Испорченная тобой - Элена Макнамара

– Что, Гари? Тоже захотел кусок пирога, а до тебя всё очередь никак не дойдёт, – прячу слезы горечи за ненавистью и сарказмом. Подняв руку, кончиком пальца провожу по симпатичной мордашке парня. – О-о, бедный Γари, год потрачен впустую.

Гари смотрит на меня своими голубыми, как океан в солнечный день, глазами, не моргая и не дыша. Потом трясёт своей светлой, с лёгкими кудряшками головой, словно выходя из ступора.

- Я не хотел этого… то есть год, я не для… Черт! Кэсси! Ты же не такая! Зачем ведешь себя как испорченная дрянь?

Он вновь повышает голос, но отстраняется, освобождая мне путь.

- Такая! И ты знаешь, кто меня испортил, - бросаю на последок, проходя мимо.

Он тяжело и с надрывом вздыхает.

– Позволь мне отвезти тебя домой, - вновь пытается заговорить со мной, точнее с моей спиной.

– Отвези себя домой, - говорю не оборачиваясь, уже спускаясь по лестнице.

Глава 2.

До дома я довезла себя сама, на такси. Так и приехала с сумкой, которую наспех дёрнула из зала, в одной руке, и красными трусиками в другой. Сказать, что я была в шоке от поведения Гари, ничего не сказать.   В расстроенных чувствах решила забыться сном, так и не снимая платья. А на утро, очень-очень рано, проснулась от  надрывавшегося  телефона. Вероятно, забыла поставить его на беззвучный режим. Кроме Лайзы, мне ни кто не мог позвонить, и я цėлый час игнорировала эту назойливую трель, прикрыв голову подушкой. Телефон не замолкал, и я всё-таки сдалась, иногда моя подруга может по–настоящему бесить.

Схватив телефон с прикроватной тумбочки, молниеносно подношу его к уху.

– Что? – резко интересуюсь.

– Кэсси! – слышу  неуверенный шепот Гари. Гари? Смотрю на экран: и вправду он, вот же ж…

– Что? – повторяю вопрос.

– Я… это, хотел…

–Ты тaк усердно мне названивал! Говори уже, что хотел! – подгоняю его, проклиная себя, за то, что взяла трубку.

–Я хотел извиниться  за вчерашнее, - всё же произносит парень уверенно. – Я не должен был говорить тебе всего этого…

«Но сказал», - хочется ответить мне.

Однако я быстро бросаю:

– Окей, ты прощен. Что-то  ещё?

В трубке виснет тишина. Он знает, что я не прощу его.

- Кэсс…

- Что?

- Давай увидимся и поговорим? Я могу заехать.

— Я не хочу, - нахожу в себе силы отказаться и бросаю трубку. Пока телефон снова не зазвонил, убираю звук и вновь отправляюсь в царство Морфея. Провалявшись весь день, к вечеру  всё же встаю и снимаю надоевшее платье. Оно оказалось каким-то несчастливым  и не принесло ни мне, ни Лайзе того, что от него ждали. Нужно было позволить подруге сжечь его.

Остаток вечера провожу у бассейна. А уже в полночь, лёжа в кровати, просматриваю свой телефон. Пропущенных очень много. Почти все от Гари. И лишь пару от Лайзы. А так же Гари прислал мне сообщение с просьбой о встрече. Я не отвечаю. Даже лучше, что  всё так происходит, он всё равно уезжает в колледж. Α долгие проводы, как говорится, лишние слёзы. Нет, я не буду плакать по Гари, и дело даже не в том, что он сделал. Но за последние год я вроде даже привыкла к нему, поэтому могла всё же скучать.

Могла, но теперь точно не буду.

Гари звонит и на следующий день тоже. А потом спустя два дня. Несколько смс в течении недели, пока в один прекрасный день, я вдруг понимаю, что он больше не позвонит, потому что уехал…

Зато с визитом заявилась моя мама. Сообщила о каком-то суперважном родительском разговоре и выделила аж целых пять минут в своём плотном графике, посветив их мне. Новый муж моей матери ожидал в гостиной, нервно расхаживая из угла в угол.

– Кэсси, – говорит она мне резким тоном. Мы сидим в столовой, точнее я сижу, а она стоит передо мной. - Ты отправила документы в колледж?

– Нет, - пожимаю плечами.

– То есть ты не будешь учиться? – всё же уточняет, повышая свой голос на октаву.

— Нет, наверное, нет, - начинаю паясничать. – Переходи к делу, мам…

– Если ты не собираешься учиться, тебе придётся найти себе работу, – огорошивает меня женщина, выдававшая  себя за мою мать. Потому что моя мать никогда в своём лексиконе не употребляет слово работа.

– Зачем? - не понимаю я

– Затем, что я больше не буду тебя содержать.

– Пффф. Что?

– Звонили мои родители, спрашивали, как твои дела. О твоих планах на будущее, – примирительным тоном говорит она. – В общем, поставили жёсткие условия. Либо ты учишься, либо ты работаешь. Иначе они заберут у нас дом.

— Ну и что, пусть твой очередной муж выкупит его для тебя.

– Это невозможно, - мать сжимает переносицу двумя пальцами и добавляет, покачав головой: - В общем, найди работу, карманных денег ты больше не получишь.

С этими словами она разворачивается и  выходит из столовой, я следую за ней. Её муженек при виде нас, встрепенувшись, направляется к парадной двери, а мать, не удостоив меня даже взглядом, бежит за ним.

– Ты ни дня в своей жизни не работала! – кричу ей в спину. Она не оборачивается. - МАМА! – замирает, оборачивается. На лице негодование и злость.

– Тогда найди себе мужа, - цедит сквозь зубы, – и проваливай.

С этими словами она покидает дом.

Занавес.

Ещё долго я перевариваю всё то, что она мне сказала.

Я! Работать?

Переворачиваю все многочисленные сумочки, которых было не меньше двадцати, и обшариваю все  имеющиеся  карманы своей одежды в поисках налички, что у меня еще осталась. Пересчитав купюры, впадаю в уныние. Триста долларов пятьдесят семь центов. Не густо. У меня некоторые платья дороже стоят, не говоря уже о туфлях. Ну не одежду же продавать, в самом деле.

– Привет, крошка, - слышу я сонный голос подруги, решив позвонить ей поздним вечером.

– Привет, у меня проблемы, - решаю поделиться с Лайзой и сразу перехожу к сути. – Моя мать хочет, нет, требует, чтобы я нашла работу.

– Пффф, – фыркает она.

– Вот и я о том же.

– Зачем?

– Мои дедушка с бабушкой выставят нас из дома , если я не встану на