(Не) родная - Анна Бигси

— Шалимова, — слышу до боли знакомый голос за спиной и сжимаю кулаки так, что ногти болезненно впиваются в кожу. — Ульяна.

— Гордеев? — Она лишь снисходительно приподнимает бровь. — Не ожидала. Каким ветром?

Вот это выдержка. Хотя у них нет общего прошлого, растоптанной любви и сломанной жизни. Я тоже хочу забыть весь этот кошмар. Точнее, думала, что уже забыла. Но сейчас понимаю, что напрасно.

— Да вот, решил приехать на малую родину. — Алексей говорит небрежно, словно играя. — А здесь уже пригласили на встречу… Не смог отказаться. — Кожей чувствую его лукавую улыбку и сжимаю зубы, что есть силы, чтобы не взорваться.

— Понятно. — Ульяна натянуто улыбается. — Надолго к нам?

— Как пойдет, может, мне так понравится, что решу остаться насовсем.

Закашливаюсь от неожиданности, резко дергаю рукой и сбиваю бокал с остатками коктейля. Тот летит на пол, проливаясь на мое платье и брюки Алексея, и разбивается у его ног.

— Осторожнее, — рычит он и пытается отряхнуться.

— Извините. — Мой голос предательски вибрирует от волнения. Поднимаюсь на ноги с одной единственной целью — сбежать отсюда как можно быстрее. И плевать на все. Моя выдержка растаяла, как снег под жарким солнцем.

— Таисия? — Мое имя в его исполнении всегда звучало по-особенному, завораживающе. Ничего не изменилось. Даже нотки удивления никак не влияют.

— Нет…

Вздрагиваю и качаю головой. Не хочу. Не надо.

— Какой ты стала… — Мурашки, как по команде выстраиваются в ряд и ползут по коже, вздыбливая каждый волосок и беспощадно затягивая в прошлое. — Ни за что бы не узнал.

Титаническим усилием воли заставляю себя выдержать его пронизывающий взгляд и вздергиваю подбородок.

— А ты, напротив, совсем не изменился, — обдаю арктическим холодом. — Все такой же… — специально не договариваю, чтобы сам подобрал себе эпитет.

— Торопишься?

— Очень.

Расправляю плечи и гордо удаляюсь, ощущая на себе его прожигающий насквозь взгляд. На самом же деле трусливо сбегаю в туалет. Включаю ледяную воду, мочу руки и прикладываю к горящим щекам. Ну как так-то, а? Я совсем не готова к встрече. Ни капельки. Нет у меня ни сил, ни ресурсов бороться со своим прошлым.

Смотрю в зеркало на свое отражение, а вижу его. Алексей и правда почти не изменился. Повзрослел, раздался в плечах, а так… Черты лица стали более резкие и мужественные, морщинки появились вокруг глаз… И все. Не берут его годы. Интересно, а наш ребенок был мальчиком или девочкой? Сейчас ему могло быть девять…

Предательская слеза обжигает щеку, а душа рвется на части от накатившей боли, словно затянувшуюся рану вновь расковыряли. Закусываю губу, чтобы не разрыдаться, и прикрываю глаза. Мне нужно несколько минут, чтобы справиться с эмоциями. Сейчас станет легче. Сейчас отпустит.

* * *

— Вот ты где, — вздрагиваю от голоса подруги и торопливо вытираю слезы, что текут по щекам. — А я тебя ищу.

Ульяна входит в туалет и закрывает за собой дверь.

— Ты как? — окидывает меня сочувствующим взглядом, от которого внутри все скручивается. Вот только жалости мне не хватало для полного счастья!

— Все нормально, — невольно огрызаюсь я и, прикрыв глаза, делаю несколько глубоких вдохов. Ни к чему срываться на подругу, она же не виновата в моих психах. Никто не виноват, просто не проработанная подсознанием тема всплыла на поверхность.

— Ага, я вижу. — Уля закатывает глаза к потолку и протягивает мне бумажные полотенца.

Вытираю немного потекшую тушь и руки. Разворачиваюсь к ней, оперевшись ягодицами на раковину.

— Помоги мне выйти незамеченной…

— Куда выйти? — Она непонимающе хлопает ресницами и хмурится.

— Поеду домой, — выдыхаю и инстинктивно качаю головой. — Не хочу больше с ним пересекаться.

— Тась, да ты чего? Из-за какого-то козла будешь портить себе вечер?

Ульяна обнимает меня за плечи, стараясь поддержать, а мне хочется грубо оттолкнуть ее и накричать. Слишком внутри все обнажено и открыто. Не надо ко мне прикасаться, иначе я просто взорвусь.

— Он уже испорчен, — нервно сглатываю и мягко отстраняюсь. — Я не смогу веселиться, зная, что Гордеев где-то здесь.

— Он к тебе сам больше не подойдет, — уверенно заявляет Ульяна, а на ее губах появляется довольная усмешка.

— С чего ты взяла? — подозрительно прищуриваюсь, нутром чувствуя какой-то подвох.

— Я предупредила, что, если приблизится, оторву ему что-то очень важное.

— Зачем? — ошарашенно выкрикиваю и прячу лицо в ладонях. — Господи…

Колючие мурашки прокатывают по позвоночнику, а сердце ускоряет свой ритм. Этого еще не хватало. Зачем она привлекла его внимание ко мне? Не отвадила, а только раззадорила. Вот же…

— Что не так-то? — Ульяна искренне не понимает, что натворила. — Ты же сама говорила, что…

— Я не хочу, чтобы Алексей думал, что мне до него есть какое-то дело, — сокрушенно качаю головой. Все через причинное место.

— Он и не подумает.— Она равнодушно пожимает плечами, а меня начинает потряхивать от злости.

Ну зачем было вмешиваться? Я же не просила! Делаю несколько глубоких вдохом и медленных выдохов, чтобы снизить внутренний накал. Мне надо срочно на воздух. Срочно сбежать отсюда и поскорее оказаться на улице.

— В общем, помоги мне добраться до выхода и извинись перед ребятами за меня. Наплети что-нибудь… скажи, что голова заболела…

— Уж придумаю, — хмыкает Ульяна. — Подожди, я принесу твое пальто.

Пока она ходит, привожу себя в порядок.

— Такси вызвать? — растягивает пальто, помогая надеть.

— Нет, прогуляюсь пешком, — застегиваю пуговицы и осматриваю себя в отражении.

— Уверена? Темно уже.

— Да.

— Так, стоп. — Ульяна упирает руки в бока и преграждает мне путь. — Все это какая-то фигня. Я пойду с тобой…

— Не нужно, — качаю головой, начиная опять раздражаться. — Уль, я не маленький ребенок, меня не нужно опекать.

Я хочу просто остаться одна. Наедине со своими мыслями и чувствами. Без посторонних. Даже очень близких.

— Но я… — пытается возразить подруга.

— Хватит, — резко осекаю ее. — Я. Справлюсь. Сама, — четко проговариваю каждое слово.

— Ну