Предчувствие счастья - Лил Алтер

Бэлла послушно представила, что его руки бережно обнимают её, успокаивая гладят по волосам и по спине, и всхлипывания постепенно затихли.

– Вот и хорошо, в чём дело?

– По-моему, Алекс, мой муж, мне изменяет. Он задерживается допоздна. Говорит, по работе, но я ему не верю.

– А ты пробовала спросить его?

– Спросить напрямую, изменяет ли он?

– Да. Может ты выдумала всё, или он с мужиками в баре выпивает?

– Ты выпиваешь так? Часто?

– Иногда, но мы не про меня говорим.

– Я боюсь, что он во всём признается.

– Бэлла, ничего не бойся. Если он скажет, что не изменяет, ты успокоишься, а если скажет, что изменяет, ты будешь решать, что делать дальше. Сама для себя. В любом случае, ты будешь в порядке.

– Я давно хотела тебя спросить: я для тебя была особенной, не такой, как другие?

– Ты особенная, помни это.

– Я хочу тебя увидеть. Сейчас.

– Хорошо.

Они включили видео, и Бэлла прежде всего взглянула в Сашкины глаза – золотисто-карие, с искорками – которые совсем не изменились, и ей стало тепло. Черты его лица стали резче, взрослее, а верхнюю губу прикрывали усы.

– Сашка! У тебя усы!

Его улыбка привычно зацепила за сердце.

– Хорошо, к следующему разговору сбрею. Они мне самому надоели. Так ты больше не будешь плакать? Я не хочу, чтобы ты плакала!

– Я больше не буду. Спокойной ночи.

Уже отключив телефон, Бэлла подумала, что Сашка ничего не сказал о её залитом слезами лице. Но она другого и не ожидала.

На следующий вечер Алекс приехал неожиданно рано.

– Давай поужинаем все вместе. Давно не было нормального семейного обеда.

– Хорошо, я сейчас всё приготовлю. Алек! Папа дома, хватит в игру играть.

Алекс с сыном смотрели телевизор в гостиной и разговаривали о школе, а Бэлла привычно высыпала в миску салат, нарезала огурцы, помидоры, перец. Сверху – поджаренные орешки, натёртый сыр. Залила салатным уксусом. Всё как Алекс любил.

Бэлла подала на стол, и они ели ужин всей семьёй, впервые за несколько месяцев. Алек увлечённо болтал про Майнкрафт, в котором ни Алекс ни Бэлла ничего не понимали. Но оба слушала, кивали и задавали вопросы. После ужина, Алек ушёл спать в свою комнату.

Бэлла мыла посуду, когда Алекс подошёл очень близко и встал у неё за спиной. От его тёплого дыхания волосы у неё на шее встали дыбом. Она медленно повернулась к нему, ожидая и боясь поцелуя, но у него явно были другие намерения. Его возбуждала неприязнь к ней.

– Ты что-то слишком много болтаешь по телефону в последнее время! – начал он язвительно.

– Я сижу одна дома, что ты предлагаешь я должна делать?

– С кем ты столько разговариваешь?

– Это что, допрос?

– Ты не ответила! Вчера вечером, когда ты спала, я просмотрел твои чаты, Фейсбук и Фейстайм!

– Ты проверяешь мои частные чаты и звонки? Ты за мной следишь?

– Я твой муж! Мне надо знать, с кем ты общаешься.

В Бэлле закипала злость. Алекс смеет обвинять её в неверности!

– Так кто этот Боря? И сашка345?

– Это мои друзья из старой компании. Просто нашли меня в Фейсбуке.

– Просто нашли? Ты с ними трахалась?

– Ты с ума сошёл, по телефону?

– Нет, тогда, раньше.

– Да, ещё бы, ты же знаешь, что я трахалась со всеми подряд! Идиот!

– Я не хочу, чтобы ты больше с ними имела дело. Ты замужем и у тебя ребёнок.

Бэлла хотела что-то сказать, как её телефон, лежавший на подоконнике, задребезжал. Алекс подскочил первый и ответил.

– Кто это?

– Я хотел бы спросить тоже самое, – ехидно заметил Борька. – Я ожидал женский голос.

– Я – Бэллин муж! Кто ты такой?

– Прошу мне не тыкать, мы не так близко знакомы.

– И не познакомимся! Прекрати сюда звонить! Бэлла больше не хочет с тобой разговаривать!

Тут Бэлла не выдержала:

– Не смей грубить моему другу! Я и не думаю тебя слушаться!

– Заткнись, шалава! – и Алекс выключил телефон.

Он подошёл к ней вплотную, покрасневший и разъярённый, и она думала, что он её ударит. Сердце прыгнуло вверх, застряло в горле, потом опять опустилось. Алекс с трудом сдержался.

– Я не шучу, прекрати эти разговоры по душам со своими бывшими.

– Они не мои… – и тут на неё пахнуло Мадмуазель Шанель, её любимыми духами. – А ты сам с кем сегодня был? Когда я душусь – не выносишь, не нравится тебе, а когда она – нормально?

– Да ты, Бэлла, рехнулась!

– Я знаю, что ты не задерживаешься на работе. Так где ты шляешься? У одной любовницы или меняешь?

По его растерянному лицу она поняла, что он не ожидал от неё отпора. Но Алекс не собирался сдаваться.

– Если я иногда и позволяю себе развлечься, так только потому, что ты меня не удовлетворяешь! И что ты сделаешь по этому поводу?

«Ты – особенная, помни это», – прозвучал в голове голос Сашки.

– Я хочу, чтобы ты собрал вещи и ушёл. Сейчас же! Потом увезёшь остальное.

– Чтобы я ушёл из собственного дома? Это ты выметайся! На что жить будешь?

– Ты уйдёшь, или я вызову полицию, – слова прозвучали спокойно, будто выговорил их не она, а кто-то другой. – Я скажу им, что ты угрожал мне и я боюсь тебя. Чью сторону, думаешь, они возьмут?

– Сука, всегда знал, что ты сука, – но голос у Алекса уже не звучал так уверенно.

– Пошёл вон, чтобы духу твоего здесь не было!

Потом Бэлла стояла и ждала, пока муж собирал вещи в спортивную сумку. После стольких лет вместе, внутри было пусто, а в глазах – сухо. Уже на пороге, Алекс обернулся:

– Ты ещё об этом пожалеешь! Молить будешь, чтобы вернулся!

Бэлла ничего не ответила. Когда он ушёл, она долго сидела в темноте, а потом набрала Сашку. Было уже очень поздно, но он ответил:

– Привет! Что с тобой?

– Я его выгнала.

– Он признался?

– Да. Я нашла в себе силы.

– Я всегда знал, что ты сможешь. Ты сильнее, чем думаешь.

– Я не смогла бы сделать это без тебя.

– Я тут ни при чём. Это всё ты, сама.

– Я так хочу видеть тебя! Живьём! – Бэлла оставила не высказанным, что больше всего на свете ей хотелось прижаться к нему, как когда-то, почувствовать вкус его губ на своих губах.

– Если ты приедешь в Питер, я буду рад.

И