Стефан. Я – твоя собственность - Розалия Абиси

И в этот момент у меня не было малейших сомнений в том, что он наслаждался! Наслаждался моим лицом, моим взглядом, моим замершим дыханием в тот момент, когда его бедра сделали мощный толчок, с которым огромный член, прорывая девственную плеву, вошел в меня на всю глубину!

Все кончено.

Я поняла это четко и ясно – словно оборвавшуюся струну.

Для меня теперь все кончено. Навсегда. Я осквернена, и могу даже не молить о пути назад. Его более нет, и никогда уже не будет.

– Тебе больно? – холодно спросил он.

– Да, очень, – всхлипнула я, с силой сжимая простыни руками.

– Отлично, – ухмыльнулся Стефан, делая новый размашистый толчок!

Я даже не сомневалась в том, что мне нельзя закрывать глаза. Нельзя отводить взгляд. Поэтому я продолжала смотреть прямо в глаза демона, который ритмично, раз за разом погружал в меня свой член, невероятно наслаждаясь всем.

Ощущениями от обладания невинным лоном.

Моим лицом, немного искаженным от первой боли.

Неровным дыханием, с которым я хватала губами воздух, продолжая судорожно хвататься за кровать.

Его движения были плавными, хищными, мощными. В каждом из них чувствовалась истинная мощь, с которой Стефан двигался в моем теле, пульсирующим так, словно что-то разрезало меня на части с каждым его движением… при этом вырывая из моей груди постыдные стоны.

– Какая ты похотливая, – хмыкнул он, массируя головку моего клитора подушечкой большого пальца. А затем, не прекращая двигаться, навалился на меня и прошептал на ухо: – Интересно, если бы мы просто встретились где-нибудь в клубе, ты бы дала мне в тот же вечер бесплатно? Или, все-таки, желание продать свою целку подороже оказалось бы сильнее?

– Я… не…

– Отвечай, Мейв, – рявкнул Стеван, резко вогнав в меня свой член так глубоко, что я выгнула спину дугой. – Ты бы поехала со мной, ко мне домой, чтобы я трахнул тебя в своей спальне? Или, может, отдалась мне прямо в туалете клуба? Потому что знаешь, такую хорошенькую куколку я бы точно трахнул, попадись она мне вечерком. А ты? Дала бы мне в таком случае просто так, встреться мы в другом месте при других обстоятельствах? Или давно решила, что будешь раздвигать ноги только за деньги?

– Я… не из тех девушек… которые переспали бы с незнакомцами в клубе или на вечеринке, – с трудом выдавила я из себя сквозь всхлипы.

– Ну да, конечно. Ты из тех девушек, которые продают свою девственность в элитных борделях, – остервенело выпалил Стефан, сделав такой сильный и резкий толчок, что я, не выдержав, вскрикнула от боли! – Чего еще ждать от шлюхи, которую покупаешь.

Я напряглась и едва не закричала на него в ответ. Едва не заявила, что он не имеет права так говорить, ничего не понимает, не знает…

Но в следующий миг расслабилась и обмякла, безвольно выдыхая воздух. Потому что… это не имело значения. Ведь технически Стефан был прав! Я теперь… всего лишь шлюха. Та, кого покупают за деньги. И более не важно, что я оказалась здесь, в этом бордели, в постели с ним, не по своей воле.

Отныне я – не более чем товар. Бесчисленное множество мужчин будут платить деньги, чтобы переспать со мной. Мне никогда уже не стать нормальной женщиной в нормальном обществе. Меня никто никогда больше не примет. Я не смогу выйти замуж, иметь обычную семью, даже если выживу здесь и меня в самом деле когда-нибудь отпустят.

Моя судьба предрешена. Вот и все. А значит, мне теперь оставалось лишь одно: обвить руками плечи мужчины, который был первым, кто двигался во мне, и выгнувшись ему навстречу, стонать – так, как и подобает шлюхе, которая существуешь лишь для того, чтобы мужчины могли удовлетворить с ней свою похоть.

И запоминать ощущения, с которыми член Стефана впервые скользил внутри моего тела, делая меня не просто женщиной, а… падшей женщиной.

Толчок, еще один… и демон, вжавшись в меня бедрами со всей силы, в экстазе закатил глаза, изливая в меня обжигающий поток семени!

Издав протяжный стон, мужчина замер на несколько секунд, а потом сделал еще пару медленных, плавных толчков, прежде чем выйти из меня, позволяя своей сперме потечь по моим бедрам, на простынь.

Я продолжала неподвижно лежать на спине. Обнаженная, в одних только чулочках на подтяжках. Окруженная разорванным платьем и ошметками кружев. И наблюдала за тем, как демон неторопливо одевается, не обращая на меня малейшего внимания – словно я была использованным презервативом, который выбросили в урну и напрочь о нем забыли. Мне даже показалось, что он вот так просто возьмет и уйдет, даже не бросив на меня беглого взгляда…

Но нет. Затянув галстук и застегнув последнюю пуговицу своего идеально скроенного, хорошо выглаженного пиджака, Стефан сделал несколько шагов, оказавшись рядом с кроватью. И наклонившись, прошептал мне на ухо:

– Знаешь, Мейв, а ты в самом деле стоила денег, заплаченных за твою девственность. Так что я, наверное, даже еще как-нибудь снова к тебе заскочу.

А затем, развернувшись, спокойным шагом вышел из спальни, захлопнув за собой дверь. И тогда я, повернувшись на бок, свернулась калачиком и наконец расплакалась, прижимая к себе разорванное шифоновое платье.

Глава 2. Мой первый урок

Мне дали больше часа, чтобы оплакать мою отобранную девственность… и мою разрушенную жизнь. Все это время в мою спальню никто не входил, не мешая лить слезы, размазывая мастерский макияж. А потом пришла служанка, которая вначале сообщила, чтоб я успокоилась в течение десяти минут, и вышла. Вернулась она через эти самые десять минут.

Дебелая женина за сорок отвела меня в ванную комнату, прилегающую к моей спальне, сказала помыться, оставила полотенца и показала, где я могу взять в комоде свежую одежду. При этом сообщив:

– На сегодня ты свободна, так что можешь одеваться в удобную тебе пижаму и отдыхать. Как помоешься – помажешь меж ног вот этим, быстро заживешь и сможешь нормально работать, – сказала она, ставя передо мной флакончик с каким-то косметическим веществом. А потом добавила: – И нечего так ныть, все тут через это проходят. Тоже мне, трагедия. Знала, на что шла.

Сдержав из последних сил желание одновременно закричать и расплакаться, я плотно сжала губы и проводила прислугу взглядом. Лишь когда за ней закрылись двери – позволила себе заплакать снова, на этот раз стоя под горячим