Пелагея - Ольга Николаевна Кучумова

Пелагея зашла в дом и критически посмотрела на себя в зеркало. В то, что девушка, подобная Вике, даже теоретически могла отбить у неё парня, верилось с трудом.

Утром, как и договаривались, соседка Вера Ивановна и Пелагея отправились на деревенское кладбище, находившееся на окраине села.

Пелагея осторожно попыталась расспросить соседку про свою семью. Женщина оказалась очень разговорчивой, не сказать — болтливой.

— Мама твоя в школе была первой красавицей. Все ей завидовали, парни за ней хороводом ходили! Да только выбрала она, как это бывает, самого неудачного. Сашей его звали. Красивый, конечно, косая сажень в плечах, но ненадёжный оказался. Ушёл в армию, а твоя мама родила девочку, тебя. Очень ждала его, но он в эту деревню так больше и не вернулся. Говорят, служил в горячих точках, а потом пропал. Мать твоя сильно горевала. А уж бабушка как переживала! Она и так одна воспитывала двух дочек. Муж её давно бросил. Это у вас, видимо, по роду идёт, семейное.

Вера Ивановна с бабьей жалостливостью посмотрела на красавицу Пелагею, которая молча переваривала информацию. Потом женщина продолжила:

— Всё-таки нашёлся поклонник, который не посмотрел на ребёнка и взял твою мать замуж. Уехали они в другое село. Жили там хорошо, да только несчастье случилось. Поехали они на моторке в сильный ветер рыбачить, тебя тоже взяли, ты ещё совсем маленькая была. Перевернулась моторка-то, и все ушли под воду. Тебе повезло, тебя один рыбак спас, нырнул и вытащил. А твою мать с отчимом не успели, захлебнулись они. Так что в рубашке ты родилась.

— А потом меня кто воспитывал? Бабушка? — поинтересовалась Пелагея, стряхнувшая с себя странное оцепенение.

Всё-таки трагическая история её матери глубоко потрясла девушку.

— Нет, тебя забрала тётя. Она и воспитывала. В нашей деревне у бабушки вы редко появлялись. Вроде у твоей тёти какие-то разногласия со своей матерью имелись. Да и я тогда училась в городе на бухгалтера, потом замуж вышла. А теперь вот овдовела и решила в родительский дом вернуться. Чем тут плохо? Свежий воздух, грибы, ягоды. Снег зимой такой чистый, белый, хрустящий, не то что в городе.

— А где мы жили с тётей? И что с ней случилось?

— Не знаю, деточка. Только умерла она тоже. Мы с бабушкой твоей не очень близки были, она не откровенничала особо. Зато знаю, что мать твоя жила в Абрашино. Бесподобно красивая деревня! Там озеро такое есть, Мраморное. Вода ярко-голубая, как на Мальдивах! Вот куда тебе нужно обязательно съездить. Там поищи сестру твоего отчима, её и расспросишь, где жила твоя тётя. Да и соседи, наверное, в курсе дела, возможно, они что-то расскажут.

Пелагея пригорюнилась. Она, оказывается, сирота!

Между тем женщины пришли на кладбище. Вера Ивановна ориентировалась хорошо и быстро нашла могилку. На деревянном кресте была табличка, гласившая, что здесь похоронена Пелагея Зарубина, которая родилась 12 июня, так же как и она, её внучка, только год рождения был другой. У бабушки 1936, а у Пелагеи — 1996 г. Пелагея была крайне удивлена. Странное совпадение, не правда ли?

Пока девушка пыталась сообразить, чтобы всё это значило, Вера Ивановна энергично пыталась выдернуть развесистую крапиву, выросшую на могиле.

— А меня что, назвали в честь бабушки? — поинтересовалась Пелагея, которая была весьма удивлена увиденным.

— Мне кажется, тебя как-то по другому мать назвала. Возможно, ты потом сама сменила имя. Это же так красиво звучит — Пелагея! — предположила Вера Ивановна, продолжая пропалывать могилу.

— А как можно съездить в Абрашино? — спросила девушка.

— Ох, без машины не так легко, — вздохнула соседка. — А ты поговори с моим знакомым Романом, фермером, который мне привозит мёд и сыр. У него ферма как раз в Абрашино и находится. Может, он тебя подбросит.

Пелагея настолько была впечатлена походом на кладбище, что решила прогуляться и немного собраться с мыслями. Она отправилась на берег Обского водохранилища. Караканский бор подступал почти вплотную к воде. Вдоль берега росла колючая дикая облепиха. Вот и та лужайка, где её обнаружил дачник. Что она чувствует, глядя на это место? Девушка вздохнула. Ничего не чувствует, абсолютно ничего. Какая, однако, трагическая история у её семьи. Умерла и мама, и тётя, и ещё бабушка. А почему она, Пелагея, не присутствовала на похоронах бабушки? Где она была всё это время? Снова вопросов больше, чем ответов…

Вдруг перед глазами встала картинка — маленькая девочка в летнем сарафане бежит босиком по зеленой траве, в которой растут лютики и одуванчики. Какая-то женщина улыбается, протягивает к ребёнку руки… Пелагея пытается разглядеть её лицо, но вдруг откуда-то появляется чёрный туман, он окутывает всё, что она увидела, и картинка исчезает. Девушка стряхнула с себя наваждение. Так вообще можно сойти с ума.

Девушка решила вернуться домой. По дороге она обратила внимание на указатель недалеко от пристани. На нём была надпись — Тёртый камень. Пелагея вспомнила рассказ Виктора и решила посмотреть на достопримечательность. Река Каменка была довольно бурной, она образовывала водовороты и даже водопадики. Вокруг красовались живописные гранитные скалы. Девушка ободрала себе руки, продираясь сквозь заросли ежевики, но Тёртый камень нашла. Он представлял собой высокую скалу и да, там действительно была каменная дверь.

Пелагея ярко представила, как женщина по имени Дарина бежит вместе с сыном и держит в руках горшочек с золотом, которое собрало всё село и доверило ей хранить. А её настигают всадники, они уже наступают на пятки. Она в последний момент, перед тем, как её зарубили саблями, успела передать драгоценный горшочек сыну. Ребёнок берет из рук погибающей матери, как эстафетную палочку, эту доверенную им ценность и в отчаяньи бежит со всех ног, а его уже настигают вооруженные войны. И вот уже перед ним высокая скала и кажется, что спасенья нет. Но в этот момент дверь в скале отверзается, и пропускает мальчишку с золотом, а потом закрывается перед носом преследователей. Что стало потом с этим ребёнком? Может, теперь его дух живет в этой скале?

Первое, что увидела Пелагея, когда вернулась домой — двоих байкеров, мужчину и женщину, которые заехали во двор Веры Ивановны. Байкерша была в шлеме, черной куртке, черных брюках и высоких сапогах, невзирая на жару. В своих тяжеленных сапогах девушка шагала походкой робота. Мужчина был высокий, немного полноватый, лет около