Игра на любовь - Ирина Молчанова

Я позавтракала, оделась в серые обтягивающие джинсы, футболку с коротким рукавом, стянула свои длинные черные волосы в хвост и, накинув кожаную куртку, вышла из дома.

Лужи покрылись льдом, листья примерзли к асфальту, по тротуару прогуливался холодный ветерок.

К счастью, до здания школы я добрела в одиночестве. На крыльце собрались несколько моих одноклассников и ребята из параллельных десятых и одиннадцатых. Мне хватило одной секунды, чтобы окинуть взглядом двор и испытать одновременно облегчение и разочарование.

Одна из подружек помахала мне, рядом с ней стояли еще три наших приятельницы. Та, что в красном берете, кажется, Юля. Она-то и указала мне взглядом на разместившегося у подножия лестницы Петрова.

Я совсем забыла, что пообещала девчонкам сфоткать его. Хорошо, Маринка вчера вечером позвонила и напомнила положить в рюкзак фотик.

Парень меня заметил. Еще бы, я же иду прямо на него.

Он выкинул сигарету и зашвырнул в рот жвачку.

Мило, хочет произвести приятное впечатление. Его одноклассники притихли, а мои подружки неприлично вылупились на нас.

— Привет! — первым поздоровался Леха.

У него наглые глаза, светло-зеленые, с каким-то нехорошим прищуром, и слишком густые ресницы. Может, кому-то и нравится, когда парень запросто может подмести ими дорогу, но мне как-то не очень. Нет, он, конечно, не урод, вполне симпатичный. Спортивная фигура, смазливое лицо… Да о чем я вообще? Он носит титул самого красивого парня школы, и я к нему подошла не лясы точить — ради дела.

— Я тебя сфоткаю, о’кей? — спросила я и, не дожидаясь ответа, полезла в рюкзак за фотоаппаратом.

Петров растерянно переспросил:

— Что сделаешь?

Я кивнула его одноклассникам:

— Отойдите-ка!

Ребята, удивленно переглядываясь, отступили, а я включила фотоаппарат, навела на звезду школы и скомандовала:

— Улыбнись.

Леха послушно улыбнулся.

Я сделала около десяти кадров с разных сторон, поблагодарила и пошла к подружкам, но он побежал за мной и остановил.

— А зачем тебе?

Девчонки, когда я на них посмотрела, испуганно отвернулись, будто они ни при чем, поэтому я сказала:

— Любоваться буду.

— Правда, что ли? — смутился Петров, краснея, как первоклассник.

Я не сдержала смешок и призналась:

— Нет.

Леха тянул время, постукивая пальцами по карманам своих синих джинсов.

Наконец он разродился:

— Может, сходим в кино?

— А что там идет?

Я нетерпеливо взглянула на дверь школы. Теперь этот репей не отвяжется.

— Боевичок один есть…

— Спасибо, мне это не интересно, — оборвала я и, кивнув ему на прощание, стала подниматься по лестнице.

Петров увязался за мной.

Наверное, ему никто никогда не отказывал. Кстати, у него приятный парфюм, какой-то цитрусовый.

— А что тебе нравится? — полюбопытствовал Леша, заглядывая мне в глаза. — Комедии?

— Да, это можно.

— Ну и отлично! — обрадовался парень. — Пойдем? Сегодня?

Невыносимо. Почему бы ему не пригласить одну из двенадцати моих подруг? Да они описаются от счастья, только взгляни он в их сторону! А я? Нет, я не самая красивая девушка школы, у меня приятная внешность, но не более. Просто я недоступная, по понятным причинам, а это для пацанов — как магнит для скрепок.

— Ну ладно, — сдалась я.

Почему бы и нет? Я давно никуда не ходила. Мама тут на днях даже пошутила: «Так и состаришься в своей майке, сидя у окна». Да и парфюм у Петрова все-таки заманчивый. Просто посидеть с ним рядом на соседнем кресле будет уже приятно.

— Тогда в пять? — уточнил Леха.

Я вошла в гардероб и, не оборачиваясь, просветила:

— Я люблю средний попкорн и фанту.

— Заметано! — крикнул мне вслед Петров.

Да, глупо было надеяться, что главный мачо школы откажется от свидания из-за моего приказного тона. Аполлон сперва меня влюбит в себя, а потом уже все обиды припомнит. Да это и не важно.

Нужно ли вспоминать, что Антон покупал мне всегда средний попкорн и фанту, когда мы ходили в кино?

Хочется сдохнуть.