В твоих глазах я сгораю - Вероника Фокс

– Ты же впервые в Москве?

– Да…

– Значит, нужно будет устроить тебе экскурсию!

– Звучит очень круто! – смущение съедало меня изнутри. Опомнившись, что я должна позвонить маме, судорожно стала искать телефон. Набрав ее номер, пока мы шли к машине, она практически мгновенно ответила.

– Мам, привет!

– Дочка! Как ты доехала?

– Все в порядке.

– Тебя сестра встретила?

Я взглянула на Диму. Сдавать сестру я не стала и ответила коротко ответила короткоо:

– Да, мы вот идём к машине. Зарядка на нуле, я вечером тебе позвоню.

– Не забудь, дочка! – сказала мама и я положила трубку.

– Контроль? – спросил Дима, нежно улыбаясь.

– Родители всегда волнуются.

– И ты не выдала сестру…

– На моем месте ты бы поступил так же.

Наши взгляды встретились. Мне стало неуютно от его изумрудно-зелёных глаз, и отведя взгляд, я едва ли избежала столкновения с каким-то лобастым мужчиной.

– Смотри куда прешь! – выругался тот, не оборачиваясь. Я лишь молча шла рядом с Димой, стараясь не реагировать на последствия собственной неуклюжести.

Мы уже подходили к машине. Я остановилась и смотрела, как Дима закидывает мой чемодан в багажник. Дима был одет легко: джинсовые шорты, белое поло, кроссовки такого же цвета. И снова я почувствовала жар в щеках. Закрыв багажник, он подошёл ко мне и крепко сжав мои плечи, наклонился. Между нами было слишком неприличное расстояние. Я чувствовала его свежее дыхание от жвачки. Он заглянул в мои глаза, от чего я слегла съежилась и спросил:

– Ну что, готова прокатиться по Москве?

Глава 4. Дмитрий

Вера как-то странно смотрела на меня: не то с опаской, не то с интересом. Сестра Алины очень молчаливая и вечно стесняется: из-за этого я всегда чувствую себя неловко.

Я открыл дверь и сказал:

– Давай, смелей!

На Вере был красивый сарафан, цвета морской волны, который идеально подчеркивал ее голубые глаза. Она была не похожа на свою сестру: большая грудь, тонкая талия и пышные бёдра. Вера вечно скрывала их под длинными юбками, что на мой взгляд было неправильно. Ее темно-русые волосы были собраны в высокий хвост. Вера не сразу села в машину. Вначале посмотрела салон, а потом уселась на сидение. Захлопнув дверь, я перебежал к водительскому месту. В Москве стояла солнечная и жаркая погода, поэтому салон успел нагреться. Заведя машину и пристегнувшись, я снова посмотрел на Веру и произнес:

– Куда Вы хотите отправиться сегодня, путник?

Она в недоумении посмотрела на меня, будто бы я рассказал ей теорию о черных дырах Хокинга.

“Она шуток не понимает?” – подумал я и закусил внутреннюю губу. Или это я слишком пытаюсь поднять ей настроение?

– Даже не знаю, – поджав губы, Веры посмотрела в окно.

– Ты не голодна? – тронувшись с места, я неспешно выехал на главную дорогу.

– Нет, – сказала Вера, вжавшись в сиденье.

Я включил музыку и кондиционер. Холодный воздух постепенно заполнял машину, заставляя забыть о надвигающейся жаре. Из колонок играло Радио “ЕвропаПлюс” и какой-то чарт популярных песен.

– Если ты хочешь, мы можем вначале заехать домой, а потом устроить экскурсию, – сказал я, перестраиваясь в соседний ряд, где было меньше машин.

– Да, можно, – застенчиво ответила Вера.

– Эй! Точно все в порядке?

Я взглянул в ее голубые глаза. Она смотрела на меня исподлобья. “Что это еще за взгляд?”

И все-таки, они безумно разные с сестрой. От Веры исходит какое-что девичье очарование, в отличие от строгой Алины. Моя невеста всегда знает чего хочет. Это и подкупило меня с первого дня нашего знакомства. Но Вера… Полная ее противоположность. Моя мама назвала бы ее: кисейная барышня, только дыхнешь и в обморок упадет.

Я резко отвел взгляд. Как развеселить этого “ребенка”, пока не приедет Алина? Перед отъездом она мне сказала: “Ну погуляй с ней, покажи Москву, заедьте куда-то поесть. В конце-концов, своди ее в зоопарк. Она еще ребенок”.

“Ага, как же, ребенок.” – подумал я. Но выбора у меня не было. Вдавив педаль газа в пол, ронулся чуть быстрее. Москва полностью стояла в центр: водители сигналили друг другу. Я выехал на ПроспектМира. Дорога оказалась свободной в сторону ВДНХ, поэтому смело сказал:

– Давай сейчас заедем домой, ты расположишься, а после займемся, чем ты захочешь?

Вера лишь что-то промычала в ответ.

“Мне показалось, или ей действительно неуютно со мной находиться? Но, почему?” – размышлял я. Руками обхватил крепче руль и напевал тихо песню. “Думай, Дима, думай” – ввел внутренний монолог сам с собой. Вера разорвала наше молчание, спросив:

– А вы далеко живете от центра?

– Не особо, мы живем на ВДНХ.

– А это что такое?

– Так называется станция метро. Мы живем чуть дальше, ближе к парку.

– Там есть парк?

– Да, – улыбнулся ей самой ослепительной улыбкой. – Он очень красивый по вечерам!

– Здорово, – произнесла Вера, улыбнувшись кончиками губ. На ее щеках появились маленькие, кокетливые ямочки.

“ Точно ребенок” – подумал про себя и свернул на улицу, что вела к нашему дому. Подъехав к дому и заглушив мотор, я вышел из машины. Вера последовала моему примеру. Достал ее чемодан и заметил, как она оглядывается по сторонам. Ветер

слегка ворошил ее высокий хвост и юбку сарафана. Я помнил ее совсем крошкой. Будто бы только вчера, подарив ей игрушку не то мышонка, не то котёнка. А она, засмущавшись, сказала тихо: спасибо. А спустя шесть лет из нее выросла прекрасная девушка, что стоит сейчас передо мной. Только сейчас заметил, насколько она красива. Даже красивей, чем Алина.

– Пойдем в дом? – произнесла она, слегка выгнув бровь. Руки сложила в замок перед собой и легонько улыбнулась.

Я помотал головой, закрыв приоткрывшийся рот. “Надеюсь, она этого не заметила” – подумал про себя и мы зашли в подъезд.

В лифте мы ехали молча. Она опустила взгляд, а я ничего не придумав, стал смотреться в зеркало. И вот что мне теперь делать с этим молчаливым ребенком целый день?

Глава 5. Вера

Квартира, в которой жили Алина с Димой, была огромной.

Переступив порог я оглянулась по сторонам.

Она была светлой, в очень утонченном стиле. В дизайне присутствовали три цвета: бежевый, зеленый и коричневый.

Дима любезно открыл передо мной дверь и сказал:

– Заходи!

– Пойдем покажу твою комнату, – сказал он, разуваясь, и положил ключи на высокий узкий комод, стоявший рядом с входной