Беременна по ошибке - Ксения Богда

– Думаю, это лишнее.

Мы оба разговариваем шепотом, но сразу становится уютнее. Бред, конечно.

– Просто представь, что мы не здесь.

– А где?

Представить? Это говорит мне тот, за избиением кого я наблюдаю несколько дней?

– Ну, например, на необитаемом острове.

– Бред говоришь.

Фыркаю в ответ на его безумное предложение.

Ощущаю на своей щеке его шероховатую ладонь и дергаюсь так, что чуть не слетаю с кушетки.

– Т-ш-ш-ш, – шепот слишком близко к уху, – я тебя не трону, обещаю. Поверь, мне не до этого.

Глава 3

Он прижимает меня к себе, и я ощущаю жар, исходящий от его тела.

– Да ты ледяная. Дрожишь вся.

А меня удивляет, насколько теплый он. Это тепло тут же проникает под одежду, заползает под кожу и уютно сворачивается прямо в сердце. Либо он так хорошо притворяется, либо пострадал не так сильно, как мне кажется.

– Все будет хорошо, Уль. Мои люди нас найдут и вытащат. Веришь?

Не верю и только качаю головой в ответ на его вопрос.

– Зря.

Он продолжает выводить меня на диалог.

– Тогда почему нас до сих пор не нашли? И вообще, что им от нас надо? От тебя, прости.

– Тише говори. Не уверен, но нас могут слушать.

Я понижаю голос и продолжаю закидывать Ярослава вопросами.

– Что им нужно от тебя? Я-то просто пешка в этой игре.

– Ну, судя по тому, что мне выговаривали, догадываюсь. Но подожду, пока озвучат. Думаю, скоро увидим Марата, и все узнаем.

– Кто он вообще такой?

– Конкурент. Мы были когда-то партнерами. Начинали вместе. Вышли из одного интерната.

Одно-единственное слово заставляет внутренне сжаться от плохого предчувствия. Мы в заднице.

–Уль, нужно просто ещё немного продержаться.

На какое-то время между повисает абсолютная тишина. Слышу только тяжелое дыхание Ярослава. Он крепко прижимает меня к себе. Но мне сейчас настолько тепло, что нет сил оттолкнуть его и сыграть в недотрогу. Сейчас самое главное – продержаться и не сдаться.

– Кстати, извини, что накричал и начал обвинять. Просто немного не ожидал очнуться в незнакомом месте прикованным к стулу.

– Как мы вообще здесь оказались?

Ярослав дергает плечом.

– Помню только как открыл дверь, видимо, тебе, потому что не успел рассмотреть лицо. Ну и все. Залетели в квартиру, тебя сразу же вырубили, я ещё какое-то время пытался сопротивляться.

– Ясно.

Ну хоть становится понятнее, что к чему. Есть, конечно, некоторые пробелы, и хочется их восполнить, но сейчас не хочу об этом говорить.

– Так что, может, сменим пластинку?

Тяжело вздыхаю.

– Что ты хочешь узнать?

Идея поговорить больше не кажется мне такой уж нелепой. В конце концов, можно убить время.

– Начни рассказывать о себе.

– Я Ульяна, мне двадцать три и моя фирма занимается твоей кампанией.

– Это я уже знаю. Что ещё?

– Тебе прям с детства? – умудряюсь хихикнуть и прикрываю рот ладонью.—Это будет долго.

– Ничего, я не тороплюсь.

Этот голос заставит говорить кого угодно. Теперь я понимаю, почему он подался в политики.

– Ну, я закончила политологический факультет. Мне всегда была интересна политика и эти ваши игры. В школе была отличницей. Закончила с золотой медалью.

По мере повествования все сильнее расслабляюсь, и контролировать вылетающие слова становится сложнее.

– Год назад рассталась с парнем. Скотиной оказался, – ухмыляюсь, – говорил, что я бревно в постели. И это при том, что я отдала ему свою честь, и он был первым. Представляешь? За этот год больше не рискнула влезать в отношения…

Я окончательно отогреваюсь в его руках и могу немного расслабиться. Все же несколько дней в постоянно подмороженном состоянии дают о себе знать.

Голос звучит сонно, и с каждым словом меня утягивает в темноту.

– Поспи, девочка. Все будет хорошо. Иначе я себя не прощу.

Это последние слова, которые улавливает мое сознание перед тем, как окончательно улететь в сновидения.

Следующее пробуждение становится не таким резким. Я все так же плотно прижата к твердой и горячей груди. На миг пронзает догадка, что, возможно, у сокамерника жар на фоне всех этих травм. Он, кажется, крепко спит, и я, не раздумывая, прикладываю руку ко лбу. Тут же натыкаюсь на темно-серые глаза и сердце замирает в груди. На какое-то время и правда забываю как дышать и просто смотрю на мужчину, лежащего передо мной. Даже следую его совету и представляю, что мы где-то далеко от этого страшного места. Сумеем ли мы выбраться? Смогу ли я восстановиться после всей той жестокости, которую увидела?

– Доброе утро.

Его хриплый голос прерывает бег никому ненужных мыслей. Снова ощущаю, как в уголках глаз скапливается влага, и стараюсь незаметно её прогнать. Ярослав выглядит немного лучше, чем перед сном, и это успокаивает мои расшатанные нервы.

– Ну-ну, если хочешь, можешь поплакать.

Мотаю головой и слышу самый жуткий звук. К нам снова кто-то заходит, и мои внутренности скручивает в узел. Мне становится не по себе, а Ярослав сильнее прижимает к себе. Будто защищая.

– О, ну я же был прав. Твоя же сучка. Вон как оберегаешь.

Язвительный тон Марата заползает гадюкой в самое нутро. Яд так и норовит растечься по венам, отравляя организм.

– Тебе чего?

– Парни…

Один короткий приказ – и меня выдергивают из рук Ярослава, припечатывая к холодной стене. Пытаюсь сопротивляться, но только бью кулаками по воздуху. Хватка на талии усиливается, и мне не хватает воздуха.

В руках Марата какие-то бумаги, которые он сует под нос Ярославу.

– Подписывай.

Снова приказ. Ярослав неспешно берет бумаги из рук мужчины и хмыкает.

– А может, ты мне сначала отсосешь? А потом я подумаю…

Марат запрокидывает голову и громко ржет. Все мое нутро сводит дикий ужас, когда Ярослава снова ударяют.

– Слушай сюда, Ярик. Либо ты подписываешь эти е***ие бумажки, либо я из тебя душу вытряхиваю.

– Ну, тогда-то тебе эти бумажки точно никто не подпишет.

У меня глаза лезут из орбит. Он же сам себе сейчас выкапывает могилу. Я уже не чувствую хватку на теле, только мысленно умоляю все это прекратить. Но, кажется, Ярослав меня не слышит, потому что продолжает зарываться.

– Слушай…ну ладно я, ты всегда по мальчикам отрывался. Но девушка-то тебе зачем?

Марат как-то поганенько усмехается, а у меня внутри образовывается вакуум, который так и грозит поглотить все вокруг.

– А это не мне. Это вот, парням моим.

Ледяные иглы пронзают грудь, как только до моего сознания доходит смысл сказанных слов.

– Ты че задумал, Маратик?

Господи, Господи, не нужно. Не нужно это спрашивать. Я не