Рандеву с замком - Натали де Рамон

— Она безнадежна, — со вздохом констатировал он.

— Твоя сестра звонила из аэропорта? — Софи полулежала на диване, придерживая огромный живот. — Что-то произошло?

— Ну да, американец задерживается на сорок минут против назначенного времени. Ну и что? Это же аэропорт! Может, с багажом проблемы, может, еще что! — Яростно жестикулируя, Виктор заметался по гостиной. — Человек перелетел Атлантику ради нее, а наша принцесса на горошине, видите ли, ждать дольше не может! Она потеряет работу!

— Ты меня просто удивляешь, Виктор. Можно подумать, этот клиент мадам Марамбель — твой лучший друг, раз уж ты так рвешься выдать за него родную, причем единственную, сестру. Ты же его в глаза не видел, даже не знаешь его имени.

— Ну и что?

— Как это «ну и что»? У Элен серьезная работа. Ведение наследства — это очень ответственно, ее по головке не погладят, если она опоздает на деловую встречу.

— Ответственная? Это ты называешь «ответственная»? Одна восьмидесятилетняя американка завещала французский замок другой — причем девяностолетней! — соотечественнице? Французский, подчеркиваю, замок — американке!

— Вот теперь я скажу: ну и что? Это ее замок, она вправе завещать его кому угодно.

— Но ведь не еще более древней маразматичке, которая сыграла в ящик через неделю!

— Если бы речь шла о твоей бабушке, тебе вряд ли бы понравилось, если кто-то стал бы отзываться о ней в таком тоне!

— Моя бабушка, будь у нее недвижимость, никогда бы не выдумала такой дичи: родной внук получит замок, если найдет какую-то особу и отдаст ей всего одну картину, а не разыщет — так через год замок — с молотка!

Софи пожала плечами.

— Или эта особа получит замок в придачу к картине в случае смерти внука до ее обнаружения. А? Каково? Бред! Полный бред! Уж на что у меня широкие взгляды, но…

— Ты со своими широкими взглядами смотри не брякни при моем отце, что Элен делится с нами профессиональными тайнами. Я и так едва уговорила его побеседовать с Элен. Она единственная женщина в его конторе!

— Зато какая! Вылитая прабабушка! — Виктор показал на картину над диваном, на котором полулежала Софи.

Софи повернула голову и улыбнулась пышнотелой блондинистой прабабушке, которая в массивной золоченой раме элегически томно распивала чай в компании нескольких сытых котов, самовара и абсолютно круглой канарейки.

— Пожалуй, наша Элен все-таки раза в три потоньше. Будь она такой, отец не дал бы ей даже «периферийной» работы. Я вообще была потрясена, когда он признался, что под белокурыми кудрями сахарной булочки он вовсе не ожидал обнаружить мозги да еще два европейских языка в качестве подарка от фирмы.

— Так прямо и сказал? Сахарная булочка?

Софи закивала, собираясь сообщить что-то еще, но вдруг болезненно сморщилась и охнула со стоном.

— Слушай, Софи, поехали в клинику. — Виктор подлетел к ней. — Я больше не могу смотреть на это!

Софи вздохнула несколько раз, покачала головой.

— Нет. Не торопись. Успеем. Все уже прошло.

— Ну, Софи. — Виктор поднял ее руку, поцеловал и потерся щекой. — Это ведь уже в который раз. Поедем, моя мамочка.

— Тебе лишь бы избавиться от меня. Может, мне страшно.

— А мне — нет?

— Глупый. — Софи погладила мужа по щеке. — Нашему малышу не нужен трусливый папашка.

— Я не трусливый, но…

— Ты похож на виноватого кролика. Нет, у кроликов не бывает таких выдающихся носов. — Софи дотронулась пальцем до мужниного органа дыхания и почесала самый кончик.

— Ну-у-у, щекотно. — Виктор кокетливо повел бровью.

— Принеси мне яблоко из холодильника. Пожалуйста. — Софи медленно опустила ноги с дивана. — Я съем по дороге.