И телом, и душой - Екатерина Владимирова

— Да, — прошептала она, глотая теплые струи воды губами. — Хотела.

Макс приподнял ее над полом, налегая на девушку всем телом.

— Совершенно напрасно, — выдавил он, прежде чем прижаться к ее губам в дерзком, вновь порабощающем ее поцелуе и сжать ее тело своими крепкими руками.

Лена не успела и вскрикнуть. Он поглотил ее крик своими губами.

Руки прошлись вдоль ее тела, проворные пальцы нащупали напряженный сосок и захватили его в плен. Губы терзали ее рот, язык слизывал с нее горячие капли воды, приказывая ей подчиниться, вновь и вновь убеждая ее в том, что она не может сопротивляться ему. И не сможет никогда.

Он приподнял ее за ягодицы, вынуждая обхватить себя кольцом ног, и она сделала это. Всхлипнула, когда его пальцы, нащупав жар и влагу женского естества, проникли внутрь, словно проверяя, какая она там, и стали медленно и размеренно двигаться. Вынуждая ее прогибаться им навстречу, желать большего, совершать конвульсивные движения, побуждающие бы их проникнуть еще глубже.

Максим прошелся губами по ее щеке, захватил мочку уха, облизнул ее языком.

— Ты все еще хочешь, чтобы я ушел? — прошептал он прерывисто.

Лена выгнулась сильнее, прижимаясь к нему всем телом, желая лишь одного в этот момент, чтобы он, наконец, наполнил ее своей плотью. Скорее, скорее… Сейчас!

— Хочешь? — настойчиво шептал он, терзая губами ее ушко, и продолжая двигать пальцами внутри нее.

Лена откинула голову на стену и закрыла глаза. Замотала головой, прикусила зубами нижнюю губу. Вцепилась руками в его волосы и потянула на себя.

— Или ты хочешь чего-то другого? — протянул он прерывисто и хрипло.

Она чувствовала, что он готов взять ее, его член застыл у входа в ее лоно, жаждущего его внутри себя. Но он медлил. Не делал последнего рывка, не давал успокоения и удовлетворения.

Ждал от нее повиновения ему.

— Ле-ена-а… — протянул он, касаясь языком ее виска. — Моя Лена…Скажи мне…

И эти его слова, его тихий стон ей в ухо. Она сдалась. Зачем только сопротивлялась, спрашивается?!

— Я хочу тебя! — выкрикнула она.

— Как сильно хочешь? — выдохнул он, подхватывая ее и почти насаживая на себя.

— Очень… очень хочу! — выдохнула она, двигая бедрами ему навстречу. — Пожалуйста… Максим!

Он толкнул ее на стену и вонзился в тесные глубины.

Лена застонала, он тоже. И прижался лбом к ее виску. Затем поцеловал в уголок губ и стал двигаться. Четко, размеренно, глубоко проникая в нее с каждым новым толчком. Снова и снова доказывая свое превосходство над ней. Сильнее, жестче, с каждым выпадом подавляя ее. Двигался резко, стремительно, не останавливаясь, придерживая ее руками под ягодицы, и не давая ей упасть.

Ее ноги почти разжались, готовые соскользнуть с его бедер, но он удержал ее, вонзаясь в нее еще сильнее, еще глубже. Испивая ее до дна своими толчками.

Ее пальцы запутались в его волосах, она потянула их на себя, наверное, делая ему больно, прижимая к себе его лицо, касаясь ладонями щек. Она ощущала это не просто необходимость, но потребность касаться его кожи своими ладонями. Лена застонала, когда он прижал ее к стене плотнее, почти распластав на ней, последний раз толкнулся и излился в нее с таким же сладостным стоном, что и у нее.

Тяжелое дыхание оглушало. Сердца стучали в унисон. Капли воды стирали жар и следы желания.

— Никогда так не делай, — прошептал Макс, уткнувшись носом ей в шею. — Никогда…

Тяжело дыша, он уткнулся носом ей в шею, лизнул выступившую трепещущую жилку, поцеловал.

А Лена безвольно кивнула не в силах что-либо сказать.

Она всегда ему подчинялась.