Укради меня навсегда - Кейт Ринка

– Да.

Я даже не поверила. Что он действительно делится со мной своей вещью.

– Спасибо, – сказала ему, пытаясь сильно не улыбаться.

Тогда Арчи снова лизнул меня внимательным взглядом и молча вышел. А я все никак не могла прийти в себя. Словно действительно безумная фанатка. Стояла и радовалась, что у меня в руках его футболка. И мне даже можно ее надеть. И ведь чистая, хотя все равно пахла мужчиной. Я аккуратно повесила ее на крючок и приступила к основной задаче.

Признаться, это оказалось непросто. Я первый раз мылась в таких аутентичных условиях. Чтоб воду смешивать вручную, чтоб поливать себя из ковшика, чтоб простым мылом и мужским шампунем для волос. И стирала после этого я тоже в первый раз. Причем пришлось снять с себя абсолютно все, даже белье. Повезло, что футболка Арчи оказалась для меня так велика, что села, как настоящее платье.

– Я все, – сказала ему, когда нашла в одной из комнат.

Он поднял на меня глаза и снова откровенно уставился, заставляя нервничать. Ведь на мне его футболка. И ничего кроме нее.

– Поздравляю, – произнес он, решив следом пошутить: – Футболка в коленках не жмет?

– Нет, – ответила ему с улыбкой. – Все отлично.

Он лежал на старой кровати, подложив руку под голову. Здесь вообще вся мебель была старой, потертой и давно уставшей. Симпатичный, молодой и суровый мужчина выглядел на этом фоне не совсем уместно. Впрочем, как и я. Просто такие временные обстоятельства.

– Тогда иди на чердак. Закрою тебя ненадолго, – сказал он, поднимаясь с кровати. – Сам помыться хочу. Мокрые вещи оставь, потом повешу на улице.

Тут я немного смутилась. Все-таки не близкий мне человек, чтобы развешивать под солнцем мое белье и прочую одежду. Но пришлось все оставить и развернуться в сторону чердака. Правда на первой же ступеньке я замялась. Ведь Арчи шел следом, а я под его футболкой – в чем мать родила.

– Что еще? – недовольно спросил он, когда я повернулась к нему.

– Можно, я поднимусь за тобой?

Арчи нахмурился. Но ведь все понял, что стало ясно по его взгляду, который бросил на мои голые ноги. И все равно раздраженно сказал, подталкивая вперед:

– Шагай давай.

Я не стала спорить. Вцепилась одной рукой в лестницу и шагнула наверх, пытаясь второй рукой хоть как-то прикрыть свою самую интимную наготу. И вот это уже было унизительно. Я вся запылала от одной мысли, что он меня видит, именно в таком ракурсе. Поэтому старалась двигаться как можно быстрее. И в глаза его не смотреть, когда мы поднялись. Зато хорошо услышала его усмешку у себя за спиной, мужскую такую, матёрую.

– Что, папочка так оберегает, что в свои двадцать еще девочка?

Я резко обернулась к нему, оказываясь лицом к лицу. Опять смутил, заставляя сгорать от стыда и его волнующей близости. И все равно сползать к его ногам я не собиралась. Да, нравился – сильно нравился мне этот мужчина – но какие-то мозги в моей голове еще работали рядом с ним.

– Вообще-то, это не твое дело, – смело ответила я. – И мне уже двадцать два.

Моя наглость его удивила и почему-то развеселила. Вдруг он положил ладонь на мое обнаженное бедро и повел пальцами вверх.

– Жаль, что не мое. Я ведь мог бы помочь с этим…

У меня перехватило дыхание от такого непристойного предложения. Но о чем он вообще?

– У тебя же девушка есть, – напомнила ему, перехватывая мужскую руку уже на своей талии. – А у меня жених.

Пришлось вжать свои пальцы в его ладонь, чтобы заставить остановиться.

– Жених? – переспросил с издевкой. – Сынок какого-то богатого папочки?

– Неважно.

– И все-таки, ты не сказала, что не хочешь, – вдруг произнес с усмешкой, вжимая теперь свои пальцы в мою кожу.

А потом сделал то, что окончательно вышибло меня из собственного тела. Он дернул к себе и схватил губы своим ртом. Вот здесь мой мозг дал первый сбой. Я даже запаниковала. В такой жар бросило, что впору расплавиться. Ведь меня никогда так не целовали – меня вообще редко целовали – но чтоб еще так неистово, влажно, проталкиваясь языком в глубину. Даже голова пошла кругом. Но когда мужчина подхватил под ягодицы и усадил на себя, вжимая промежностью в свою твердую плоть, моя паника снова проснулась. Ведь это так неправильно. Ведь я уже готова ему уступить. Готова позволить все на свете. Позволить человеку, с которым едва знакома.

– Арчи, пожалуйста, не надо… – промямлила ему в рот, уже едва дыша.

Второй раз просить не пришлось. Резко сбросив меня со своих рук, мужчина вдруг схватил за шею, дернул вверх и недовольно прорычал на ухо:

– Ты же сказала, что больше ничего обо мне не знаешь. Почему тогда сейчас прозвучало мое имя?! Я просил со мной не играть!

Да он практически душил, пугая до чертиков. Пальцами впиваясь в его руку, изо всех сил царапая кожу, я тщетно пыталась освободиться.

– Прости, я не хотела, прости…

– Что еще ты знаешь?

Так больно… и такой злой…

– Ничего, больше ничего.

– А это все откуда?

– Случайно, – кое-как проговорила ему. – Сказала же, просто запомнила…

Еще секунда его болезненного внимания – и наконец отпустил, бросая на пол. Я сразу закашлялась. А он развернулся и молча ушел, закрывая чердак на замок.

* * *

После ураганного утра, спускаться с чердака совсем не хотелось. Даже когда Арчи открыл дверь где-то после обеда. Я забралась под одеяло и пролежала так до самого вечера. Я немного обиделась. И была крайне взволнована. Не каждый день меня душат после жаркого поцелуя. Со мной вообще никто так не обращался. Так откровенно и в то же время грубо. Арчи такой непредсказуемый, что просто кошмар. Он может повести себя далеко не заботливым образом. Он мой похититель, в первую очередь. Человек, которого я должна проклинать. А у меня все равно бабочки в животе от нашего поцелуя. Ведь влюбилась в него чуть раньше, чем он решил меня похитить. Не скажи я его имя, он бы получил желаемое. Кто меня только за язык тянул? Опять разнервничалась от его интимной близости. Ведь он такой… мощный. От него исходит какая-то внутренняя мужская сила. Словно дикий зверь. Только не лесной – городской на все сто.

Пока я предавалась своим мечтам и мыслям об Арчи, чуть не задремала. А между тем, ко мне снова пожаловали гости.

– Привет, зайка, – сказал Второй, появившись в том же черном платке, скрывающем нижнюю часть его лица. – Как дела?

Я резко села. Но разговаривать с ним не очень хотелось. А он вдруг подошел, присел напротив, протянул руку, бесцеремонно взял меня за подбородок и повернул в сторону.

– Ни хрена себе! Вы чем тут занимались?! – воскликнул он.

Это немного напугало. Оттолкнув его руку, я сама схватилась за свое горло. Больно. Наверное остались синяки от мужских пальцев.