Предчувствие счастья - Лил Алтер

На следующее утро, когда Алек ушёл в школу, Бэлле не хотелось оставаться дома. Она поехала в парк, в первый раз за долгое время. Проходя в одиночестве по очень прямым расчищенным аллеям, Бэлла улыбалась голубому небу, играющему на солнце всеми цветами радуги снегу и просто своим мыслям. Тяжесть, давившая её уже давно, улетучилась. День за днём, каплю за каплей, жизнь с Алексом выдавливала из неё «её». Только избавившись от него, она вздохнула свободно. С этого дня, всё, что она сделает, она сделает для себя и для Алека.

Зазвенел телефон – это звонил Борька.

– Бэлла, как ты? Твой муж вчера был очень зол. Я боялся что-то сказать, поставить тебя в неудобное положение. Он не… ударил тебя?

– Нет. Но я попросила его уйти из дома.

– Тебе нужна помощь? Я могу прилететь завтра.

– Ну что ты, как же ты бросишь бизнес, и этот договор для тебя важен!

– Ничего, никуда они не денутся. Будут другие сделки. Только скажи слово!

– Спасибо, Борь. Я подумаю, – и тут она решилась задать вопрос, который пришёл с воспоминаниями и почему-то стал важным: – Борь, о чём вы с Сашкой ругались тогда, у тебя в квартире?

Борька ответил не сразу.

– Я думал, что Сашка сделал что-то, чего ты не хотела. И я сказал ему, что убью его. И убил бы.

– А он что ответил?

– Что скорее умрёт, чем обидит тебя. Или что-то в этом роде. Мы быстро успокоились.

Глава 7

Выключив телефон, Бэлла погрузилась в размышления. Она больше не наивная дурочка. Борька всегда был прав – по правилам, она должна была влюбиться в него. Он подходил ей по интересам и взгляду на жизнь. Даже его вечный сарказм ей нравился. Если принять его предложение, то он приедет и с ним всё будет проще – развод, новая жизнь, работа. С ним будет спокойно. Что напомнило ей это слово?

Когда-то она гуляла с подружкой в Петергофе, и к ним прицепилась старая цыганка. Обычно цыгане ходили группами – множество женщин и детей разных возрастов. Дети просили милостыню, а женщины навязчиво предлагали погадать, если им «позолотят ручку». Эта цыганка была одна. Коричневое лицо бороздили глубокие морщины, а волосы все побелели.

– Ничего, девочки, не бойтесь, – частила она скороговоркой. – Я вам и так погадаю, без денег, всю правду скажу.

Подружка отказалась, испугавшись дурного глаза, а Бэлла согласилась, и они с цыганкой сели рядом на покатой горячей от солнца парковой скамейке. Подружка внимательно наблюдала за происходящим, но рядом не села. Цыганка аккуратно расправила широкие разноцветные юбки, внимательно посмотрела на Бэллу, и взяла за руку. Глядела она на её ладонь очень долго.

– Ну, что там? Буду долго жить? Выйду замуж? У меня будут дети? И любовь?

– Всё у тебя в жизни будет: и мир повидаешь, и поработаешь, и поиграешь! А с любовью запутано всё.

– Но меня будут любить? – с надеждой спросила Бэлла.

– Наивная ты очень – будешь верить всему, что тебе мужики наплетут. Но и любить тебя будут.

Бэлла покраснела от смущения и радостной надежды. Она верила каждому слову бабки.

– Двое тебя любить будут, честно и преданно.

– И я выйду за одного из них замуж?

– Говорю, спутаны все линии, может и выйдешь. С одним покой обретёшь, с другим счастье. Выбирать тебе придётся.

Бэлла не знала, что ответить. Бабка сжала потрескавшиеся тёмные губы и проговорила, будто делясь опытом жизни:

– Иногда лучше покой, чем любовь и счастье. Слишком люди за этим счастьем гоняются, а толку что?

Бабка поднялась со скамейки и пошла прочь, а Бэлла с подружкой долго не могли понять, почему цыганка не взяла денег за гадание.

Бэлла давно забыла и про эту бабку, и про её предсказания, но тут всё опять возникло в памяти, явно приукрашенное прошедшими годами.

«Что же мне делать? – размышляла Бэлла. – Борька меня вроде давно любит, и с ним будет хорошо и спокойно. Если получится, то с ним меня ждёт интересная обеспеченная жизнь. А Сашка? Да и любит ли он меня? Никогда ведь мне этого не сказал. Правда, я ему тоже не сказала, боялась услышать в ответ молчание. Стоит ли отказываться от Борьки ради непонятно чего с Сашкой? Стоит ли гнаться за этим расплывчатым обещанием счастья?».

Вернувшись домой и так ничего не решив, Бэлла приготовила Алеку обед. Она была не уверена, что сын понял происшедшее.

– Мама, – неожиданно спросил Алек, – Ты разводишься с папой? Он больше здесь жить не будет?

– Нет, скорее всего не будет. Ты расстроен? Ты будешь его видеть когда захочешь.

– Я и так его мало вижу, он всё время на работе. А где мы будем жить?

– Пока здесь, потом – ещё не знаю.

Уставившись в тарелку, Алек сосредоточенно жевал котлету.

– Алек, помнишь, ты хотел поехать в Санкт-Петербург, посмотреть Эрмитаж? Как насчёт весенних каникул?