100 грамм предательства - Мария Слуницкая

Пристроившись за безымянным стариком, наблюдаю, как Унслим, наш вечный вахтёр, которого мы обычно видим за стойкой, сейчас в страхе вытянулся по струнке, да и окружающие смотрят на этих двоих с опаской.

Только не останавливайся, ради эйдоса, не останавливайся!

Так я себя подбадриваю, продвигаясь вперёд, в надежде на эффект неожиданности — они ведь меня пока не обнаружили. Главное — вести себя как ни в чём не бывало.

На проходной образуется пробка и, чтобы понять, в чём дело, незаметно выглядываю из-за спины старика, но ничего не вижу…

— Что там происходит? — спрашиваю шёпотом.

— Эйдос его знает… — ворчит старик в ответ, — кого-то ищут, что ли… А мы опаздывай теперь…

Он прав — за любую провинность, в том числе, опоздание, предусмотрен штраф. Чаще всего — не досчитаешься эйдов. И крутись потом, как хочешь.

Очередь немного сдвигается. Я привстаю на носочки, вытягиваю шею и вижу, что на выходе установлен переносной сканер.

Мне конец.

Стоит только приложить к нему ладонь и меня тут же вычислят.

Украдкой бросаю взгляды по сторонам, надеясь на озарение.

Думай, думай же, Кара…

Уже собираюсь вернуться в отсек и ползать до бесконечности по узким лентам фудбокса, пока Полиции не надоест меня искать, или пока не поймают, но тут служебная дверь в другом конце фойе со скрипом открывается, впуская сотрудников доставки.

Похоже, вот мой последний шанс вырваться на свободу и избежать участи испорченных, какой бы она ни была.

Пользуюсь тем, что у доставщиков в руках огромные коробки. Если пригнуться — меня за ними могут и не заметить.

Перебежками достигаю заветного коридора и бросаюсь к двери, но, перед тем как выскользнуть наружу, резко останавливаюсь и прикидываю — а не ждут ли меня и там?..

Ещё секунду мешкаю, но приближающиеся голоса из фойе — рабочих из доставки или полицейских — уже и не важно, заставляют молниеносно принять решение, и я с тяжёлым сердцем толкаю дверь…

2 глава. Фантомы и серый камуфляж

Улица встречает протяжными гудками клаксона и визгом шин.

Моргаю несколько раз, чтобы после полумрака коридора привыкнуть к дневному свету. Делаю глубокий вдох и в нос сразу же ударяет привычный запах гари — плата за проживание в Яме.

Яма — самый бедный район города, да ещё и расположенный в низине. В нескольких километрах от нас великаном возвышается Коптильня — местный заводской комплекс, который даёт людям работу, но одновременно и крадёт их жизнь… Вечно засаленное небо вовсю тонет в копоти — из десятков широких труб уже сочится едкий дым. Утренняя порция отравы на завтрак.

Регентство уверяет, что до жителей Ямы ядовитый дым не доходит, только всё это чудовищное враньё. В ветреную погоду даже до Бугра, где обитают стандартные, и то долетает.

Кручу головой, решая, что делать дальше, а потом замечаю их.

Наивно было предполагать, что на улице никто не караулит.

Меня уже ждут.

Вальяжно облокотившись о забор, чуть поодаль стоят двое: мужчина и женщина. Оба одеты в неприметные серую форму, наподобие моей.

С виду — типичные дефектные, но от их хищного взгляда становится жутко. Ноги превращаются в вату — вот-вот упаду, голова идёт кругом, а по спине медленно стекают струйки пота.

Готова поставить весь свой вес на то, что они из КБН. Поговаривают, некоторые из них специально худеют и селятся в наших корпусах, чтобы следить за нами. Мы зовём их фантомами, потому что никогда не знаешь, кто из твоих коллег или соседей окажется предателем.

Так что случайно брошенное в коридоре неосторожное слово в адрес особенных или Закона о Внешности может стоить тебе не только половины эйдов, но и жизни.

— Кара Мель? — тон женщины приторно-сладкий, будто сироп — ещё чуть-чуть и увязнешь по самую макушку.

Они уже направляются ко мне идеально выверенным шагом — небось в свободное время тренируются ходить по линейке.

— Ты признана испорченной и должна проехать с нами… — лениво и даже как-то обыденно произносит мужчина.

— Вы ошиблись… — лепечу я, выдавливая из себя улыбку. — Я из службы доставки…

— Пра-авда? — он тоже улыбается, только улыбка его больше смахивает на оскал. Такой вцепится в горло и поминай как звали. — Тогда давай проверим твой статус.

Непроизвольно опускаю взгляд на правую ладонь. Сейчас она чиста, но стоит приложить к любому сканеру, и позорная метка снова проявится. Я поспешно прячу руку за спину.

— Значит, говоришь, из службы доставки?..

Краем глаза вижу, как мужчина потихоньку заходит мне за спину.

Окружают…

Они — свирепые хищники, а я для них — долгожданная добыча. Что может жертва, имея только ноги и маленький контейнер с едой?

Ответ очевиден, и всё-таки я не готова сдаться так просто.

Мысленно считаю до трёх, а потом замахиваюсь и со всей дури швыряю контейнер прямо в лицо женщине. И бросаюсь прочь. Увы, она отбивает его на лету ребром ладони, словно всю жизнь только этим и занималась.

— Стерва! — её пальцы, словно крюки, тянуться ко мне, чтобы схватить, но я успеваю увернуться. — Держи мерзавку, Маф!

Я несусь вперёд, не разбирая дороги, но преследователи тоже не отстают. Шум от топота стоит такой, точно табун особенных торопится на открытие очередной жевальни.

Люди оборачиваются в страхе, но потом, будто вспомнив о срочных делах, бросаются кто куда. Рассчитывать на чью-то помощь слишком наивно. Перед глазами всплывает образ заплаканной Джуси.

Ну уж нет, я так просто не сдамся.

Не знаю, откуда, но я собираю все свои силы и бегу ещё быстрее. Собственная жизнь — отличный стимул. Мимо сплошной стеной проносятся жилые кварталы дефектных. Лёгкие горят огнём, дышать всё труднее, ноги дрожат от напряжения. Нужно срочно что-то придумать…

И когда я уже думаю, что всё кончено, невдалеке вырастает светофор и два таксобуса на перекрёстке.

Конечно, сомнительное удовольствие попасть под колёса такой громадины, но я решаю всё-таки рискнуть.

Главное — дотянуть.

Ещё немного… ещё чуть-чуть.

Поравнявшись со светофором, резко сворачиваю на дорогу, как раз, когда таксобусы трогаются. Раздаётся визг шин.

Чудом успеваю проскользнуть между прежде чем они тормозят в считанных сантиметрах друг от друга. Из окон на меня пялятся десятки глаз, и я вдруг понимаю, что должна бы сейчас ехать на службу вместе с ними.

Оборачиваюсь, чтобы проверить, где сейчас мои преследователи, но их пока не видно.

Едва оказавшись на тротуаре, я сливаюсь с толпой. Сердце колотится молотом в груди и мне чудится, что стук его слышен на многие километры