Сумасшедший декабрь - Наталья Евгеньевна Шагаева

— Это практикант?

— Ну, можно и так сказать. Вам не нужны лишние руки? — начальник выгибает брови в недоумении.

— Конечно, нужны, я просто хочу понять, что он умеет в нашей сфере.

— Вот вы и научите. Все, мне некогда. Максим, осваивайся. Передавай отцу, что буду рад видеть его на своем юбилее. Кристина, работайте, — распоряжается Павел Андреевич и уходит.

Немного теряюсь, не понимая, что происходит.

— Эм, значит, Максим… — пытаюсь сообразить, что делать со свалившимся помощником. Вообще не похоже, что парень нуждается в работе такого рода.

— А тебе идет это имя. Кристина, — говорит парень, сразу переходя на «ты». Ну вот не похож он ни на практиканта, ни уж тем более на кондитера. Нет, мужчины прекрасные повара, но только не этот экземпляр. — Как дочь? Не терялась больше? — вдруг спрашивает он. Да, вчера Элька увлеклась в супермаркете, и мы немного потерялись. Но откуда ему это знать? Растерянно смотрю на наглеца. — Твою дочь зовут Эля, у тебя в сумочке бордовая помада и тампоны, — ухмыляется гад, и я вспоминаю этого парня. Хам, который рассматривал мои тампоны и нагрубил мне. Но вчера он выглядел гораздо хуже.

— Максим, — включаю холодный тон. — Давайте не будем фамильярничать. Меня зовут Кристина Витальевна.

— Как скажешь, Кристина Витальевна, — сверкает карими глазами. Наглец. Закатываю глаза.

— Итак, давай разберемся, что ты умеешь, — перевожу тему в рабочее русло.

— Смотря что именно тебя интересует. Я много чего умею, — ухмыляется, вообще не принимая меня всерьез. Подходит близко, нарушая мое личное пространство. Я привыкла дружить с сотрудниками, мне так проще, но с наглыми мальчишками дело еще не имела. Отступаю, сжимая губы.

— Ты кондитер? — Отрицательно качает головой. Конечно, он не кондитер. Он, скорее всего, мажор или бандит, ну на крайний случай спортсмен, судя по подтянутости, мышцам и плечам. — Повар? — самой смешно. Опять качает головой. — Прошел курсы?

— Нет.

— Не похоже, что ты нуждаешься в этой работе, — скептически цокаю я.

— А я и не нуждаюсь, — облокачивается на стеллаж, не прекращая меня рассматривать.

— Тогда зачем ты здесь?

— По велению государства.

— Что?

— Не вникай, Кристина Витальевна.

Глубоко вдыхаю. Ладно. Это не мое дело.

— Кристина, там продукты привезли, — кричит мне Саша, наш тестомес.

— Сменная одежда и обувь есть? — морщусь, рассматривая уличные кроссовки парня.

— Нет, — опять ухмыляется, скучающе блуждая глазами по нашему складу.

— Завтра должна быть. А сейчас иди за мной, выдам тебе фартук и бахилы.

Не жду реакции наглеца, разворачиваюсь и иду в сторону подсобок. По дороге открываю дверь для приема товара, и грузчик поставщика заносит муку, сахар, яйца. Выдаю Максиму обычный серый фартук, бахилы и выхожу. Принимаю накладную, начиная подсчитывать товар и сверяться с суммой. Когда убеждаюсь, что все в порядке, закрываю за грузиком дверь.

Заглядываю в подсобку, замечая, что парень так и не переоделся. Он сидит на моем столе и что-то пишет в телефоне. И что, мне с ним нянчиться теперь? Но это протеже начальника… Похоже, выбора нет. Меня повысили ровно три месяца назад, и я не могу сейчас ошибиться.

— Обеденный перерыв с часу до двух, а сейчас, будь добр, приступай к работе. Надень фартук и занеси продукты на склад, — стараюсь говорить убедительно.

— Я это не надену, — сообщает мне хам и продолжает пялиться в телефон.

— Это просто фартук, не для развлечения, а для защиты твоей одежды, — дергаю ворот своего белоснежного костюма-каспера.

— Слушай, Крис, давай не усложнять друг другу жизнь. Я полгода поотмечаюсь тут, отсижусь часик в день, а дальше ты меня прикроешь.

— Что? — недоумеваю я. Мне срочно нужна пояснительная бригада. Что, черт бы его побрал, тут происходит?

— Хорошо, — снисходительно ухмыляется пацан. — Не просто, а за мое большое спасибо, — внаглую вынимает из кармана портмоне, достает оттуда крупную купюру и опускает на мой стол. — И так я буду признателен тебе каждый день.

Подмигивает, словно я малолетка.

— Благодарностей такого рода я не принимаю. Слезь с моего стола и делай, что хочешь, но прикрывать я тебя не стану! — повышаю голос, чтобы этот хам, наконец, меня услышал. Иду на него, дергаю бумаги из-под его бедер в черных джинсах, вынуждая парня встать. Прячу в столе накладную и, уже не обращая на парня внимания, беру пакеты с мукой и тащу их на склад. Тяжело, для этого я и просила помощника или практиканта.

Возвращаюсь за следующим пакетом муки, наблюдая, как парень хмуро рассматривает меня и товар. Наклоняюсь, но вскрикиваю, когда меня обхватывают за талию и бесцеремонно отодвигают.

— Что ты себе позволяешь?! — дергаюсь.

— Отойди, королева, не пристало тебе, такой красивой, мешки таскать. Что, больше некому? — уже хмуро спрашивает он и отпускает меня.

— Предполагалось, что это будешь ты, — недовольно отвечаю, смотря, как парень подхватывает сразу несколько пакетов и несет на склад.

— А фартук все же придется надеть, — комментирую. — Когда здесь справишься, пойдешь в цех.

Разворачиваюсь и ухожу, улыбаясь своей маленькой победе. Не все потеряно, я могу быть руководителем.

Глава 3

Максим

Работать я не собирался. Был уверен, что договорюсь, отмечусь для галочки и займусь своими делами. Мой отец, бл*ть, как всегда, оригинален. Засунуть меня в бабский коллектив шестёркой, «принеси-подай». Все в его стиле, через унижение меня, как ублюдка. Я был уверен, что моя безлимитная карта все решит. Не бывает неподкупных людей, бывает недостаточно аргументов.

Руки бы у меня не отвалились. Но каждый должен выполнять свою работу. Быть на побегушках у женщины — не моя функция.

Хозяин сети кофеен готов был целовать мне зад, лишь бы угодить. Можно было на него надавить и не отрабатывать повинность. Но я увидел ее, и мне стало азартно.

Кристина Витальевна…

Ее начальник что-то там вещает, а мне по хрену, я смотрю только на нее. И вроде ничего особенного, женщина как женщина. Естественная красота. Но цепляет. Глаза, губы, скулы, волосы — все заводит. И этот белый китель под фигуру подчёркивает грудь. Строгая. Точнее, хочет, чтобы я ее так воспринимал. А я воспринимаю ее только как сексуальный объект. Хочу и все, словно не трахал всю ночь Алену. Такое внезапное дикое желание сделать эту королеву. У нее колечко на безымянном пальце, дочь, у нас разница в возрасте, но это распаляет еще больше.

Меня все больше и больше заводит ее реакция. Кристина Витальевна в растерянности от моего поведения и не знает, что с этим делать. Это