Спи, моя радость. Часть 1. Вечер - Вероника Карпенко

— Что за кошка пробежала между вами? — допытывалась Дашка.

— Поссорились, — говорила Соня.

Но подруга, недовольная подобным ответом, жаждала услышать подробности любовной драмы:

— Так было у вас, или нет?

— И да, и нет, — расплывчато отвечала Соня.

Дашка бесилась и поджимала губы. Но уже спустя мгновение вновь донимала вопросами:

— У него не встал?

— Даш! — осаждала Соня.

— Ну а что тогда?

— Просто наши ожидания не совпали!

— Значит, у него маленький? — выдвигала подруга еще одну версию.

— Причем тут это?

— При всём! — удивлялась Дашка.

В отличие от Сони, озабоченной поисками идеала, она начала половую жизнь в 14 лет, отдавшись соседскому парню в родительской спальне. Не за любовь, конечно, а просто так, из любопытства!

Для некоторых девственность становилась обузой, мешающей полноценной жизни. Возможно, и Соне пора было отбросить в сторону навязанный женскими книгами романтизм и наконец-то понять, что в реальной жизни все куда прозаичнее.

Глава 5

Она обтерла салфеткой остатки краски с пальцев. Пришла пора запечатлеть сие творение на камеру! Теперь Соня твердо решила, что нужно найти свой стиль. Какую-нибудь изюминку, что будет отличать её рисунки от других. Как, например… у Дениса.

— Ну что, по стаканчику? — предложила она, имея ввиду мороженое.

— Прости, дорогая! Виталик ждет, — с досадой ответила Дашка. Как будто ей и в самом деле было жаль.

— Ясно, — коротко бросила Соня.

— Не злишься? — подруга состроила виноватую гримасу.

Как будто отпрашивалась на свидание! Можно подумать, если бы Соня сказала, что злится, это бы все изменило.

— Вообще! — она отрицательно мотнула головой.

— А хочешь, с нами посидим? — предложила Дашка.

Соня махнула рукой:

— Любоваться на ваши обнимашки? Иди уже!

Она пыталась не злиться. Ведь это же у неё на личном фронте произошел грандиозный облом. Причём тут все остальные? Но Виталик дружил с Денисом, а это значило, что с ним по-прежнему общается и Дашка.

Старый этюдник дышал на ладан. Но менять его было обидно! Он так долго служил ей верой и правдой, и уже сам собой представлял арт-объект. Соня закинула на плечо свою доску. Ей предстояло еще одно испытание — день рождения в кругу друзей. В одиночку, где все будут парами…

В городском парке кипела жизнь. Детская площадка принимала гостей, и большой аппарат сладкой ваты формировал «воздушный шар». Соне вдруг так отчаянно захотелось его съесть! Отщипывать по кусочку, чувствуя, как слипаются пальцы. Чтобы, как в детстве!

Великодушно пропустив вперед двух малышей, она раздобыла заветное лакомство. Отошла на пару шагов и с наслаждением погрузила кончики пальцев в пушистую вату.

«О, да! Именно так!», — подумала Соня и сунула в рот сладкий мякиш.

Никита стоял у парадного входа. Объясняя что-то по телефону. И узнал её сразу! Было видно по взгляду. Вместо хмурой задумчивости на лице появилась улыбка.

«Просто кивни, просто кивни», — повторяла она про себя.

Ватный шар покачнулся на палочке. Вот так зрелище! Девушка в перепачканном краской комбинезоне, с колтуном на голове и сахарной ватой в руках. Она замедлила шаг.

Никита закончил разговор и посмотрел на этюдник:

— Тяжелая штука?

Соня пожала плечами:

— Не очень!

— Рисуешь?

Она кивнула.

— А я не умею, — с сожалением признался он.

Сегодня темные волосы лежали иначе, а борода на скулах будто бы поредела.

— Как думаешь, мне уже не продадут? — он указал на вату.

— Я думаю, там нет возрастных ограничений, — усмехнулась Соня. — Но я могу поделиться!

Губы в недрах густых волосков растянулись в улыбке.

— Куда идешь? — поинтересовался Никита.

— Да так, — Соня пожала плечами, — Гуляю.

Он просто пошел с нею рядом. Перевесил к себе на плечо её старый этюдник. И ущипнул… всего пару раз.

— Еще? — предложила она, облизывая пальцы.

Вместо кома остался комочек.

Никита качнул головой:

— Хорошо выглядишь!

От этого внезапного комплимента Соня покраснела. Хотя, учитывая свой внешний вид, с трудом поверила в его искренность.

— Спасибо, — кивнула она, сунув липкие пальцы в карманы.

— Просто во время прошлой встречи ты была расстроена, — глянул он сверху вниз.

— Уже нет! — ответила Соня.

— Если кто-то не сумел оценить тебя по достоинству, то это не повод грустить, — проговорил Никита.

У него на шее темнела цепочка мелких иероглифов. Она начиналась у самого уха, сбегала вниз, обрываясь над воротом летней рубашки.

— А что тут написано? — поинтересовалась Соня.

Он проследил её взгляд и накрыл ладонью шею. На крепком запястье блеснули темным циферблатом часы.

— Индийская мантра. Набил, когда был на Таити.

— Ого! — одобрительно хмыкнула Соня. — А мы с родителями отдыхали на Бали пару раз. А еще у нас тетя живет на Азовском. Но это так… На черный день.

Он тихо рассмеялся, и она поняла, что сморозила глупость.

— Вы с папой давно знакомы? — спросила Соня, надеясь сменить тему.

— Полжизни! — вздохнул Никита, — Только не виделись долго. Как-то судьба развела! Познакомились на ринге, а спорт так и не стал профессией ни у него, ни у меня.

Он стоял, глядя вдаль. Такой величественный и гордый, в свете закатного солнца! И Соне вдруг захотелось изобразить его точно также, с её этюдником на плече.

— А чем вы занимаетесь? — спросила она.

— Продаю недвижимость.

— Это лучше, чем драться на ринге?

— Однозначно безопаснее! — согласился Никита.

Соня ехидно прищурилась:

— Но ведь навык не потеряли?

— Имеешь в виду, смогу ли дать сдачи? Запросто! Но только в крайней ситуации. Я не люблю драться.

Рукава его летней рубашки оставляли открытыми руки. И Соня подумала, что реши он отправить её в нокаут, то сделал бы это в два счёта.

— А меня научите? — вдруг спросила она.

Он усмехнулся и взглянул на нее с изрядной долей сомнения:

— Зачем?

— Ну, на всякий случай, — улыбнулась Соня.

— Тебе ни к чему! — отрезал Никита, но тут же исправился. — Я имею в виду, что такой девушке как ты не стоит махать кулаками.

— Какой? — с обидой в голосе уточнила она.

Он замолчал, подыскивая слова.

— Хрупкой, — сказал и осекся, как будто прогоняя непрошенное красноречия.

Соня смутилась. Она ожидала услышать другое. Что-нибудь вроде: «ты слишком дохлая»! Именно так говорила теть Лена, удивляясь тому, «как в этом тщедушном тельце умещается столько еды».

— Тебя подбросить? — поинтересовался Никита, давая понять, что время окончено.

И Соня подумала, что ей очень жаль! Было приятно стоять с ним вот так и разговаривать о разных вещах.

— Спасибо, но мне еще нужно в салон. Он здесь, за углом, — сказала она, хотя соблазн вновь оказаться в его машине был очень велик.

— Было приятно с тобой поболтать, — признался Никита.

— Взаимно! — ответила Соня.

Он вновь посмотрел на неё долгим взглядом: