Желанный скандал - Дэни Коллинз

– А у этого совета большие права? Вы не можете просто отречься от трона?

– Я пробовал, – нетерпеливо и резко сказал он. – Когда я достаточно повзрослел, чтобы понять реальность своего положения, начал интересоваться, почему корона достается мне. – Он задумчиво постучал пальцами по подлокотнику. – Наша мать знала, что Софию обманывают, но она понимала: если София будет бороться за право наследования, то потеряет то небольшое влияние в стране, которое у нее было. Советники искренне хотели сделать из меня лучшего короля, чем мой отец, и они были чрезвычайно преданы своему делу. Это неплохо, учитывая то, какие люди окружали моего отца. – Он покосился на Эми.

Она поджала губы.

– Я не буду притворяться, что не читала заголовки. Например, о его бесчисленных любовницах. Хотя я не слишком интересуюсь сплетнями, особенно в Интернете. Папарацци опубликуют что угодно, чтобы получить больше откликов.

– Все, что вы читали о моем отце, – это не только правда, – мрачно произнес Люка, – а сильное преуменьшение правды. – Его голос звучал так, словно в груди у него была пустота. – Когда он умер, я поднял вопрос о передаче короны моей сестре, хотя всегда был признанным преемником. Валлия была в очень хрупком положении после скандального правления моего отца. Нам надо срочно восстановить нашу репутацию на мировой арене, и именно я это сделаю.

– Прошло всего шесть месяцев. Хватит ли у Валлии сил, чтобы выдержать ваше отречение? – с сомнением спросила Эми.

– Сейчас идеальное время, чтобы показать, что нынешний правитель не повторит поведение предыдущего короля. Небольшой, хорошо продуманный скандал докажет, что моя сестра готова принять трудное решение и отстранить меня от власти ради блага нашей страны. Мне нужно что‑нибудь, что спровоцирует сомнения по поводу моей пригодности, но не настолько грязное, чтобы я не смог занимать руководящие должности, когда все закончится. Я не собираюсь бросать свою сестру на произвол судьбы. Я просто верну ей то, что по праву принадлежит ей.

– Что вы будете делать после того, как она взойдет на трон? – с любопытством спросила Эми.

– Экономика Валлии пострадала от многолетнего забвения. Недавние мировые события не улучшили ситуацию. До того, как все мое время было посвящено обязанностям монарха, я развивал наш технологический сектор. У нас небольшая, но отличная команда, которая занимается развитием солнечной энергетики, а другая занимается переработкой пластмасс.

– Будьте осторожны, – поддразнила она, заметив, как изменилось выражение его лица. – Вы полны энтузиазма. По‑моему, это называется эмоцией.

Их взгляды встретились, Люка смотрел на нее холодно и угрожающе.

– Не путайте мою откровенность с желанием с вами подружиться, Эми, – тихо предупредил он. – Я даю вам информацию, необходимую для работы. Вы меня не знаете. Вы не можете меня знать. Не только потому, что мы из разных миров, но и потому, что я этого не допущу. Я жил в тени человека, который потакал собственным прихотям. Если бы я думал, что мое желание реформировать нашу экономику дает нечто большее, а не просто базовое удовлетворение от достигнутой цели, я бы не стал этого делать. Это слишком опасно. Я не стану таким, как он.

Они оказались на частном аэродроме и поехали к блестящему самолету, на хвосте которого был нарисован валлийский флаг. К трапу вела красная ковровая дорожка.

Эми мысленно поежилась. Пусть у Люки нет эмоций, но у нее они есть. Ее взволновало то, что она ему не только не нравится. Он даже не хочет, чтобы она ему понравилась.

– Добиваясь взаимопонимания с клиентом, я стараюсь расположить его к себе, – сухо сказала она. – Учитывая личный характер моей работы, мне хочется, чтобы клиенты мне доверяли.

– Я заплатил вам крупную сумму. Мне не нужны подшучивания, укрепляющие взаимопонимание.

– Повезло вам. Взаимопонимание прилагается бесплатно, – радостно выпалила Эми.

Внедорожник остановился, и под пристальным взглядом Люки ей показалось, что все вокруг замерло.

Ей очень хотелось сказать ему, что он может рассмеяться. Но она промолчала и забралась в его личный самолет.

Сожалеет ли он о том, что опустил ее на ступеньку ниже? Если бы Люка позволял себе эмоции, возможно, он бы так и поступил, но он этого не сделал. Поэтому потягивал валлийский ликер из горьких апельсинов и смотрел на нее из‑под прикрытых век.

Он сказал себе, что ему неинтересно, обиделась ли она на него. Если обиделась, то хорошо это скрывала, весело улыбаясь бортпроводнику и быстро обустраивая свое рабочее место. Она позвонила своей ассистентке, чтобы перенести некоторые встречи, отказалась от алкоголя и попросила кофе.

Она комфортно расположилась в его самолете, но вела себя так, словно роскошь ее не особенно впечатлила. Хотя ей наверняка знакомо такое расточительство, и она принимает его как должное.

Она работает со знаменитостями, поэтому бывала на их частных самолетах. Но ему стало не по себе от мысли о том, как она работает с какой‑нибудь рок‑звездой. Или сидит на борту яхты, позволяя магнатам пялиться на ее ноги.

Люка понимал, что это не его дело. Ему все равно, сколько любовников у нее было, богатых, бедных или каких‑то еще. Нет, он в плохом настроении по совершенно другим причинам.

Он нажал на кнопку, чтобы снизить температуру воздуха в салоне на несколько градусов, и ослабил узел галстука.

– Я отправляю контракт с вами в ваш юридический отдел. – Эми вопросительно посмотрела на него.

Он кивнул и взглянул на свой телефон. Через несколько секунд он понял, что набирает ее имя в строке поиска, желая собрать о ней информацию. Он выключил телефон и отложил его в сторону.

– Как вы попали на эту работу? – спросил он. – Компании всего два года, не так ли? Но недавно она получила награду?

Эми закатила глаза:

– Эта награда на самом деле – часть пиар‑кампании по связям с общественностью. – Она пожала плечами. – Но теперь нам есть чем похвастаться, и, надеюсь, наш рейтинг вырастет.

– Ваша фирма привлекла мое внимание, поэтому она выполнила свою задачу.

– Я сообщу об этом Клэр. – Она сверкнула улыбкой.

– Ваш партнер. – Он смутно помнил имя и фото на сайте. Темноволосая женщина не излучала той бодрости, которая исходила от Эми.

– Клэр – одна из моих лучших подруг по школе‑интернату. «Лондон коннекшн» – это ее идея. После смерти своего отца она получила немного денег