если хочешь, в холодильнике есть сок, и я еще принесу тебе воды, – затараторил он и оттолкнулся от столешницы. – Кажется, у меня даже где-то оставались Reese’s^[2]. Ты же их любишь, да? – Он открыл подвесной шкаф на противоположной стороне и с сосредоточенным взглядом принялся обыскивать полки.

– Спенс, совершенно нормально, что ты…

– Позабочусь об этом в следующий раз. – Он снова захлопнул дверцы шкафчика и почесал затылок. – Ватсон лежит на столике в гостиной. Я подумал, что диван, наверно, будет удобнее, чем стулья за обеденным столом. Чувствуй себя как дома.

Затравленным взглядом он смотрел куда угодно, но не мне в глаза. Потом развернулся и вылетел из кухни. До меня донеслись его шаги на лестнице, после чего хлопнула дверь. В полном недоумении я уставилась на то место, где он только что стоял.

Из оцепенения я вышла лишь тогда, когда Спенсер вернулся в гостиную в спортивном костюме. Он вел себя так, словно меня тут не было, поставил на журнальный столик бутылку воды и, уходя, сунул в уши наушники.

Только после того, как закрылась входная дверь, я вновь осмелилась дышать.

Видимо, я перешла черту. Я, которая всегда следила за тем, чтобы соблюдать четкие границы, и ненавидела, когда люди копались в моем прошлом, перешла черту с одним из лучших друзей.

Дерьмовый день.

Мне потребовалось время, чтобы привыкнуть к мягким подушкам и новой обстановке. Помимо всего прочего, мысли до сих пор вращались вокруг Спенсера, однако я попыталась снова сосредоточиться на своем документе. Надо срочно добавить пару слов в текущую рукопись, если хочу достичь цели, которую установила себе на этот месяц. Разбудив Ватсона из спящего режима и надев на голову наушники, я смогла вернуться к своей истории.

«Гровер крепко схватил меня сзади за шею и не отрывал взгляда от моего лица, пока медленно выходил из меня и входил снова. Его горячее дыхание коснулось моего затылка, и я ахнула, когда почувствовала его язык на своей шее. Я толкнулась навстречу ему, что вызвало у него животный рык.

Спиной я врезалась в стену и хватала ртом воздух, выгибая поясницу. Гровер сводил меня с ума. Дело не только в том, что он мой босс, а я всего лишь его секретарша, а прежде всего в том, как он нашел ключик к моему сердцу. Никогда бы не подумала, что кто-то рискнет шагнуть в бездну, которую представляла собой моя душа. Никогда бы не подумала, что кто-то заставит меня ощущать себя настолько желанной.

Обжигающим взглядом Гровер смотрел мне в глаза, оставляя отпечаток на мне и внутри меня. Я не могла отвести взгляд. С каждым толчком он завоевывал меня заново, поднимал на высокую волну, откуда мне уже было не видно бездну. Он ударился в меня сильнее, и чуть позже я прокричала его имя в пустом офисе».

Откинувшись на спинку дивана, я созерцала свое творение. Почти готово. Еще одна новелла, которую скоро можно будет опубликовать.

То, что я зарабатывала на жизнь своим самым главным хобби, делало меня невероятно счастливой. Некоторым студентам приходилось трудиться в фирмах за нищенскую зарплату, другие, опять же, шли работать официантами или репетиторами, как моя лучшая подруга Элли.

Я же писала, причем эротические истории.

Вероятно, это не первое, что приходило кому-то в голову при виде меня. Я небольшого роста и с огромными круглыми глазами, что заставляло большинство людей считать меня невинной ланью. А не той, кому доставляло удовольствие целыми днями сочинять подробные сексуальные сцены.

Мне всегда нравилось писать. Уже в старшей школе я отпускала свою фантазию на волю и усердно исписывала блокноты. Тогда это было просто хобби, любимое, помимо чтения и кулинарии. А после того как наступил большой бум эротической литературы, я анонимно приняла участие в конкурсе сочинения эротических рассказов. И хотя не выиграла, попала в шорт-лист историй, которые оценило сообщество. Отклик оказался ошеломляющим. Еще никогда я никому не показывала свои работы. Однако анонимно в сети это далось мне легче, так как страх, что тебя осудят, тут не так велик. Получив кучу писем, где люди просили меня продолжать писать, я сразу же принялась за второй рассказ, который получился в два раза объемнее. Читателям форума история настолько зашла, что они начали присылать мне картинки и предложения для каста потенциальной экранизации.